Нападение в подъезде в 14 лет: моя история

Когда мне было 14 лет, на меня напал мужик в подъезде.

Не знаю, почему вспомнила эту историю, и почему решила тут ее написать, но напишу)))

На тот момент я училась в десятом классе, это была вторая четверть, декабрь 2002.

По каким-то семейным причинам (скорее всего, мои разногласия с мамой) я периодически жила у бабушки, и ездила в школу (и обратно) - оттуда.

Вот и в том декабре я базировалась у нее.

Назадолго до этого, одноклассницы из школы приносили в класс каталоги орифлейм, и, пообщавшись с ними, я узнала о сетевом маркетинге))) позвали они подработать и меня))

не помню всех юридических тонкостей, но, короче, и я в свои 14 могла регистрироваться в их программе, получать их каталоги и тестеры в их офисе на ст.м.Спортивная, и приносить компании продажи, забирая себе небольшой процент.

Продавала я плохо, потому что мой круг общения ограничивался несколькими одноклассницами и мамами подруг)))

Тем не менее, на корпоратив Орифлейма (туда звали только тех, у кого хорошие продажи) меня моя кураторша пригласила, просто из-за симпатии.

Не помню, где был этот корпоратив - был какой-то фуршет, какие-то люди, какие-то речи со сцены.

Еще меня попросили зачем-то притащить с собой магнитофон (не помню, зачем - ведь организация была и так на хорошем уровне).

А еще мне мальчик там нравился! Молодой тоже сотрудник (имени тоже не помню))), тоже был на этом корпоративе.

После торжественной части мы, компания молодежи, примерно 5-7 человек, возраста около 18ти лет, слились с мероприятия, и пошли гулять по улице, по центру. Помню, где-то в районе Пушкинской мы расставались, и вот тот самый мальчик подарил всем девочкам, в том числе и мне, по одной красной розе))) ну и, мы все разъехались по домам.

Доехала я до своей Тимирязевской; мелкая, в пуховике, с магнитофоном, дамской сумочкой через плечо, и этой одинокой розочкой.

Время - около 21:00, дата - вроде бы 25 декабря.

От метро до дома бабушки идти минут 15; дошла спокойно, на улице было достаточно много народу, освещено, снежно, предновогодняя атмосфера. И мне радостно - и от цветочка, и от приятного вечера, и от предстоящих каникул.

Бабушка жила в пятиэтажке. На подъездах тогда были установлены такие дурацкие кодовые замкИ, когда нужно одновременно нажать несколькими пальцами три цифры.

Подхожу к подьезду, нажимаю код, открываю первую дверь, вхожу (далее маленький тамбур и следующая, простая деревянная дверь); и планирую идти дальше, во вторую дверь - но тут чувствую сзади быстрые шаги. Именно не слышу, а чувствую.

И тут, здравствуй, мое воспитание и мой уровень эмпатии: вместо того, чтобы идти себе дальше, я уступаю идущему сзади проход, а сама делаю шаг вправо, в глубину тамбура. Ну, типа, «проходите, пожалуйста» - освобождаю идущему путь вперед, к лестнице и квартирам.

А он заходит в этот тамбур, поворачивается ко мне, и двумя руками закрывает обе двери.

Высокий такой дядя. Глаза и взгляд его помню до сих пор.

Это я описываю так долго, а по факту это (и мои мысли про шаги и «уступить») происходят за считанные милисекунды.

Далее он хватает меня, я начинаю визжать, он начинает затыкать мне рот своими вонючими руками. Держит. Я перестаю издавать звуки, чтоб он успокоился, а он разбивает (не знаю, чем, рукой?) лампочку в этом предбаннике. Становится темно. Хватает меня снова, но рот уже не зажимает.

Я спрашиваю: «что вам нужно?»

Говорит: «сейчас я тебя кончу»

Я не помню, что я отвечаю, но я стойко пытаюсь продолжать с ним диалог.

Помню урывками:

«Мне надо 200 американских долларов»

А я ему: «ну так пойдемте ко мне домой, у меня есть такие деньги, я тут живу на третьем этаже»; в ответ игнор.

Я не знаю, сколько это длилось. Минуты три или десять.

Ну в общем, в какой-то момент этот придурок понимает, что в этом самом тамбуре ничего особо и не сделаешь - вот-вот пойдут люди, и говорит:

«Пойдем!», и открывает дверь на улицу.

Я тут же думаю, слава Богу, во дворе гуляют люди, да и вообще, на улице я сейчас убегу, ну или сориентируюсь.

Так и вышло. Только мы выходим, я начинаю орать «памагите!», этот дядя начинает меня бить, и в конце натягивает мне капюшон на лицо и швыряет на землю. Я слышу, что какие-то люди кричат ему, бегут, а кто-то подходит ко мне, поднимать меня. Я встаю, отряхиваюсь, оглядываюсь - нет сумки, нет магнитофона; и на заснеженном асфальте лежат мои сломанные слетевшие с носа очки.

Иду домой. Снова захожу в этот, уже темный, тамбур, вижу валяющуюся на полу сломанную свою розочку; и скорее бегу домой. И вот тут у меня хлынули слезы.

Бабушка открывает дверь, видя мой рев, сразу же понимает, что что-то не так. Захожу, сквозь рыдания рассказываю, что случилось.

Бабушка успокаивает меня. Звонит моему папе. Папа говорит звонить в милицию срочно. Звоню в милицию.

Параллельно папа звонит моей маме, рассказать о произошедшем.

Наряд милиции приезжает моментально, меня везут на допрос в отделение. Мы с бабушкой проводим там часа три.

Красавца этого нашли примерно сразу же))) часа через два он уже сидел у них в соседнем «кабинете». Сотрудники милиции повели меня опознать его.

Захожу. Сидит на лавке. А рядом валяется моя сумка и мой магнитофон))) У преступника руки согнуты в локтях, локти уперты в колени. Голова лежит на ладонях. И покачивается весь медленно туда-сюда. Раскаивается, наверное))))

Милиционеры: «это он?». Я говорю: «он».

Они: «это ТЕБЕ четырнадцать лет?». Отвечаю: «да».

И в этот момент один из сотрудников начинает бить моего преступника ногами в лицо.

Я тогда подумала, что он так из-за того, то ожидал увидеть несколько иную четырнадцатилетнюю жертву, а тут я, мелкая, тощая, выглядевшая лет на 10.

Второй сотрудник говорит ему что-то типа «не при ней», и быстренько уводит меня обратно в комнату для допроса, где девушка-сотрудница милиции под мою диктовку печатает текст показаний на компьтере, громко клацая по клавиатуре своими пальцами с длинными-длинными накрашенными ногтями.

——-

Уже за полночь нас с бабушкой отпустили домой. Вернее, довезли нас на служебной машине до подъезда.

Не помню, как я это все переживала - кажется, достаточно легко, без особых проблем.

Но, конечно, очень долгое еще время меня всегда провожал папа от двери до двери (даже если надо было пройти в соседний подъезд к подруге); ну или, если проводить меня было некому, я не выходила одна, если на улице уже стемнело. Да и до сих пор, неуютно себя чувствую в подъездах))) пробегаю всегда максимально быстро.

Мужика посадили на 3,5 года.

Был суд через полгода после этого события. На суд со мной ездил папа.

На суде этот товарищ просил назначить ему содержание в колонии строгого режима. Просил прощения. Вставал на колени.

Я растрогалась - раскаивается! Папа комментирует: «да просто он понимает, что в обычной камере ему будет несладко с этой статьей». Но папа тоже, конечно, испытывал весьма смешанные чувства.

В общем, отчасти и мне, и папе было этого несчастного жалко.

А статьи какие этому дяде вменили, точно не помню. Но точно что-то про нападение, грабеж и попытка изнасилования.

Мужик был трезв. И вообще, приехал в Москву в командировку. Ему было тогда 33 года. У него в его родном городе были жена и двое детей (10 и 12 лет).

И был такой момент. Я смущалась от его фразы «я тебя сейчас кончу», поэтому я никому тогда не рассказала о том, что он так сказал. Ни бабушке, ни папе, ни милиции, ни в суде.

И есть у меня еще одна ужасная мысль (ужасная сейчас, когда я уже сама выросла и стала мамой) - я помню, что я БОЯЛАСЬ встретиться с мамой после этого проишествия. Я боялась, что она мне добавит еще, за то, что со мной такое случилось. И еще за то, что ускакала от нее к бабушке жить. Не физически, а морально добавит.

Но со своей мамой я не увиделась после этого случая более никогда - так сложилось, что 1 января 2003 она умерла. По причинам, не связанным с этим нападением. Но это уже совсем другая история.