Почему я вдруг захотела горничную?

Вдруг поняла, что страстно хочу горничную. Дуняшу.

Нет, темнокожую Мамми в ярком тюрбане.

Чтобы она стояла на кухне, пела африканские весёлые песни, колыхалась большим подвижным задом и кричала мне "Мисс Ната, кофе и кукурузные лепёшки устали вас ждать!"

Сердилась, смешно сдвигая брови, и горлопанила с кухни: "Я говорю, что уже полила блинчики сиропом, хотите, чтобы я кормила вас, как ваших детей, с ложечки? Что ж!"

Я, сонная, шваркала бы на кухню в ночнушке, а она сердилась бы и говорила: "На кого вы похожи! К вечеру приедет Мистер с детьми, а вы как пугало огородное! Живо завтракайте и отправляйтесь в спа-салон. Пусть вам сделают массаж горячими камнями по заду, да закажите себе пару новых платьев и башмаки, ходите, словно белая голытьба, смотреть на вас сердце кровью обливается!"

А весь дом чист, блестит, кухня жарит и парит, кипенно-белое белье отглажено, коты в бантиках, окна и пол похожи на зеркала. И я целую ее в щеку, а она улыбаясь, ворчит — "ну что еще вы придумали, дайте-ка я расчешу ваши кудри, какое-то гнездо на голове, Пресвятая Дева Мария".

А я говорю — не Мария, а Наталья.

А она фыркает от смеха, закуривает трубочку, смотрит, как я пью горячий кофе и качает головой.

А я ей говорю — расскажи мне про Африку, Нэна.

Она улыбается и отвечает — там очень большое солнце.

(Грета Флай)