
Мы же все одинаковые, мы все болеем одинаковыми болезнями, у нас одинаковые проблемы: одиночество, неумение обладать собой, неумение выстраивать отношения с близкими и неумение разговаривать по душам.
Я как-то проснулся среди ночи с мыслью: а вот есть ли в жизни человек, с которым, встретившись, можно было бы поговорить по душам, так, чтобы на душе потом стало хорошо? Не просто о проблемах, о каких-то поверхностных вещах, а о себе, о сути, о сердцевине своей души.
Мы настолько разучились говорить о своих чувствах, мы в основном умничаем, пересказываем то, что услышали, прочитали, а вот поговорить о том, как проживаем то или иное событие, не умеем. А ведь делиться своими чувствами, то есть самым тонким, что есть в душе, сердцевиной ее, – это то единственное, что дает близость друг с другом.
В памяти не морали остаются, не умничание, а то, как человек прикоснулся к другому через чувства. А мы все время сдерживаемся, пытаемся хранить свое лицо, разучились быть открытыми.
о. Евгений Попиченко



У меня другая проблема. Я постоянно общаюсь вот об этом - о сердцевине, о причинно следственных связях в психологии и жизни человека, о чувствах, о внутренних процессах, о духовном, и я даже не про религию сейчас, хотя и тут мне очень есть о чём и рассказать, и поговорить. И всё время я чувствую себя отщепенцем, странным человеком, которого не понимают. Вы не представляете, насколько я одинокий по жизни человек.
Вспоминаются слова Дэйзи из "Великого Гэтсби" - "Когда родилась моя дочь, и врачи мне сказали, что родилась девочка, я подумала - хорошо, что девочка.. Нет ничего лучше, чем быть хорошенькой дурочкой".
Потому что это одиночество порой невыносимо, но я всё равно остаюсь собой. Просто в моменты наивысшей боли замыкаюсь. Потом снова как то появляется надежда и открываешься, и общаешься, и становишься странным в глазах остальных. И так по кругу. Но по настоящему своего человека я встретила только один раз за всю жизнь. Один раз за 35 лет.