☝ ОПАСНОСТИ «раннего развития» Елена Литвяк, педагог, журналист и мама четверых детей: Ну, конечно, мы любим своих…

☝

ОПАСНОСТИ «раннего развития»

Елена Литвяк, педагог, журналист и мама четверых детей: Ну, конечно, мы любим своих детей! И, конечно, хотим для них только самого-самого. Сначала – экологичные погремушки и одежки из дорогих магазинов, чуть позже – английский с пеленок, музыка, фигурное катание, рисование, потом – престижная гимназия, лучше языковая. Ах да, еще раннее чтение, музеи и театры раз в месяц.

Раннее развитие детей – обязательный маркер современной родительской любви. На эту потребность работает огромный и яркий рынок всевозможных образовательных центров, отбоя нет от клиентов. Как трогательно – трехлетний малыш читает вслух без запинки, а четырехлетний выводит мелодию на крохотной скрипочке… И уж, конечно, эти дети будут отличниками в школе.

Но только с каждым годом у меня всё меньше восторгов и всё больше вопросов. Почему веселые малыши, годами ходившие на всякие «развивалки», начиная лет с полутора, потом в школе часто как-то совсем не блещут. Устали, что ли, перегорели, уже надоело учиться за столько-то лет? Или еще хуже – блещут, но никак не могут найти себе друзей, возвышаются над толпой, этакие юные снобы.

«Странный какой-то мир мы строим вокруг детства своих детей!» – подумала я, когда мой старший из троих сыновей пошел в школу. Он научился читать в три года, умел ставить опыты, умножать и делить… И ему было невероятно скучно! И учительница замечательная, и ребята хорошие, вот только всё, что было на уроках в его первом классе, он давным-давно умел делать. Похожая история была и у старшей дочери.

Школа оказалась для моих детей не трамплином в новый прекрасный мир, как у меня когда-то, а местом, где вроде бы и неплохо, но, в принципе, можно и обойтись без нее. К счастью, они не перестали задавать бесчисленные вопросы. Да, у них сейчас, в их семь-девять лет, кругозор среднестатистического шестиклассника, а то и семиклассника, они славные милые ребята, но всё-таки где-то мы явно допустили серьезную ошибку.

В начале своего материнства я была всерьез увлечена идеями глобального чтения Глена Домана, кубиками Зайцева, счетом по точкам и «домашним музеем» Сесиль Лупан и, конечно, обрушилась на полуторагодовалую дочку со всем энтузиазмом молодой матери единственного ребенка. Клеила, резала, рисовала карточки со словами по ночам. Два раза в неделю мы посещали клуб раннего развития. Потом по дочкиным стопам последовал и первый сынок.

Только оказалось, что дочери не подходит такой путь. Конечно, она ползала по ковру с карточками и даже читала их, но больше – чтобы меня обрадовать, чем ради себя самой. А в клубе играла исключительно с игрушками, не желая общаться с кубиками и прочими конусами-цилиндрами. И развивающие песенки с пальчиковыми играми тоже ее не очень-то вдохновляли, хотя вообще-то дочка очень любит петь и поет прекрасно.

Я недоумевала, сердилась, но вдруг однажды как-то внезапно поняла – надо уходить. За внешней привлекательностью, результативностью, креативностью как-то уж очень явственно проступали ребра обыкновенного взрослого тщеславия.

По-настоящему маленького ребенка развивает только то, что ему интересно здесь и сейчас. Это может быть самая обыкновенная лужа или горсть камушков, с которыми он увлеченно возится, а вовсе не суперпирамидка или новая яркая стучалка.

И когда я вдруг это поняла, начисто забросила все книги по сознательному родительству и стала просто присматриваться к собственному ребенку. И давать ей то, что ей нужно именно сейчас, а не «универсальную методику для юных гениев».

Потом я так же поступала со старшим сыном, который дома очень быстро научился читать сам, без конца что-то конструировал и изобретал. Вот это оказалось самым главным – давать именно то, что нужно конкретному ребенку, оставив в стороне родительское громадье планов.

С каждым новым ребенком я снова и снова наблюдаю эту дивную картину – мусорное ведро на кухне и папины огромные ботинки в прихожей оказываются лучшей, любимейшей развивающей игрушкой для малыша от года до двух. А для детей постарше главным развивающим трамплином становятся разрезанные на причудливые части картонные коробки и разобранный лично старый будильник, а главное – вопросы, которые задают ОНИ, а не мы.

И я успокоилась. И перестала приставать к детям со своими методическими находками, карточками и приемчиками. Мы по-прежнему ходим вместе в театры и на выставки, много путешествуем. Но просто потому, что нам всем это нравится, а вовсе не для гармоничного всестороннего развития.

Теперь, когда у нас в семье уже четверо детей, я еще больше укрепилась во мнении, что надо внимательно присматриваться к конкретному ребенку, оставив в покое всех самых прекрасных авторов самых модных педагогических теорий. И не торопиться. В конце концов, главное с нами самими и нашими детьми происходит вовсе не нашими дидактическими усилиями.

Бог – терпеливый воспитатель. А лучшее, что мы можем дать нашим детям – это время нашей жизни рядом с ними. Не торопясь, гулять и разговаривать обо всём на свете, ходить в гости, читать вслух друг другу, брызгаться водой и кидаться сухими листьями, делать кукол из носовых платков, ходить за покупками, упражняясь в арифметике, устраивать салют из мыльных пузырей и писать письма. Просто жить и радоваться здесь и сейчас.

Слышала такую фразу: «Раннее развитие – настоящее развращение ребенка». Мне тогда показалось это как-то уж слишком категоричным, а сейчас я думаю о правоте сказавшего это. Мы словно заранее всё решили уже за них – где, когда, каким способом и как долго им придется быть счастливыми.

В нашем детстве мы тоже часто умели читать еще до школы и списывали для себя полюбившиеся сказки печатными буквами в самосшитые книжки, но такого явного перекоса в сторону избыточной загрузки детской головы точно не было. Мы были обыкновенными детьми, без конца придумывали себе игры из ничего и никогда не скучали. И сказки переписывали мы сами, а не потому что так нам предложили родители.

А наши развитые дети скучают очень часто и совсем почти не умеют играть в команде. Вот над чем на самом деле стоило бы задуматься, когда мы говорим о детском развитии. У каждого возраста – свои задачи, и перепрыгивать их – значит пропустить очень важные события жизни.

Событие, со-бытийность – это кажется мне теперь, десять лет спустя, гораздо более важным, чем знания и даже навыки моих детей. Чувствовать глубину жизни, быть вполне живым гораздо важнее. Поэтому я так снисходительна к моим младшим, когда они часами ползают на коленках по мокрой траве и, в общем, занимаются ерундой. Только они совершенно счастливы при этом. А к школе всё равно никто их лучше мамы не подготовит.

Но знаете, что самое интересное? Старшие по-прежнему приносят домой из школы многочисленные грамоты и дипломы, хотя давно уже у нас дома никто не поклоняется кумиру раннего развития. Вы скажете – ну, конечно, им дали хороший старт! А может быть, наоборот – наконец-то дали свободу?