Люба беременна? Что случилось с Викой и таблеткой? Тутанков отпустит?

🖤 Глава 23. Викуля.

Я вернулась в свою комнату и легла на кровать. В темноте.

Меня потряхивало.

Может, вернуться и забрать этот листок?

Нет.

Не буду забирать.

Пусть увидит.

И отпустит меня.

Скажу, что больше не хочу с ним быть.

Не прицепит же к батарее...

Не закроет в подвале.

Может быть, Мише написать? Чтобы забрал? А если Тутанков меня прослушивает? Он убьет нас за это предательство.

Я чувствовала себя загнанным зверем.

Нет...

Так больше не может продолжаться.

Я не могу себя больше мучить мыслями. У меня нет на это сил...

Я спустилась на первый этаж.

В его бар.

Плеснула в стакан коньяку, который обычно выпивал он.

И, зажмурившись, опрокинула прямо в глотку.

Очень горячо.

Горло обожгло.

Я закашлялась.

Все конечности стали ватными.

А голова тяжёлой.

Я снова поднялась к себе.

Залезла под одеяло.

И уснула.

Мне виделось что-то очень неопределённое. Какие-то голоса. Взрослые? Или детские? Я даже не могла разобрать...

И повторяющиеся раз за разом строчки.

...Выход есть, не бросай искать

Даже там, где давно привык...

Сквозь сон я услышала его требовательный и не совсем трезвый голос.

Мне кажется?

Или наяву?

Открыла глаза.

- Что это значит? – он махал надо мной листком с анализами.

Я смотрела на Илью из-под одеяла.

- Ты ответишь, нет? – он подошел ближе и сел возле меня на кровать. Она прогнулась под тяжестью его тела.

- Это…анализ на ХГЧ, по которому определяется беременность…- чуть слышно сказала я.

Он повернулся ко мне лицом. Неуверенно посмотрел в глаза.

- Ты беременна?

Я покачала головой:

- Нет.

- А как тогда? – он выглядел растерянным.

- Ты дал мне таблетку. Поэтому я больше не беременна. А гормон этот сохраняется какое-то время в крови…

Он смотрел на меня с явным непониманием. Глаза бегали. С меня на бумажку. И обратно.

- Какую таблетку? Тебе дали успокоительное…

- Хватит врать. Признайся уже. Будь мужиком! – неожиданно для себя я повысила на него голос.

И тут же присекла себя.

- Признаться в чем? Мне сказали, что ты не беременна. И тошнота твоя на нервной почве!

Я усмехнулась.

- Тутанков? Зачем ты сейчас шьешь белыми нитками?!

- Дура! Я бы никогда так не поступил с тобой! Я уебу того, кто дал тебе эту таблетку! Я его просто, сука, уничтожу! – он засунул бумажку в карман брюк и так резко вылетел из комнаты, что от него подуло ветром.

Я снова сидела раздавленная.

И не понимала уже, где правда, а где нет.

Зачем ОН это все разыгрывает? Все эти спектакли.

Я слышала, как Илья что-то крикнул одному из своих охранников.

Вскочила с кровати, приоткрыла щелочку двери и насторожилась.

Топот по лестнице.

Он будто собрал всех.

Сердце заколотилось. Если сейчас уедет, а с ним вся его охрана...Я смогу прошмыгнуть мимо Ирины. А куда идти? Опять найдет. Я же не знаю, где у меня ещё маячки.

В шубе?

В обуви?

В телефоне?

В шопардах?

Думай скорее, Люба!

В пижамных штанах не должно быть маячка. Это ведь нелогично. Зачем ему там быть?

Ещё у меня в шкафу лежали новые ботинки. До них тоже вряд ли дошли руки службы безопасности Тутанкова.

Доехать до магазина и купить новый пуховик? А старый выбросить?

Представляю, как обрадуется кто-то пуховику Прада в мусорном баке...

А телефон?...Что делать с ним?...

Я вытащила коробку с ботинками из шкафа.

И стала искать паспорт.

Я точно помнила, что положила его на полку.

Но.

Его там не было.

И в сумочке не было.

И в другой.

И в остальных вещах.

Забрал?!

Он специально забрал?!

Я сжала кулаки изо всех сил. Впиваясь ногтями в мягкую ладонь.

Уходить без паспорта?

Нет.

Нельзя без него...

Вернуться к родителям?

А как я вернусь в пижамных штанах домой?

Что я им скажу?

Я села на кровать и расплакалась. От безысходности.

Затем вскочила и начала с яростью выкидывать все вещи из шкафа...

Вдруг глаз мой упал на небольшую пачку денег. Двести тысяч, которые я занимала тогда и которые ОН мне вернул.

Машинально сунула их в карман пижамных штанов.

И с ботинками в руках пошла на первый этаж.

Стараясь не скрипнуть половицей или ступенькой.

Как мышь.

- Люба! - услышала я голос Ирины Александровны и вздрогнула.

Коробка упала на пол.

- Вы напугали меня...- тут же оправдалась я.

- Извини, пожалуйста. Я не хотела. Куда ты? С коробкой?

- Да это новые ботинки. Хочу поставить в прихожей, чтобы надеть в следующий раз. - пожала плечами я.

- Ясно. - холодно кивнула Ирина Александровна.

Она наблюдала за мной, как коршун.

И я поняла, что всё...

Она не даст мне уйти.

Я зашла в прихожую и демонстративно опустила ботинки на обувницу.

Гувернантка следила за каждым моим движением.

Я чувствовала это.

- Люб, завтрак готов.

- Спасибо. - тихо ответила я.

На кружевном подносе лежали бутерброды с икрой. Вкусно пахло травяным чаем.

Я села на краешек стула.

И откусила хлеб.

Ирина ходила кругами рядом. Имитируя дела.

Как будто читала мои мысли и сдерживала их в моей голове словно вожжами.

А если ей все рассказать?

Про таблетку? Про измены? По-женски попросить помощи...Может быть, поймет? Даст уйти?

Нет.

Не поймёт.

Предана Тутанкову.

Я доела бутерброды и перебрались в гостиную на диван. Так было проще контролировать Ирину.

Включила сериал. Старалась приглушить её бдительность.

И через полчаса мне это удалось.

Гувернантка взяла чистое белье и пошла с ним на второй этаж.

Я прибавила громкость на телевизоре и прошмыгнула в прихожую.

Натянула ботинки. Пуховик. Замоталась шарфом. И аккуратно опустила ручку входной двери.

Она открылась.

Я выглянула в мороз.

Тишина и никого.

Я аккуратно вышла и по заснеженному газону, минуя чищенную тропинку, побежала к выходу.

И услышала...

Звук подъезжающего автомобиля.

Автоматические ворота разъехались.

Тутанков.

Сердце бухнулось вниз.

Ноги задрожали.

Водитель остановил мерседес передо мной.

Илья открыл окно и вопросительно посмотрел на меня. Молчал.

Я сжала губы.

Сложила руки на груди.

Подбородок мой дрожал.

Он вышел из машины. В одной рубашке. В мороз.

- Кот из дому, мыши в пляс?

Я отвернулась.

Мне нечего было сказать.

Меня размазало.

Разъедающим чувством вины перед самой собой.

Илья грубо развернул меня за плечо к себе.

- Садись в машину! - скомандовал он.

- Нет. - ответила я.

- Это приказ!

И толкнул меня в салон.

Я как побитая собака забилась в угол.

Водитель сдал назад. И развернулся.

- Куда мы едем? - прошипела я, защищая себя.

- Наказывать обидчика.

- Какого обидчика?

- Который дал тебе таблетку.

- Мы едем наказывать тебя? - криво улыбнулась я.

- Я уже сказал тебе, что не при чем.

- Я тебе не верю. И жить с тобой не хочу. - пролепетала я в окно.

Он молчал.

Слезы покатились вниз.

И капали на домашние штаны.

Я понимала, что если не скажу...Меня разорвёт! Уничтожит.

- Тутанков! Илья! Пожалуйста, отпусти меня! Я несчастна с тобой! Я не хочу с тобой быть! НЕ ХОЧУ!

Я вцепилась в рукав его белоснежной рубашки.

Трясла его, что было силы.

Готова была порвать.

Он не реагировал.

Отвернулся.

Как будто не слышал меня...

Как будто меня не существует.

Опять.

Я разжала пальцы, выпустила ткань его дорогущей сорочки из рук.

Уткнулась лицом в ладони.

И просто тихо плакала.

Содрогаясь всем телом.

Мы заехали в какую-то промзону. Узкая ухабистая дорога. По обе стороны железные ангары.

Мне стало страшно.

А вдруг убьет?!

Я изо всех сил вжалась в сиденье.

Нас обогнал внедорожник. С его охраной.

Двое самых крупных вылезли из машины и открыли нам двери.

Один протянул мне руку.

Я не взяла.

Второй помог Тутанкову надеть пальто.

Илья схватил меня за плечо и потащил в одно из сооружений. Рядом залаяли собаки. Все мое тело встало на дыбы.

А он не останавливался. Тащил меня к воротам.

Охранник скинул замок. И распахнул ставни перед нами.

Внутри горел тусклый свет.

Пахло сыростью.

Всюду валялись поддоны. Коробки.

На одной из них сидели...

Вика и ассистентка врача, которая дала мне таблетку.

Руки их были связаны грязной бичевкой. И над каждой стояло по охраннику.

Я остановилась. Застопорилась.

В ужасе

Но Илья аккуратно подтолкнул меня под спину вперёд.

Между мной и этими женщинвми почти не осталось расстояния.

Лишь каких-то пару шагов.

Лица обеих были в кровоподтеках. Не было сомнений, что их били.

Я отвернулась.

- Ну, рассказывайте...- голос Тутанкова полетел эхом по ангару.

Но все молчали.

- Рассказывайте, блядь! - заревел он.

Я скукожилась от громкости.

Медсестра не выдержала.

Громко разрыдалась.

Мне хотелось заткнуть уши.

Провалиться сквозь землю.

А Вика улыбнулась разбитым ртом:

- А что рассказывать, Илья Константинович?! Как я тебя ненавижу? Я готова в рожу тебе плюнуть! - она сплюнула рядом с собой кровью.

- И за что же ненавидишь? А? За то, что я тебя вытащил из клоповника твоего? Из дерьма? Что образование дал? Работу?

- Из клоповника...Знаешь, Люба, откуда он меня вытащил? Я в элитном клубе гоу-гоу танцевала. А он к нам бухать приходил. И напряжение снимать...А знаешь, как? Как и с тобой. Привязывал к кровати. Лупил ремнем. А я ему понравилась очень. В сердце запала. Забеременела. А он мне таблеточку...А потом в качестве извинения институт. Работу вот предложил..А что с того?! Зачем это все? Если я не могу теперь...- она расплакалась, захлебывалась слезами..

Медсестра скулила тихо, опустив глаза. Всё её лицо было в подтеках от туши.

- Дальше. - скомандовал Тутанков.

- А дальше, я её попросила, - Вика кивнула на свою соседку, - Чтобы она дала таблетку твоей этой шлюшке...Была уверена, что рано или поздно залетит. С вашей-то плодовитостью, Илья Константинович...

Лицо Вики перекосило от злости, отвращения и боли...

- Что сделаешь с ними, Люба? - Тутанков смотрел на меня острым и пытливым взглядом.

Я замерла.

Похолодела вся.

Не понимала, что чувствую.

Будто бы покрылась коркой бесчувствия.

Будто анестезией.

- Ничего...- покачала головой я.

- Ответ неверный. - развел руками Тутанков. - Валер, уведи её в машину. - кивнул он одному из амбалов.

Тот молча указал мне глазами на выход.

И я пошла.

Села в мерседес.

Тутанков не выходил.

А потом послышался выстрел. И крик.

Через секунду он появился в воротах и водитель открыл дверь.

Илья сел.

Я шарахнулась от него.

- Поехали. - скомандовал Тутанков.

А я не могла говорить.

Не могла произнести ни слова.

Глаза мои бегали туда сюда по идеально ровной прострочке водительского кожаного сидения.

Илья нащупал мою ледяную руку и нежно захватил её своей тёплой, крепкой, большой ладонью.

- Я никому не позволю обижать тебя...- вдруг сказал он.

Я выдернула руку, словно ошпаренная.

Повернулась к нему.

Посмотрела в глаза.

Он был спокоен.

- Отпусти меня...

Он молчал.

- Пожалуйста, отпусти...- громче повторила я.

Он молчал.

- Отпусти меня! Я не хочу больши жить в этом кошмаре с тобой! - я закричала так громко и пронзительно, что у меня сел голос.

Я охрипла и закашлялась.

- Останови. - строго скомандовал Тутанков.

Водитель припарковался на обочине. Мы ехали по трассе.

- Выходи. - он глазами указал мне на дверь авто.

- Там лес и трасса...- в замешательстве сглотнула я.

- Хотела уходить. Уходи!

Я сидела не шелохнувшись.

- Пошла вон! - он наклонился и открыл дверь с моей стороны.

Слезы снова наворачивались на глаза.

Я вышла из машины, мягко и неуверенно захлопнула дверь. Отошла в сторону.

В надежде, что это фарс...

Мимо летели фуры.

Тутанков открыл окно и протянул мне мой паспорт.

После чего мерседес резко стартанул с места и уехал...

#любалиндеман