- Пойдем, Люба. - Паша снял с себя пиджак и накинул мне на плечи.
Шёлковая холодная подкладка тут же прилипла к моему мокрому и грязному телу. Ноги увязли в мягкой мерзкой слякоти. Грязевые комочки застревали между пальцев. Чулки превратились в какие-то капроновые отрепья.
Я не слышала, что происходит.
Падение будто оглушило меня. Контузило.
Чуть всхлипывая кровью - вероятно - порвался сосуд, я смотрела в глаза Марии Львовны, пылающие ненавистью. Её рот был криво приоткрыт. Она тяжело дышала.
Мама стояла ко мне спиной, прислонив бледную ладонь к щеке, чтобы ещё больше спрятаться. И картинка была настолько серой, что тонкая золотистая полоска её обручального кольца своим светом резала глаза.
Отец подошёл.
И молча убрал с моего лица локон, прилипший к губам.
- Сильно ударилась? Там же метра два!
Я открыла рот, чтобы сказать.
Но не смогла.
Поняла, что звука нет!
Будто кто-то перехватил меня за горло, сдавливая голосовые связки.
Я устало покачала головой.
И сглотнула слюну с привкусом крови и земли.
Затем наклонилась. Сняла с ноги единственную туфлю. Ухватила её за мокрый грязный каблук, развернулась и молча пошла к машине.
Никто не окрикнул меня.
Не догнал
Не остановил.
Все молчали. Гробовщики застыли с лопатами. И я слышала только, как дождь звонко барабанит по широкому железному полотну.
- Люб, как же вы босиком...- вдруг сказал Паша и легко подхватил меня на руки.
Поскольку голос пропал, у меня не получилось перечить ему. Хоть я и боялась испачкать его светло-голубую рубашку.
Паша поднес меня к Мерседесу и крикнул водителю:
- Давай быстрее открывай. Плохо все с Любовью Витальевной. Очень плохо.
Я постучала его по плечу.
Он серьёзно посмотрел на меня:
- Люба, ты говорить можешь?
Я замотала головой. Закрывая грязными ладонями лицо. Земля забилась и под ногти и от них пахло лесом и серой.
- Блядь. Речь пропала по ходу. Коль, что делать-то будем? - Паша заметно нервничал, - Тутанков нам с тобой таких пиздов ввалит!
- Домой надо. Срочно. Садись. По дороге придумаем. - Николай старался не терять самообладание.
Паша бережно усадил меня на заднее сидение Мерседеса.
А сам сел спереди. Машина резко развернулась. Въехала в лужу и облила грязью стоящий рядом ритуальный Гришкин пазик.
- Люб, может чаю? Там по пути кофейня. Взять вам? - Паша всем телом повернулся ко мне.
Я покачала головой.
- Гони давай. - проворчал охранник водителю.
И мы пронеслись на красный.
Я нажала кнопку, окно в Мерседесе приоткрылось. Через крохотную щелку ветер от скорости шумел так, будто где-то рядом взлетал самолёт.
Из уха что-то текло.
Сильно болело все тело.
Особенно колени. И плечо.
Мне казалось, что это конец.
Ещё чуть-чуть. И все.
Моя душа покинет это униженное как никогда тело.
Я даже мечтала, чтобы покинула!
Чтобы не находиться здесь.
Не помнить все, что сделали со мной.
Не жить этим.
Машина плавно въехала в ворота. И притормозила у крыльца.
Коля вышел первым и распахнул дверь в дом.
Паша вновь взял меня на руки и понес широким шагом.
- ИринСанна! Ир! Сюда иди! - басил он.
Я увидела спускающийся со второго этажа белый передник.
- Что случилось? - она была в полнейшем недоумении.
- Потом расскажу, - беззвучно произнес губами Паша, а вслух сказал. - Я сейчас Любовь Витальевну в ванную доставлю. Помоги ей помыться.
Мы стали подниматься по лестнице на второй этаж.
Паша занес меня в ванную комнату. И посадил прямо на дно пустой холодной ванны.
- ИрСанна, осторожнее. Там может одежда к ранам прилипнуть. И у Любы речь пропала. Она не говорит.
- Как пропала? - широко распахнула глаза повариха.
- Да кто же его знает. Вот так. Что Тутанкову-то скажем...
- Выйдем. Поговорим. - скомандовала кухарка, и они с Пашей оставили меня одну.
Я поняла, что она не вернётся сюда, пока не выяснит все обстоятельства дела. И начала сама медленно стаскивать с себя порваные остатки чулок, которые держались только лишь потому, что прилипли к телу из-за крови и грязи.
Повариха вернулась через пару минут. Она была сильно взволнованна. И начала аккуратно стягивать с меня платье.
- Люб, руки поднять можешь?
Я кивнула.
Женщина сняла с меня грязное платье и бросила его в раковину. Туда же полетел бюстгалтер и трусы.
Затем она включила воду. И отрегулировала до тёплой.
- Так нормально будет? Или сделать погорячее?
Я показала глазами, что нормально.
Ира поднесла лейку душа к моему телу и начала медленно смывать потоки грязи и прилипшие к волосам листья и ветошь.
Она намылила меня ароматным дорогим шампунем. Заботливо помассировала кожу головы.
Так мне мыла в детстве волосы бабушка.
Я тут же вспомнила нашу крошечную ванную с зелёной плиткой и развешенные на крючках жесткие застиранные полотенца.
И сидела, уткнувшись глазами в слив.
- Мочалкой мыть не буду. Вся в ссадинах - Ирина Александровна застыла передо мной, внимательно рассматривая. Вздохнула.
- Ты знаешь, Люба, мое к тебе отношение, - продолжила серьезно говорить она, - Но я тебе сейчас хочу сказать, что только последняя тварь могла так тебя унизить!
Я отвернулась к стене и расплакалась.
Гувернантка ещё раз сполоснула меня теплой водой из душа и укрыла плечи мягким полотенцем.
- Сама встать сможешь?
Я кивнула.
И, придерживаясь за край ванной, встала, перешагнула на пол.
Поплелась в комнату.
Открыла шкаф.
Достала оттуда какую-то длинную футболку и чистое белье. Надела.
Накинула сверху белый махровый халат и вышла в коридор.
Медленно, но уверенно спустилась вниз.
В бар Тутанкова.
Пальцами перебрала всевозможные бутылки, прикидывая, чего мне хочется выпить именно сейчас.
Виски!
Наливаю в квадратный стакан.
Пью залпом.
Закашливаюсь.
Задыхаюсь от того, что крепкий алкоголь обжигает пищевод.
Вскрикиваю.
Голос!
Он появился!
Осторожно, чуть ли не шёпотом, по слогам произношу:
- Я мо гу го во рить?
Могу!
- Паш! - кричу я изо всех сил, - Паааша!
Охранник с испуганным, но счастливым лицом выбегает откуда-то с кухни.
- Любовь Витальевна, отпустило?!!
- Да. Нормально. - отвечаю я, - Позови Колю и Ирину Александровну сюда. Скорее!
Через минуту в гостиной появились водитель и гувернантка.
- Слушайте. По поводу сегодняшнего происшествия. Тутанкову ничего рассказывать мы не будем...Хорошо? - неуверенно начала я и посмотрела на своих собеседников.
Все трое молчали.
Никто не позволил себе согласиться со мной, но и отвергнуть предложение тоже никто, кажется, не собирался.
Я виновато опустила глаза в пол, словно провинившийся ребёнок.
- Так вот. Ещё раз. Прошу не рассказывать Илье ничего. Я не хочу, чтобы он знал. Для него мы просто съездили на кладбище и проводили Гришу. Хорошо?
- Хорошо. - первым ответил Паша, осознавая, что для него этот вариант будет спасительным.
- Спасибо. - тихо ответила я и вернулась в свою комнату.
К вечеру вышло солнце.
И залило теплым чайным светом небо в моем мансардном окне.
Я лежала на кровати, чуть свесив голову вниз.
И смотрела на потолок.
Я часто делала так в детстве. Фантазировала, что бы было, если бы мы жили в перевёрнутых комнатах.
Окна начинались бы от пола. А в дверь пришлось бы входить, перешагивая высокий порог.
Вдруг. Щелчок.
И в дверях я увидела "перевернутого" Тутанкова.
Он выглядел спокойно.
Я подняла голову, села на кровати, прикрывая свои ноги в ссадинах одеялом.
- Привет!
Он подошёл к краю постели. Подтащил меня за плечи к себе, нагнулся и страстно поцеловал.
Мне хотелось взвыть от боли. Ведь он крепко ухватился именно за больное плечо. Но я стерпела.
Илья взбил подушку руками и лег рядом.
- Ну, как сходила?
- Нормально. - пожала плечами я, - Ни с кем, к счастью, разговаривать не пришлось.
- Но взгляды же были красноречивыми? - Илья чуть улыбнулся.
- Взгляды - да.
Он стал как-то слишком пристально меня рассматривать.
- А откуда у тебя эти ссадины? Был ведь только кровоподтек? - он провел большим пальцем по моей скуле.
Я застыла. Не думала, что он придаст значение крохотным ссадинам рядом с ухом. Они были практически незаметными.
- Ты просто не помнишь. Они были. - стушевалась я.
- Твоё личико я помню всегда. Не было этого вчера!
- Ты ошибаешься.
Тогда Илья резко поднялся и рванул одеяло. Я осталась сидеть на кровати в одной футболке. Поежилась.
Ноги мои были покрыты многочисленными царапинами и синяками. На бедре зияла огромная гематома. Я раньше и не заметила её.
- Это что еще?! Люба? - прорычал он.
Я опустила глаза и молчала.
- Твою мать! Отвечай!
- Не кричи. - тихо начала я. - Я не хотела тебе говорить.
- Но придётся сказать! - он повысил голос.
- Это я оступилась и упала в гробовую яму. Дождь же был. Скользко.
Илья замолчал.
Уставился на меня.
- Люб, ты чего несешь?
Я понимала, что скандал неизбежен. Но у меня не было сил скандалить. Я просто отвернулась.
Какое-то время он стоял и молча смотрел на меня, чуть покачивась туда-сюда на ступнях.
- Так ты скажешь или нет? Кто. Это. СДЕЛАЛ?! - на последнем слове он повысил голос так, что зазвенело в ушах.
А потом резко развернулся и вылетел из комнаты, не закрывая за собой дверь.
- Сюда все! Быстро! Паша, Николай, Ира! - громким басом закричал он на весь дом.
Я услышала поспешные шаги.
- Вы с каких пор на мелкую работаете, а не на меня?! - голос его был очень недобрым, но на "мелкой" я улыбнулась, - Почему никто не сказал мне, что с ней сделали?! Ира, ну ты-то могла сказать!
- Илья. Илья Константинович, девочку очень унизили. Она сама попросила не говорить.
- Что произошло?
Все молчали.
- Я жду! - заорал Тутанков.
- Мать этого парня наговорила всего и толкнула Любу в свежевырытую могилу. Было скользко...И...короче...- начал Паша.
Наступила тишина.
- А я тебя нахуя отправил с ней? - Тутанков уже говорил тише.
- Илья Константинович, я от бабки этой такого не ожидал.
- Твоя работа, блядь, ожидать чего угодно и от кого угодно. Ты охранник или столб?!
Я слышала, что он начал говорить тише что-то еще, но не могла разобрать слов. Затем снова раздался звук шагов рядом с моей спальней.
Я легла спиной к двери и лицом к мансардному окну.
Тутанков остановился у кресла в углу комнаты. И оно скрипнуло.
Сел.
Молчал.
Я боялась повернуться.
Я опять его боялась!
Воздух в комнате натянулся в струну. И открыв рот, он будто порвал ее:
- Почему ты мне не сказала? - голос его был уже спокойным.
- Не хотела твоих методов.
Он встал.
Подошёл.
Опустился на край кровати.
Солнце жёлтым пятном упало на его лицо.
- Каких методов ты не хотела?
- Как с Викой.
- Нет надобности убивать ту женщину. Её убило горе, Линдеман. А вот кому действительно следовало бы ввалить, так это твоим родителям.
Я заплакала.
Слезы катились в дорогое белоснежное постельное белье. Оставляя на нём неровные мокрые следы.
Тутанков нежным движением убрал одеяло с моих ног.
Бережно подхватил меня и ловко стащил футболку.
Я лежала абсолютно голая перед ним. Вся в ссадинах и синяках.
Он смотрел. И нежно водил пальцем по травмированой коже. Потом повторял маршрут уже губами. Целовал каждый сантиметр моего тела.
Я чувствовала его тёплое дыхание.
- Ты очень красивая женщина, Линдеман...Вернее, будешь ей. А сейчас еще такая юная...
- Илья, почему меня так не любят? Все.
- Я тебя люблю.
- Только ты.
- Гриша любил.
- А я его убила.
- Не ты его убила. А глупость.
- Что со мной теперь будет, Илья?
- Ты будешь со мной.
- Навсегда?
- Навсегда!
- У меня больше никого нет кроме тебя. Я одна.
- А у меня - кроме тебя.
- А Ира?
- Ну да. Ещё Ира.
- А почему ты так ценишь ее, расскажи.
- Помнишь, я упоминал, что рос в детдоме?
Я кивнула.
- Так вот, Ира была моей соседкой. Сама из многодетной семьи и привыкла за всеми присматривать. Присматривала и за мной, когда мать бухала. Потом мама умерла, я попал в детский дом, а Ира хотела меня усыновить, но не дали. Когда я вышел, были 90е. Развал. Вседозволенность. Я стал нюхать. Если бы не Ира, сторчался бы под ссаным забором. Она устроила меня на работу, к своему московскому родственнику, на склад автозапчастей. Он был человеком жестким. Один раз я стырил ящик фильтров на дозу, он отпиздил меня так, что я лежал в больнице месяца полтора. А потом заставил взяться за ум. Мы начали проворачивать разные темы, зарчастями по-крупному торговать...Ну и, можно сказать, я выбился в люди благодаря ему. Потом я спас Иру от мужа алкаша, который её регулярно пиздил. Ну и все. Так вместе мы уже 20 лет. Она выбрала работать на меня, хотя я не считаю её сотрудником. Она член семьи.
- А я?
- И ты. Оклемаешься, в ЗАГС пойдём. Тебе Тутанковой быть по судьбе, Линдеман. И я детей хочу. Боялся раньше. А теперь хочу.
Я прижалась голым телом к его туловищу. Караулила, как дышит.
- Тутанков, а ты бандит? - вдруг смело спросила я, не ожидая от себя подобного вопроса.
Он вскинул брови, улыбнулся.
- Знаешь, как говорил Рокфеллер? Я могу отчитаться за каждый заработанный миллион, кроме первого. - ответил он, крутя на пальце мой локон.
- Останься со мной. На ночь. - шепнула я.
- Останусь. Сейчас только крем от синяков принесу. Подожди.
Он вышел. А я расплакалась ещё сильнее. Впервые в жизни я почувствовала себя кому-то действительно нужной.
Дни снова потекли однообразно.
Ко мне вернулся мой Астон Мартин. Дорогой шопинг. Лучшие рестораны. На этот раз я была смелее. Иногда даже не смотрела на цены.
Тутанков разрешал мне все.
И я разрешала ему все - только в постели.
Сентябрьским воскресным вечером мы с Ириной были дома вдвоём.
Илья уехал играть в футбол.
Гувернантка возилась в саду.
А я прикидывала, в каком наряде пойти на очередную светскую вечеринку. Крутилась перед зеркалом в туфлях Маноло Бланик. И в одном лишь нижнем белье. Хотела встретить так Тутанкова. Уходя, он намекнул, как именно сегодня хочет.
Меня отвлек звук открывающихся на территории ворот.
Я подлетела к окну. Спорткар Тутанкова с ревом пронесся до крыльца. Он вышел. Сам был за рулём.
Ира застыла с сорняками в руках.
Следом заехала другая машина. Порш. Я знала, что на таком ездит начальник его службы безопасности. Четверо мужчин вышли из машины и зашли в дом следом за Тутанковым.
Я накинула халат. И спустилась вниз прямо в туфлях Маноло Бланик.
Слышала, как захлопывается дверь его кабинета и поворачивается ключ.
Следом в прихожую зашла Ирина Александровна. Её руки были в земле.
Я указала глазами вглубь коридора.
Гувернантка пожала плечами, а потом подошла ближе и шепнула:
- Что-то серьёзное, Люба.
- Я вижу. - кивнула я.
- Если будет нужно, узнаем.
Ира развернулась и снова вышла в сад. Я вышла за ней. И аккуратно обошла дом с обратной стороны. Окно в кабинет Тутанкова было приоткрыто. Спрятавшись за развесистым персиковым деревом, я притаилась в зелени и стала слушать.
Мужские прокуренные низкие голоса перемешивались друг с другом. И до меня доносились лишь отдельные слова "офшоры", "поглощение", "квоты", "банкротство", "налоговая", "сука", "Янковская"
Янковская!
Я насторожилась.
И услышала сзади шаги.
Думала, умру в то же мгновение. Но это была повариха.
- Что там? - спросила она губами.
- Переполох. - беззвучно ответила я и показала большой палец вниз.
- Пойдем. - она махнула мне рукой.
Прошёл час. А никто так и не вышел из кабинета.
Я сидела перед зеркалом в своей комнате.
С открытой дверью.
На шпильках и в халате, накинутом на дорогущее кружевное белье. И чтобы хоть как-то успокоить нервы, размахивала туда-сюда ароматной кисточкой по лицу.
Вдруг шаги.
ЕГО.
Тутанков пронесся мимо моей комнаты, даже не зглянув. Следом прошла охрана. Человека три.
Порш выехал с территории.
Я как будто бы вросла в стул. Мне было тревожно.
От того, что я не понимала ничего.
Через 10 минут он появился в дверном проеме с дорожной сумкой и повернул замок.
Подошёл. Подхватил меня за талию и усадил прямо на трюмо и прижавшись к уху, тихо и горячо зашептал.
- Люба, меня конкретно взяли за жопу. Подробностей не будет. Мне нужно залечь на дно. Я уезжаю из страны. Как только все утрясется, заберу тебя. Будь осторожна с матерью Гриши и с Сониными. Мои люди о тебе позаботятся. Из соображений безопасности я не могу сказать тебе, куда еду. Я очень тебя люблю. Поэтому не могу подвергать опасности.
Затем он плотно впился в меня своими губами. И целовал минуты две.
А потом, взглянув на прощание в глаза, нежно провел пальцем по моему лицу.
И быстрым шагом вышел из комнаты, не закрывая за собой дверь.
Девочки! А давайте в знак благодарности и признательности дружно купим / и оставим отзыв на Литрес данному автору ! Ведь хочется, чтобы ни только были комментарии в мамлайфе, но и оценивался труд по серьезному! Автор тратит ресурсы для публикации! Например «Карманный аквариум» опубликован на Литрес! ( история Марго) ну??? поддержим своих!
@svetulianis, ну как их можно сравнивать. Они как части одного, все равно пасхалочки собираешь то там, то тут. Это завораживает и невозможно остановится 😍
Свет спасибо, что не оставила вместе Любу и Илью👍🏻
Как минимум с поучительной стороны, чтобы созависимые девочки не лелеяли свои фантазии, что с такими людьми все бывает хорошо в отношениях 😄
И кстати, если бы Илья искренне любил Любу, в такой опасный момент он не бросил бы ее одну, он ведь прекрасно знает, что его будут искать через нее, что она станет козлом отпущения! Илья никого не любит кроме самого себя!
Пояснительную бригаду пжста, его за жопу взяли Сонин вместе с мамней Гриши, или за жопу взял только Сонин, а маманю просто опасаться нужно из-за выходки на похоронах??)
Это невероятно, я даже не смогу подобрать слов.
Светлана, это же самый настоящий талант, нельзя это хранить вот тут, это должен читать весь мир!😃
Скажите куда писать, я напишу, что бы ваш «сценарий» забрала кинокомпания!!😃
Я хочу, НЕТ, я требую лицезреть это на экране!!!❤️
Первый раз слышу в вариации картошки
🤣
Это надо было Любе сказать, когда её Гришан после Парижского ресторана с устрицами - картохой на набережной кормил 🤣
Девочки! А давайте в знак благодарности и признательности дружно купим / и оставим отзыв на Литрес данному автору ! Ведь хочется, чтобы ни только были комментарии в мамлайфе, но и оценивался труд по серьезному! Автор тратит ресурсы для публикации! Например «Карманный аквариум» опубликован на Литрес! ( история Марго) ну??? поддержим своих!
Ааааа!!!!
Ну что же за очередной 3,14здец там у тутана…. Ох блядь, прям держит это всё в диком напряжении 😭😭😭 спасибо большое за твое творчество и время, которое ты уделяешь на нас😘💐
Ох 😟 хочу хеппи енд
Люба как Золушка в 12 часов ночи, пробило нужное время и она остается без всего (без Тутанкова)
Отвратительное чувство, когда тебя оставляют
Свет, спасибо 🌹
Не писала вам ранее, но с огромным удовольствием читаю ваши романы!
Спасибо вам большое!
И всегда с большим нетерпением жду новых «серий»!
Этот роман- вызывает столько противоречивых чувств…
Отношение к героям меняются от главы к главе
От этого еще более томительно ожидание следующей
Несмотря на ваше предостережение о том, что счастливого конца не ждать, надеюсь, что каждый из героев обретет гармонию с собой
Так круто все складывалось, я аж засомневалась, ты ли это писала) но потом все встало на свои места! Скандалы/интриги/расследования🔥👍
Радует, что Люба с Ирой примирились♥️
Я вот тоже не понимаю почему он с собой ее не взял.
Ну оставил он ее в доме, с охраной и тд. Но за обслуживание всего этого кто будет платить ?? Если у него финансовые проблемы … все счета заблокируют и привет
@anastasiya_laskovaya ну если ещё с такой охраной как Паша, то так себе затея. Дело то может и не на неё шьют, но с чьей подачи? Правильно, мамы Гриши. А она для Любы на данном этапе враг номер 1. Поэтому тут не всё так сладко и гладко будет.
Света, очередная благодарность ❤️🙏🏻
Я словила мощный флэшбек.
Понимаю весь спектр чувств Любы…
Любимый и единственный. Тот, кто стал всем. Тот, кто был для тебя целым миром. Тот, с кем было всё. Во всех смыслах. Просто ушел. Принял решение не в её пользу. Посчитав, что так лучше для нее. Для них обоих.
Это крах 💔
Будто ты летишь с высокой башни вниз головой, а тебе страшно приземлиться, не потому, что больно падать. Больнее, чтобы всё это осознать…
Это шо получается, Люба - засланный к Сонину казачок? 🤔
Учитывая её предыдущие резкие телодвижения, засланный исключительно по своей бесстрашной инициативе…
Да бл... интересно здесь можно ругаться матом , просто остальных слов не осталось, как так, почему каждая новая глава все круче и круче , хочу ещё , по-моему я начала понимать что чувствуют наркоманы в ожидании очередной дозы 🤦♀️😭
@svetulianis сегодня целый день не отрываясь читала карманный аквариум, выгнала детей и мужа , Светлана пожалуйста продолжайте писать , ваши рассказы не обычные, захватывающие и самое важное оставляют приятное и теплое послевкусие, спасибо вам большое за ваше творчество 🌷🌷🌷
Как же он мог ее оставить одну. Ведь она инструмент влияния на него теперь и тоже под угрозой. Он должен был как Саша Белый поступить. Нет, все таки насрать Тутанкову на Любашу.
@svetulianis, у меня вот прям навязчивое такое э…не оч хорошее чувство насчет Тутана. Прям вот сердце не на месте😂😂😂
Уж не убьют ли его в обозримом будущем? Похоже Маша Львовна прям отомстить собралась хорошенечко так.
Ух 42-43 на одном дыхании прочитала ", спасибо Свет.
Очень интересно, и очень ждём продолжение , но очень странно что глава без жестокой ебл# 🤣🤣🤣
Так даже лучше 😅
@svetulianis, @ksalis, скажет, что Сонин копает по него, натравил проверки, пока Сонин на коне, они не могут быть вместе, « и только ты, диндеман, можешь спасти нашу любовь». А для этого нужно стать любовницей Сонина, втереться в доверие и выведать его секреты.
Соответственно Люба играет роль брошенки (иначе Сонин не поведется), нищенки.
Поэтому она и злится в первой главе: она вынуждена жить без шопардов, в съемной убитой квартире, спать с левым мужиком. От этого и ее вопрос: «в кого ты превратилась, Линдеман?» (так ,кажется , она говорила).
Она живёт там в квартире, которую ей Федя Сонин купил. В Москва Сити.
У неё на пальчике картье. И она собирается покупать пуховик за 300 косарей. То есть Сонин платит ей хорошо.
За утехи.
Люба и правда разрушительная… то авария, то смерть Гриши, то теперь вот человек из-за нее страну покидает и может лишиться всего.
А еще подумала, что они одного поля ягоды, это особенно видно в этой главе. он один и она одна по жизни, и сошлись они как половинки двух пазлов. Оттого и притяжение такое сильное.
@lesyalapochkina, да, я про МариюЛьвовону. А откуда она появилась в жизни Ильи? Любина свекровь. И если бы не Люба, то не было бы проверки налоговой и не пришлось бы ему бежать из страны… 🤷🏻♀️
@hey_po,
Спасибо за главу. 💐
Не может быть у Любы все хорошо и размеренно, а жаль. Вроде и Ирина к ней потеплела.
А в конце главы показалось что это последняя встреча Любы и Тутанкова.
@mama_kenga ну она женщина упертая. А тут смысл жизни в виде сына единственного и любимого потерялся. Произошло замещение.
Теперь смысл жизни размазать крошку Любу.