👻 Глава 24. А название придумайте сами!

Ледяной ветер задувал сквозь тонкую ткань пижамных штанов. Пронизывал до костей. Я чувствовала их под кожей.

Сунула паспорт в карман. А с ним и руки. Ведь у меня не было варежек.

Через слой пуховика я то и дело нащупывала в кармане штанов пачку денег. И благодарила Бога за то, что додумалась взять их с собой.

Поплелась вдоль обочины. Высматривая хоть какой-то автобус.

Мимо летели машины.

Фуры. Кто-то сигналил. И приглашал прокатить.

Только бы не засунули в машину силой.

Я шла и молилась. Я не знала ни одной молитвы, к своему стыду. Поэтому повторяла про себя онемевшим от холода ртом:

- Господи, помоги! Господи, помоги!

В дорогих ботинках деревенели от мороза пальцы. И болели. Будто разом в них воткнулись острейшие иглы.

По пути ни одной заправки.

Ни одного мотеля.

И сколько так идти?...

Телефон сел от мороза.

Я думала только о том, чтобы не потерять деньги...

Вдруг дорогу мне перекрыл черный фольксваген туарег.

Шины заскрипели по снегу. Я отшатнулась. Окно открылось.

- Сколько? - с пассажирского сидения на меня смотрел молодой мужчина лет 25-ти.

- Что сколько?

- Отсосешь за сколько?

- Придурок. - прошипела я и пошла дальше.

Туарег медленно поехал за мной.

- Ладно, расслабься. Я просто спросил. А вдруг повезет?..- хохотнул он.

Я шла по обочине, не обращая на него никакого внимания.

- Ладно, садись, просто так довезу, куда скажешь.

- Спасибо, я прогуляюсь. - буркнула я.

И пошла дальше.

Сзади послышалось характерное тарахтение мотора.

Пазик.

Я замохала перед ним руками с мольбой остановить. Водитель подъехал чуть ли не вплотную.

И открыл переднюю дверь.

Она резко дернулась.

Внутри пахло печкой, соляркой и мокрой шерстью.

- До Москвы доедете? - спросила я окоченевшим ртом.

- Садись. И откуда ты такая?

Я молча вытащила из кармана тысячную купюру. И протянула ему.

- Сдачи нет. - пожал плечами он.

- И не надо...- тихо ответила я и села на боковое сидение рядом с какой-то женщиной. Та брезгливо отодвинулась от меня, посчитав, вероятно, что я проститутка.

А я просто сидела рядом, растирая заледенелые пальцы.

Мы доехали до Москвы за полчаса.

Я вылезла на какой-то пригородной остановке у станции метро. И спустилась в подземку.

Как всегда было шумно и многолюдно.

Я села на скамейку.

Куда дальше?

Домой?

К родителям?

От этой мысли сводило кишки.

Но у меня с собой ничего нет.

Кроме паспорта.

И ноги отморозила.

Куда же ещё идти?!

Только к ним...

Подлетел поезд. Я села.

До дома ехать как раз по этой ветке.

Вагон болтало. И меня вместе с ним. Только от страха.

Тело отгогрелось после "прогулки". Но теперь леденело все внутри.

Я вышла на знакомой станции.

Перешла дорогу к углубилась во дворы.

Девятиэтажки сменяли пятиэтажки.

Гаражи.

Вот и библиотека, в которой я читала журнал "За рулем".

Я прошла дальше.

Мой дом.

Смотрел на меня сверху вниз.

Немигающим глазом.

Выглянуло полуобеденное тусклое солнце. И сделало небо очень контрастным.

Золотистым. А с другой стороны на город надвигались иссине-фиолетовые тучи. Мощнейший снежный заряд!

Иди, Люба, нажимай на домофон! – крутила я у себя в голове.

А ноги не шли!

Как я вот так появлюсь?

Что скажу?

Я ведь так и не придумала.

Я чуть ли не на цыпочках подошла к подъезду.

Переминалась с ноги на ногу.

Нажала цифру и тут же сбросила. Будто сунула пальцы в кипяток.

Нет! Не могу!

Развернулась и быстро пошла сторону метро.

У меня оставался только один вариант, куда идти. Он был не самый лучший. И не факт, что был...Но я решила попробовать.

Доехала до улицы Минской. И подошла к коричневому дому номер девять. Здесь жила Наташа.

Вбежала по лестнице на ее этаж и остановилась у двери с полопавшимся от старости дермантином.

Настойчиво позвонила.

Десять секунд.

Двадцать.

Никто не открывал.

Я нажала на звонок еще раз.

- Да иду я! – послышались тяжелые шаги в квартире.

Заскрежетали замки.

В нос мне ударил запах стирального порошка.

- Ты?! – в сердцах воскликнула хозяйка и хотела было захлопнуть дверь у меня перед лицом, но я резко остановила ее.

- Наташ, подожди!

- Убирайся, мерзавка! И никогда сюда не приходи больше!

- У меня есть деньги. И он не придет...Он выгнал меня.

Наташа замерла.

- То есть как выгнал?

- Высадил из мерседеса посередине трассы. Наташ, я час шла по трассе пешком. По морозу. Я еле добралась до тебя. Мне больше идти некуда.

- Живи в гостинице!

- Я не смогу долго жить в гостинице. У меня не хватит денег. А еще одежду надо купить…Я могу заплатить тебе авансом за 3 месяца. Сто тысяч. – красной обмороженной рукой я достала из кармана пачку и отсчитала 20 пятитысячных купюр.

Я выглядела жалко. И унижалась чудовищно.

Наташа взяла купюры с жадностью. Посветила фонариком от телефона на каждую. Скрутила одну. Пошуршала ей в руке.

- Вроде настоящие…

- Можно зайти?

- Заходи.

- Разрешишь сразу в ванную?

- Помой ее только.

- Хорошо.

Зашла в крохотную ванную комнату. Деревянная дверь чуть просела и открывалась с трудом. Внутри пахло хозяйственным мылом. Ванна была с желтыми подтеками. Я зажмурилась. Я опять была в нищете…И еще в более унылой, чем дома.

На полу стоял какой-то дешевый чистящий порошок с химическим едким ароматом лимона. Я потрясла им над ванной. И потерла полуживой губкой. Смыла все.

Увидела на полке шампунь. И резиновую пробку. Заткнула ей слив и включила горячую воду. Выдавила полбутылки шампуня под струю, хлыщащую из крана.

Моментально образовалась пена. И запахло цветами.

Я залезла в воду. И закрыла глаза.

Тем же вечером мы с Наташей пошли в торговый центр. Я купила себе белье, спортивный костюм и варежки. А она духи, о которых долго мечтала, и бутылку шампанского дороже обычного.

- Придем вот, отметим твою свободную жизнь без этого уебня. – всю дорогу до дома причитала Наташа. А мне оставалось только ей поддакивать.

Я перестала ходить в университет. Мне было стыдно появляться там из метро и в свитере за 800 рублей из секонд хэнда. Целыми днями я читала любовные романы из скудной Наташиной библиотеки, которые пахли дешевой желтой бумагой и пылью. И шарила по интернету в поисках работы.

Так прошла неделя.

И вдруг.

Мне позвонила Оля.

- Любаш, привет! – ее звонкий голос покатился переливами из динамика.

Я представила, как она держит трубку между ухом и плечом и параллельно пилит ноги. И улыбнулась.

- Привет!

- Люб, - она сбавила громкость ровно в два раза, - А что случилось с Тутанковым?

У меня ёкнуло в груди.

- А что случилось? – переспросила я.

- Это я у тебя и спрашиваю. Ты же с ним живешь. Не я.

- Я больше с ним не живу. - виновато ответила я.

В трубке повисло молчание.

- И давно?

- Неделю…

- Понятно теперь, чего пьет…- вздохнула Оля.

- Сильно, да?

- Неделю не появлялся на работе. Трубки не берет. Пропустил встречу с президентом Авто-Моторс. Аверьяныч один отжимался. Чуть не поседел...Взъебал ему тот нервишек!- страстно шептала мне Оля в трубку. – Надо же, как ты его зацепила, Люба! Тутанхамон страдает!

В Олином голосе послышалась ирония и придыхание.

- Позвоните его гувернантке. Ирине Александровне. Она Илью в чувства сможет привести…

- Этой пиздалихе?! Да ты что!!…Она против него и слова не скажет. Не знаю, с чем она там свои оладушки печет, что выглядит всегда - будто круглосуточно на седативных.

- Мне показалось, она его бережет. – ответила я.

- Может, и бережет...Кстати, а где его секретарша, Вика, не знаешь?– вздохнула Оля.

- Не знаю. Оль, мне пора. – сказала я. Хотелось поскорее завершить этот разговор.

- Пока, Любаш. Если что, звони!

И Оля отключилась.

Не проходило ни дня, чтобы я не думала о нем…Я скучала. Все плохое словно стерлось из памяти. И меня это пугало.

Мысленно я постоянно вела с собой диалог. О нём. О нас. И мне было страшно признаться себе в том, что я хочу обратно. К НЕМУ.

Снова звонок.

Неизвестный.

Я встрепеннулась.

- Алло?

- Привет! – я услышала мужской голос.

И поняла, что это Миша Сонин.

- Привет.

- У тебя все хорошо? – спросил он.

- Нормально. – ответила я.

- Я рад. За тебя. А то поговаривают, что у папочки твоего – не очень…

Я набрала воздуха в легкие:

- Если ты хочешь узнать про Тутанкова, я не в курсе. Мы  расстались…

Миша замолчал. Как и Оля. Лишь дышал в трубку.

- И давно?

- Неделю.

- И где ты сейчас?

- Живу на съемной квартире.

- И продаешь его роскошные подарки? – хохотнул Миха.

- Нет.

- Он тебя выставил с голой жопой...Прости?!

- Почти.

- Мудилкин. Ну да хуй с ним…Тебе нужна работа?

- Да! – воодушевилась я.

- Тогда подробности при встрече. Встреча в четверг. На гала-ужине. Твой папочка тоже приглашен. Если пробухается и придет – побесим его до невьебения!

-Я не могу пойти на гала-ужин. У меня только пуховик и ботинки из приличного.

- Стрельну для тебя наряд у мамы. Она не будет против. Для дела же.

- Ладно.

- Увидимся, крошка.

И Миша повесил трубку.

Я ждала этого четверга больше всех четвергов на свете. У меня началась страшная, чудовищная ломка по Тутанкову! Мне нужно было хотя бы на секунду поднять на него глаза. Почувствовать этот тяжелый властный взгляд в ответ. А если пьет до сих пор? И не придет?...

Все утро долгожданного четверга я была на иголках. Потом позвонил Сонин младший. Спросил адрес. Мне было неловко приглашать его сюда, к Наташе. Но выхода не было.

Миша появился на пороге Наташиной квартиры в четыре часа дня. Хотя, скорее, вечера. На улице была невозможная темень.

Снег  шел стеной.

Суровый февраль.

- Вот это артхаус…- закатил глаза Миша, оглядываясь по сторонам.

- Сам ты хаус! – послышался из кухни голос Наташи.

- Не обижайся, хозяйка, я в художественном смысле. А что у вас так корвалолом воняет?

- Это мои новые духи вообще-то. – снова послышалась Наташа.

- Пиздец! Люб, давай одевайся скорее. А то валидольный шлейф привяжется за нами.

- Не обижай, Наташу. – шепнула я.

Сонин протянул мне доверху набитый пакет из ЦУМа.

И прошел в квартиру.

- Буду ждать тебя у пыльного ковра, Люб.

- Я выгоню тебя сейчас, засранец! – крикнула Наташа и появилась в дверном проеме с полотенцем на плече.

Миша поднял ладони вверх. И сел в кресло.

- У тебя такая стройная мама? – спросила я, с любопытством вытаскивая вещи из пакета.

- Да. Следит за собой…Ради отца. А ему и не угодишь…Всё на малолеток тянет…- Миша нервно закусил палец.

- У тебя не очень хорошие отношения с отцом?

- У меня нет с ним отношений. Мы почти перестали общаться. Он отстранил меня от бизнеса…

- Мне казалось, вы близки…

- Были. Пока он не начал гулять от мамы. Я высказал ему, что он гандон. Феденька наш Борисович меня уволил. Обиделся! Но я времени зря не терял. Я ему устроил эвент! Как мы любим, Люб! Креативный! Он премию Тутанкову вручал. Помнишь, эту жесть? – Миша расхохотался.

- Так это ты устроил?

- Я. Двух зайцев разом убил. Выбесил обоих. Ненавижу! – Миша со злостью ударил кулаком по Наташиному подлокотнику.

- И какую работу ты мне хочешь предложить? – спросила я.

- По профилю.

- Расскажешь?

- Поехали сначала на вечеринку. Повеселимся. Твой папенька будет. И мой. Устроим им!

Я зачесала волосы в пучок. Поправила корсет. Лабутены Мишиной мамы тоже пришлись мне впору.

- Ты просто конфета, Люба! Сам бы такую съел. - мечтательно произнес Сонин. Мы вышли из Наташиной квартиры и спустились вниз.

Миша арендовал на этот вечер белый Майбах. Как снег!

Открыл мне дверь. Внутри вкусно пахло деревом.

- Спасибо. – ответила я.

- Прикинь его рожу, когда тебя увидит…- Миша крутил четки на руке вместе с браслетом дорогих часов.

От одной мысли у меня внутри все переворачивалось. Я ловила драйв.

Мы подъехали к татру.

- Ужин здесь? – удивилась я.

- Да. Причуды богачей…- развел руками мой друг.

Мы вышли.

Я аккуратно посмотрела по сторонам. Машины Тутанкова не было. Миша подхватил меня под руку.

- Идем!

Мы вошли в богато украшенное фойе. Приветственный бокал шампанского. Цоконье каблуков по плитке. Шлейфы парфюма.

И ОН!

В толпе.

Во фраке на белоснежную рубашку.

Я не видела его почти две недели…И жадно поглащала каждую деталь...

Он разговаривал с кем-то. Улыбался.

И…

Краем глаза заметил меня.

Удивительно изменилось его лицо.

Стало жестким.

Беспокойным.

Я покорно опустила глаза в пол и прошла мимо. К Мише. Он наблюдал за спектаклем. И нагнулся шепнуть на ушко:

- Твой папочка метает молнии. Того и гляди ебнет!

Я красиво и загадочно улыбнулась Мише. И свернула из главного зала в какой-то узкий коридор.

Пол был выстлан ковром. На стенах висели картины и тускло-желтые светильники.

Никого не было.

Только я…

И…

Шаги. ЕГО.

Ни с чем не перепутать!

Он остановился напротив.

Его глаза блестели.

И мои...

Мы просто молчали несколько секунд.

- Так смотришь на меня...Видела бы ты свои безумные глаза...Соскучилась по мужику настоящему, да? Поняла, каково с мужчиной быть, а каково со слюнтяем?

- С каким слюнтяем, Илья?

- Я видел, что ты с этим щенком припёрлась. Трахал тебя уже?

Я отрицательно покачала головой.

- Оно и ясно! Ты вся заходишься при виде меня...я чувствую, как течешь. От одного прикосновения кончишь ведь. Ни с кем не сможешь так. Сможешь только со мной. - он грубо провел большим пальцем по моим губам. - Накачал бы тебе полный рот сейчас.

Я ахнула.

Больше всего на свете я этого хотела...

Я завела руки за спину и прислонилась к стене...

Будто разрешая ему все.

Моя грудь ходила туда-сюда ходуном в корсете от частого дыхания.

Кожа выдавала меня.

Вся в мурашках.

Руки.

Плечи.

- Охуеть...- прошептал он мне в ухо, замечая это и нежно проводя средним пальцем от плеча по линии моей руки. По мурашкам...

Я в блаженстве закрыла глаза.

Ожидая, что за этим последует что-нибудь еще...даже тянулась к нему телом.

Чувствовала волны. Электричество.

Представляла, как он захватывает своим шершавым языком мой сосок. Покусывает его.

Я уже дышала ртом.

В напряжении...

Но...

Вместо этого.

Снова услышала шаги.

Он просто уходил...

Быстро.

Размашисто.

Прочь...

А я осталась у стены.

В мокром насквозь белье. С тяжёлым низом живота. От желания. Кажется, у меня заболело там все!!

Он завёл меня щелчком пальца. До предельных оборотов. Шкалило.

Я готова была сорваться и бежать за ним...Чтобы только взял...Как он любит...Как люблю я.

Я пылала.

Злилась.

Прижималась лбом к холодной стене. Чтобы остыть.

Стукнула кулаком.

Развернулась.

Пошла.

Куда глаза глядят.

Хотелось уехать отсюда одной.

В бар.

Пить.

Он не мог так просто уйти.

Он ведь тоже хочет...

А если пойдёт сейчас к другой? Воплощать то, чего так хочу я. И при этом представлять меня.

Я же знаю, что он будет представлять меня!

МЕНЯ!

Хотелось выть.

Куда он пошёл? В какую сторону?

Буду мозолить ему глаза.

С ума сводить.

Повисну на шее у Миши.

Тутанков взорвётся.

Я сжала кулаки и пошла быстрее.

И тут меня схватила чья-то крепкая тёплая ладонь.

Он!

Я сразу поняла!

Он!

Затащил в закоулок.

Прижал телом к стене.

Горячие поцелуи.

Не сопротивляюсь.

Хочу их! Грубо оттянул корсет.

И уже кусает грудь. Я руками в его волосах, хочется повыдергивать их от гнева.

- Блядь, выебу сейчас. Прямо здесь. Потом со мной поедешь. Домой. Поняла? И там ещё в рот выебу. - горячо басил он.

Я стонала.

И было все равно, что услышат.

- Да. Я хочу. Хочу.

Он резко развернул задом. Прижал меня лицом к стене изо всех сил. Грубо.

- Я даже не вздумаю сейчас предохраняться. Ты моя. - прорычал он мне в ухо.

Мне было больно

Свело скулу. И от этого ещё резче ощущалось все внизу...

Ширинка.

Горячие руки под юбкой.

Входит.

Жёстко.

На всю глубину.

До основания. Изо всех сил впечатывает меня в стену телом и лицом.

Кусает шею.

Я принимаю его.

Двигаемся.

В такт.

В унисон.

- Ты моя, Линдеман. И всегда будешь только моей...

#любалиндеман

Пы/сы

Я перевыполнила план! Продолжение на след неделе 💓

На этой я пас 🤣