Реактивный артрит у ребёнка: как мы прошли этот путь

«Мама, нога сильно болит…»

Хочу рассказать, что с нами происходило последние недели, потому что я до сих пор немного в шоке от того, как обычная детская болезнь превратилась в целый медицинский квест.

Сначала заболели все трое детей. Температура доходила почти до 40 °C, по симптомам очень напоминало коронавирус, но тесты тогда мы не сдавали. Лечили детей дома, все постепенно выздоровели.

Потом старшая дочка сломала руку. Гипс, лечение, восстановление…

И спустя какое-то время Соня снова заболела.

Сначала температура 39 °C, потом появилась сыпь вокруг рта, на ногах и теле. Врач приехал домой, сделали тесты на стрептококк, коронавирус и грипп — всё отрицательно. Поставили герпесную ангину.

Мы пролечились. Температура ушла, горло перестало болеть, ребёнок снова чувствовал себя нормально.

А потом мы поехали снимать гипс.

И именно в этот день температура снова поднялась — 38,6 °C.

Педиатр повторно сделал стрептотест — снова отрицательный. Но обратил внимание на ярко-малиновый язык и заподозрил скарлатину. Назначили анализы крови, чтобы уже по результатам решить вопрос с антибиотиком.

И в ночь перед сдачей анализов Софья начала жаловаться на ногу.

Очень сильно.

Она практически не могла нормально спать, я не спала вообще. Утром мы пошли в поликлинику, и там я поняла, что ребёнок не может идти.

Она показывала на тазобедренный сустав, колено и середину бедра и говорила, что очень больно.

Сдали кровь.

Педиатр сказал: возможно, это осложнение — езжайте в девятую больницу.

В девятой больнице нас осмотрел хирург, сделали рентген и поставили острый реактивный артрит тазобедренного сустава.

Нас направили дальше — к ревматологам в 11-ю городскую больницу на Нагорной.

Там диагноз подтвердили и добавили ещё коленный сустав.

Кроме того, врачи обнаружили увеличенные лимфоузлы — на шее, подмышками и в паху. Появилось подозрение на вирус Эпштейна–Барр.

Нам назначили дополнительные анализы: ВЭБ, АЛТ, АСТ и другие показатели.

И вот здесь началось самое интересное.

По анализам:

— СОЭ — 39 мм/ч при норме до 20;

— СРБ — 2,35 мг/л при норме <1;

— тромбоциты — 456 при норме до 400;

— нейтрофилы — 61,5%, при этом абсолютное количество было в пределах нормы;

— моноциты и эозинофилы тоже были повышены.

При этом АЛТ и АСТ были нормальными — 9,7 и 17,4 Ед/л соответственно.

Врачи не стали сразу назначать антибиотики, потому что общая картина больше указывала на вирусную инфекцию, и мы стали ждать результаты на ВЭБ.

И вот они пришли.

VCA IgG к вирусу Эпштейна–Барр — положительный, КП 20,57.

VCA IgM — тоже положительный, КП 1,01.

После этого нас отправили к инфекционистам в 40-ю больницу.

И там пазл наконец сложился:

инфекционный мононуклеоз, вызванный вирусом Эпштейна–Барр + реактивный артрит.

Но есть ещё один момент, который сначала меня очень запутал.

ПЦР на Эпштейн–Барр пришёл отрицательным.

И это не означает, что ребёнок никогда не встречался с этим вирусом или что положительные антитела «не считаются».

ПЦР показывает, определяется ли ДНК вируса в исследуемом материале именно в момент сдачи анализа. А антитела показывают иммунный ответ организма.

Поэтому в нашем случае получается: организм Софьи сформировал иммунный ответ на ВЭБ, а ДНК вируса в исследуемом материале на момент ПЦР не обнаружили.

Именно поэтому врачи смотрели не на один анализ, а на всю картину целиком: симптомы, лимфоузлы, кровь, воспалительные показатели, состояние суставов и антитела к вирусу.

И вот что меня особенно поразило.

Мы начинали с температуры и сыпи.

Потом было больное горло.

Потом — подозрение на скарлатину.

Потом ребёнок просто не смог встать на ногу.

А дальше — ревматолог, реактивный артрит, увеличенные лимфоузлы, инфекционист и диагноз инфекционного мононуклеоза.

Вот такой вот у нас получился август. 🥲

Сейчас лечимся, наблюдаемся и очень надеемся, что дальше уже только восстановление. ❤️