Поиски в лесу

Есть поиски, на которые приезжаешь, выполняешь то, что просит координатор и уезжаешь - не впускаешь в сердце, действуешь как на работе, где важно только качество выполненной тобой задачи. Чувствуешь себя винтиком огромной машины и очень чётко понимаешь – мы даём шанс, больше ничего от нас не зависит. А бывает, что поиск пробирается под кожу, скручивает нервы в тугой пучок, заставляет думать, переживать. Вот и вчерашний поиск пробрался в сердце, то и дело мысленно к нему возвращаюсь. 76 лет, грибы, пошли третьи сутки, где ты, дедушка Анатолий?

Делам и заботам наплевать, что была бессонная ночь, они весь день требуют внимания. Зеваю, но работаю. Долгий день, наконец, подходит к концу, лежу в кровати, честно пообещав себе прочитать пару страниц и лечь спать. Приходит сообщение в чат «ЛизаАлерт»:

«Калуга, нужна опытная двойка-тройка на лес по ЛНС заявке.»

Сонливость испаряется, словно её и не было. О готовности отписываются Берта, Руда. Набираю сообщение Тирасу:

«Поедем?»

Печатает…печатает…Поэму, что ли, там ваяет или пишет и стирает, не в силах определиться.

«Блин. За рулём точно нет.»

Он тоже прошлой ночью был на поиске, оно и понятно, почему не хочет за руль.

«Берта за рулём, с нами Руда, ты будешь старшим. Собираемся?»

Прекрасная компания, приятные люди - соглашается.

Уже через 15 минут запрыгиваем в машину Олеси, до точки ехать 40 минут.

—Я, значит, только под одеяло залез, как мне Книга пишет.

В его голосе звучит столько возмущения, что мы с девчонками начинаем хохотать.

—Домогается? – Берта не сводит глаз с дороги. Машин почти нет, время 23:00, люди уже дома, скорее всего, в постели, устраиваются поудобнее, а, может, уже и спят.

—Если бы! Вы же мне пишете, когда на поиски надо, зная, что не смогу вам отказать, – снова все хохочем. – Я вас заблокирую всех! Решено! Десятый сон бы сейчас видел, и чего мне дома не сиделось?

Его ворчание такое привычное, родное, на столько поисков уже ехали под него, столько задач отходили - не счесть.

—Лёх, знаешь, за что люблю тебя? За то, что несмотря ни на что, делаешь: не ищешь оправданий, не боишься трудностей, бубнишь, ругаешься, но идёшь. Мы всегда можем на тебя рассчитывать.

Говорю это и думаю, как редко мы произносим вслух, что люди нам дороги и ценны, хотя Тирас знает, как тепло мы к нему относимся. Даже когда он врубает ворчащего деда и утомляет всех своим недовольством.

В автомобиле царит атмосфера спокойствия и уверенности. ЛНС («Лес на связи») отработал, и у нас есть даже примерное место, где находится потерявшийся. Останется только дойти до него по лесу и вывести. Не всегда даже в этом случае всё идёт гладко, но очень хочется быть оптимистами. Особенно, когда вчерашний дедушка всё ещё не найден. Не то чтобы после неудачных поисков опускаются руки, но хорошие новости нам всем пригодятся.

—Как хорошо-то! – воскликнула Руда и вдохнула полной грудью. Улыбка освещает её лицо, дитя леса, ей-богу. – Ребята, я и забыла, какой это кайф!

Я улыбаюсь ей в ответ.

— Дома лучше! – Тирас хмыкает, остановливается свериться с компасом. В его планах сегодня было выспаться, а не приезжать в полночь на прогулку, и он всё ещё раздражён.

— Ну это вы вчера уже походили, а я только вырвалась.

Настала и моя очередь хмыкать. Походили, ага. Мы вчера ночью были на поисках дедушки Анатолия и вкусили все прелести весеннего леса: холод, пробирающий до костей, и дождь, от которого не спрятаться. Сегодня тепло, сухо, только паутина лезет в лицо, но это привычная мелочь. Принимаем, как маску для лица, скрестив пальцы, чтобы омолаживала.

Бредём по лесу, периодически работая на отклик, но пока в ответ только тишина. Тирас, старший нашей «лисы», идёт быстрым уверенным шагом – сразу видно, кто спешит домой. Кричим - снова тихо, хотя уже точно должен откликаться. Вот только давайте без приключений. Лишь бы потерявшийся не ушёл с места, или ему не стало плохо.

Нагнулась, чтобы ветка не поцарапала лицо, аккуратно обошла кучку, оставленную лосем. Следов животных очень много, но мы их не видим.

Останавливаемся, снова кричим. Наконец-то слышим слабый отклик. Ускоряемся - человек заждался нас.

—Андрей, ставь чайник, мы идём. Берта хоть и идёт последней, но не растеряла способности шутить. Все улыбаются, и нас покидает напряжение.

Периодически кричим, убеждаясь, что идём в правильном направлении. Наконец, выходим к мужчине.

—Здравствуйте.

—Доброй ночи.

Вид Андрей имеет растерянный, словно не верит, что мы настоящие, и всё закончилось. Достаю запечатанную бутылку воды, протягиваю ему. Руда по телефону ставит в известность причастных к поиску о НЖ, Тирас смотрит кратчайший обратный путь в навигаторе, я, как представитель пресс-службы, делаю красивые кадры.

Через 10 минут вся компания бодро шагает на выход.

—Я не понял, как ваш отряд называется? «ЛизаОлег»?

Смеемся так, что болят щёки. Много вариантов слышали, но этот забавный.

—«ЛизаАлерт», – Руда и Берта проводят лекцию о том, как правильно ходить в лес, что с собой брать.

Мы с Тирасом уходим вперёд. На часах 2:30, всё-таки прошлая бессонная ночь даёт о себе знать - очень хочется домой.

—А как вы поняли, что потерялись?

Ловлю краем уха вопрос от Руды и заинтересованно поворачиваюсь к Андрею.

—Как понял...не знаю. Часов в 6 к оврагу вышел, пытался обойти, а он огромный. Тут-то и забеспокоился. Потом в бурелом упёрся, чуть ли не с двухэтажный дом. Навалены деревья: ни обойти, ни сверху перелезть. Сумерки опустились - не видно ничего, в чащу попал непроходимую, на коленках полз. Чем дальше двигался, тем хуже лес становился. Хорошо, с собой телефон был, 40% заряда оставалось, – мы все киваем, очень хорошо. – Позвонил на 112, долго разговаривал со спасателями, они выехали и сигналили, но я их не слышал. Пытался выйти, рискуя переломать ноги, а потом от вас специалист позвонил и очень чётко всё объяснил. Мне пришло сообщение, я прошёл по ссылке, он сказал не двигаться и ждать помощь. Не помню, но, вроде, Вячеслав зовут, спасибо ему.

«Лес на связи» вызывают у меня безмерное восхищение и уважение. Будучи инфоргом, видела, как они мастерски выводят людей из леса по телефону - я следила за этим в «прямом эфире». Методики и алгоритмы, опыт и профессионализм поражают!

Идём по лесу, Тирас иногда говорит, сколько до выхода на дорогу, сейчас осталось 400 метров. Влезли в небольшой участок поваленных деревьев.

—Осторожнее, Андрей. На брёвна не наступаем, они скользкие, переступайте. Бережно сейчас нужно к себе, эвакуация никому из нас не нужна.

— Да, спасибо, стараюсь. Вот только понять не могу: чего вам дома не сидится? Спали бы сейчас, зачем незнакомого человека спасать? Волонтёр - от слова «воля».

Уворачиваясь от ветки, бормочу себе под нос: мы - добровольцы от слова «добро».

Руда что-то отвечает, но я уже не слышу - задумалась. Зачем мне это надо? Почему снова и снова я собираю рюкзак и отписываюсь о готовности? С каких пор я не мыслю свою жизнь без ребят из отряда, без поисков? Как так получилось, что невзирая на дождь, снег, холод, жару, комаров и клещей я снова в лесу? Почему эти истории рвут моё сердце на части, заставляют плакать, но я от них не закрываюсь? Как много вопросов и ни одного ответа.

Выходим из леса. Осталось переодеться и найти, где Андрей оставил машину. Место он примерно помнит, придётся пешком около километра по полю пройти, чтобы железный конь Берты не застрял.

Через полчаса авто найдено, прощаемся. Улыбка не сходит с лица мужчины, он, наконец, поверил, что мы реальные, а не плод его воображения. Осознание, что он легко мог погибнуть в лесу, возможно, придёт позже. А, может, и никогда. Это мы знаем сотни и сотни историй смерти, а в его вселенной лес - это грибы да ягоды.

Захожу домой, в коридор выходит заспанный кот. В его глазах читается: «Опять по лесу лазила?Воняешь листвой и кабанами. Иди в душ, покорми меня и бегом спать.»

—Так точно! Не ворчи, Фамильяр, – чешу его за ухом и иду в сторону ванной.

Перед сном заглядываю в детскую. Убираю с подушки старшего сына телефон, поправляю младшему одеяло. Мысленно возвращаюсь к вопросу, зачем мне отряд, зачем выезжаю. Вот здесь и ответы: я хочу, чтобы эти мальчишки жили в мире, где ценятся чужие жизни. Если теряются дети, не хочу оставаться в стороне и бросать убитых горем родителей один на один с бедой. Хочу, чтоб весь мир понял, что не красота спасёт этот гнилой мир, а доброта и отзывчивость.