💔 Глава 19. Всё хорошо, Люб?

Я зажала рот рукой и побежала в туалет.

Облакотилась руками на хододный стульчак унитаза.

Позывы тошноты не заканчивались.

Было плохо.

Очень плохо.

Я села на плиточный пол.

Закрыла глаза.

Вдох. Выдох.

Отступало.

Кто-то постучал в дверь ванной комнаты.

- Все хорошо, Люб?

Я поднядась с плитки. Открыла.

Гувернантка держала в руках запотевший стакан воды.

- На...- протянула она его мне.

Я взяла.

И плеснула себе в лицо. Остатки выпила.

Сунула пустой бокал в руки Ирины Александровны.

И поплелась наверх.

В свою комнату.

После ночного секса кровать была кувырком. На простыни остались следы спермы. На полу валялся его ремень. Которым он привязывал меня к кровати. За запястья.

Иногда мне казалось, что мы перешли все грани...

Он порол меня.

Связывал.

Если я сосала, то на коленях. Подчинялась ему. Полностью. Он делал со мной все, что хотел.

Иногда было приятно. И даже хотелось еще...

Иногда не очень.

А иногда казалось, будто я проснулась среди ночи и осознала, что все это время спала, а наяву происходит что-то очень неприятное и травмирующее.

Один раз мы лежали рядом в постели. И он захотел минет.

Одной рукой взял меня за волосы и опустил под одеяло. А другой достал из штанов член. Грубо трахал меня им в рот, лежа на боку.

А я не была возбуждена.

Нисколько.

И осознавала только то, что в моменте мне было противно ЭТО делать.

Потом он прижимал меня к своей широкой волосатой груди. Обнимал. Ласкал. Будто смягчая этим обстоятельства.

Но их невозможно было смягчить.

А теперь ещё и эта тошнота...

О причине которой я, конечно, догадалась сразу. Ведь никакими сторонними доводами невозможно обмануть в этом случае женскую интуицию.

Я.

Была.

Беременна.

Полгода назад мне исполнилось 18.

Я жила с мужчиной меньше 2х месяцев.

У меня не было ни работы, ни образования, ни поддержки родителей. И я не понимала, как отреагирует на эту новость Тутанков. Ведь он никогда не говорил со мной об этом.

А если обвинит меня в том, что я сделала это специально?

Перестала пить таблетки с расчетом забеременеть?

Как мне быть?!

Я нервничала. Ходила из стороны в сторону по комнате. Хотя уже нужно было собираться в Университет. На экзамен.

Я залезла в джинсы и водолазку. Спустилась вниз.

Водитель ждал меня. Как всегда у крыльца. Я надела ботинки, пуховик. Взяла рюкзак и вышла из дома.

Может быть, прямо сейчас заехать в аптеку и взять тест?

Ещё вчера мои мысли занимало только то, какую купить сумочку. А сегодня мир будто перевернулся с ног на голову.

Мы проехали одну аптеку.

И ещё одну аптеку.

И ещё одну.

И я не решалась сказать водителю, чтобы он остановил. Я не доверяла ему. Совсем.

Через полчаса я сидела в коридоре Университета на подоконнике. И пялилась в окно. Моя экзаменационная очередь ещё не подошла.

Все зубрили конспекты, повторяли билеты по фольклору. А я думала лишь о том, как бы помягче сказать о своих подозрениях Тутанкову.

Вдруг звонок телефона!

Он!

Сердце ушло в пятки.

Ведь Илья практически никогда не звонил первым.

- Алло.

Как только я произнесла это слово, все вокруг будто замерло. В том числе и одногруппники.

- Люба, где ты? - начал он.

- В университете.

- Я понимаю. Где именно? На каком этаже?

- На втором. У актового зала. - тише обычного произнесла я.

Он положил трубку.

Но я тут же услышала вдалеке его раскатистый голос:

- Где здесь актовый зал?

Илья влетел на второй этаж словно вихрь. Сзади шёл охранник, Паша. Тутанков, как всегда, был в рубашке с закатанными рукавами. А Паша нес сзади его пальто.

Все словили тишину. Лишь цоконье дорогих ботинок моего господина по университетской плитке катилось эхом по этажу.

Студенты расступились.

И он беспрепятственно подошёл к подоконнику, на котором сидела я.

- Привет.

- Привет.

Я оглянулась.

Десятки молодых глаз смотрели на нас.

- Нужно съездить кое-куда. Сейчас. - Илья сказал это тихо, но слышали все.

- У меня экзамен...- пролепетала я.

- Я хожу в баню с ректором твоего университета каждый месяц. Думаешь, я не смогу договориться о твоём экзамене? Есть дела поважнее, поехали.

Он протянул мне руку.

И я вложила в нее свою ладонь. Спрыгнула с подоконника. Взяла рюкзак. Пуховик подхватил Паша. И мы пошли к лестнице. Быстрым шагом. Под пристальными любопытными взглядами окружающиз.

- Зачем ты сказал...про баню и ректора...- разрчарованно спросила я, усаживаясь в его Бентли. - Теперь в меня будут тыкать пальцем...

- Теперь тебя будут бояться. И сто раз подумают перед тем, как тыкать пальцем. - удовлетворенно ответил Тутанков.

- Ты плохо знаешь моих одногруппников. - хмыкнула я.

- Зато я хорошо знаю ректора твоего Университета. Пусть только попробуют сказать что-то плохое в твою сторону...- добавил он и взял меня за руку.

- Куда мы едем? - спросила я.

- К гинекологу. - спокойно ответил Илья на вопрос и сильнее сжал мою ладонь.

Я все поняла.

Не было смысла отнекиваться.

- Ирина Александровна тебе рассказала?

Он кивнул.

Внутри я вся тряслась от волнения. Мне хотелось смотреть на его лицо, чтобы улавливать реакцию. Но я боялась...И он больше ничего не говорил.

Молча мы подъехали к больнице.

Водитель открыл дверь.

Я вышла. Тутанков пошёл как всегда первым.

А я неуверенно поплелась сзади. Рядом с охранником.

Илья не остановился даже у стойки администратора. Сразу пошёл к лифту.

Девушки с растерянной дежурной улыбкой поздоровались.

Татунков влетел в лифт. А затем и в кабинет врача, минуя очередь.

Я зашла за ним.

- Илья Константинович, рад видеть! - доктор подскочил на своём стуле, чтобы пожать руку

- Будь здоров. - хлопнул его по плечу Тутанков. - Девочку мою посмотри.

Он уселся на диван и закинул ногу на ногу.

- Любочка, проходите. - ассистентка врача нежно подхватила меня под локоть и повела в соседнюю дверь. - Вы что-нибудь ели с утра?

Я отрицательно покачала головой.

- Сейчас сделаем УЗИ, сдадим кровь. Хорошо? - щебетала она наречиями, как будто бы они предполагали ответ.

Я легла на кушетку. Ноги дрожали.

- Опусти чуть джинсы. - улыбнулась врач, заботливо растирая мне по животу прохладный гель. - Когда была последняя менструация?

Я начала прикидывать даты и увидела, как женщина в страхе изучает синяки на моих бёдрах. От ремня. Которым меня хлестал Тутанков пару дней назад во время секса. Он случайно задёл нежную кожу пряжкой. И остались следы.

Взгляд ассистентки стал каким-то виноватым. Она тут же замкнулась. Съежилась. Хотя всем своим видом пыталась показать обратное.

А мне почему-то хотелось расплакаться.

- Так. Чудесно. - комментировала узистка, водя датчиком по моему животу и выуживая из себя улыбку.

Я не понимала, что происходит на экране. Она долго щелкала по клавишам.

- Можете одеваться, Любочка. И держите салфетку. Сейчас кровь сдадим.

- У меня...все хорошо? - спросила я, боясь даже заикнуться о беременности.

- Все очень хорошо! Садитесь. И поработайте, пожалуйста, кулачком.

Она интенсивно протирала мне руку вонючей спиртовой салфеткой, и от этого запаха тоже тошнило.

Мгновенный укол.

И всё.

- Я сейчас. - ассистентка кивнула и вышла в кабинет врача, плотно закрыв за собой дверь.

Меня мутило от спирта.

От голода.

От нервов.

С каждой секундой становилось все хуже.

Через двадцать минут женщина вернулась ко мне со стаканом воды.

- Плохо, да? - спросила она с сочувствием.

Я кивнула.

- Держи воду. И таблетку.

- Что за таблетка?

- Успокоительное.

- Я беременна?

Она внимательно посмотрела на меня. Глаза в глаза.

- Нет, Любочка. Вы не беременны.

Я взяла таблетку. И запила её водой.

Тутанков ждал меня так же на диване. Я заметила, что он нервно подергивает ногой.

- Люба, у тебя все хорошо. Менструация вот-вот придёт. Тошнота - от нервного перенапряжения. Экзамены, наверное. - не отрываясь от каких-то бумаг пробубнил врач.

- Я не нервничала...- начала оправдываться я.

Но Илья перебил меня.

- Спасибо. - Тутанков резко встал с дивана. И взял меня за руку.

- Если Люба плохо себя чувствует, может быть, стоит полежать пару дней в стационаре? - неуверенно начала ассистентка.

- Мы едем домой. Я обеспечу Любе покой. - ответил Тутанков.

Он пошёл первым. И потянул меня за собой по коридору.

- Давай, пожалуйста, позавтракаем...- попросила я.

- Сейчас я отвезу тебя домой. Ирина накормит. - он нежно поцеловал меня в лоб.

- А ты вернешься на работу? - я подняла на него глаза.

- Если хочешь, могу остаться с тобой...

- Ты же никогда не оставался со мной...

- Я устал. Да и дел никаких сегодня толком...

Я кивнула.

Никогда раньше он не вёл себя так.

Мы приехали домой.

Ирина Александровна встретила нас на кухне с бутербродами и сладким чаем.

- Ты очень бледная. Ешь. - Илья сам намазал на хлеб чёрную икру и протянул мне.

Я съела. Запила всё теплым чаем. И пошла в свою комнату.

Болел живот.

Легла на холодную, но уже прибранную кровать, и уставилась в мансардное окно.

Было очень-очень тихо.

Достаточно для того, чтобы услышать скрип половиц.

Дверь открылась.

Вошел Тутанков.

Он уже переоделся в свободные спортивные штаны. Залез ко мне. И обнял. Уткнувшись носом в макушку.

- Я не могу сейчас...У меня...

- Я не хочу секса. - опередил меня он.

И мы просто лежали в обнимку.

Молча.

Я не понимала, что происходит. И почему он такой. Никогда раньше Тутанков не приходил ко мне днем.

Мы задремали.

А проснулась я от сильных болей внизу живота. Почувствовала мокрое белье. Вскочила с кровати.

- Ты куда? - Тутанков резко очнулся ото сна и даже дернулся.

- В туалет. - крикнула я.

И забежала в ванную комнату.

Стянула трусики и увидела, что они все в крови.

Залезла в душ.

Вода подо мной моментально стала красной. Мне было страшно. Но психовать было нельзя.

Я подложила прокладку и вышла обратно к Илье.

Он сидел на краю кровати, сложив руки замком.

Был очень серьёзный.

- Все хорошо?

- Да.

- Люба, точно?! - он посмотрел на меня как никогда прежде. Очень взволнованно.

- Месячные пришли.

- Ты очень плохо выглядела утром. Поэтому спрашиваю...- сказал он уже мягче, словно оправдываясь.

Я обняла его.

- Тебе нужно окрепнуть до завтра. Мы приглашены на день рождения одного моего друга.

- Надеюсь, это не Гела...- горько усмехнулась я.

Он ничего не ответил.

Следующийюм вечером мы сидели в дорогущем ресторане.

Кругом были люди в люксовых костюмах и бриллиантах. И это все уже выглядело для меня довольно обыденным.

Я ковырялась ложкой в остром итальянском супе. Аппетита не было. Рядом искрился в бокале МОЕТ. Пить его тоже не хотелось.

Тутанков в отличие от меня пропустил уже пятую рюмку коньяка. Расстегнул верхние пуговицы на рубашке и раскатисто хохотал над чьими-то шутками.

- Я хочу подышать...- тихо шепнула я ему на ухо.

- Ты должна быть тут, со мной. - ответил он, положив руку на мою юбку.

- Я не имею права подышать воздухом? - я разозлилась.

- Конечно, имеешь. Но я, Люба, имею тебя. Вместе со всеми твоими правами. - хохотнул он.

Я грубо оттолкнула его руку и встала из-за стола.

Он ничего не сказал.

Я взяла в гардеробе шубу и вышла на крыльцо ресторана.

Сжала губы. Со всех сил, чтобы не расплакаться....

И делая вид, что глаза мокнут на ветру.

- Привет. Всё хорошо, Люб?- услышала я знакомый женский голос и обернулась.

Рядом со мной стояла Вика.

Ссадины на её лице ещё не затянулись. И глаз чуть плыл.

Я ничего не ответила.

- Ничешная шубка. Баргузинский соболь? - она провела пальцем по меху.

Я молча пожала плечами.

- Миллиона два...Это подарок за аборт? - нагло улыбнувшись, спросила она.

- За какой ещё аборт?...- сердце моё застучало эхом.

- Который они тебе устроили. ОН. И его подпердыш врач. Я знаю, что они дали тебе таблетку. Надя рассказала. Мы подруги.

- Какая Надя? - губы мои будто задеревенели.

- Ассистентка врача. Ты была беременна, Любаш...Но ОН зассал.

Меня затрясло.

Я чувствовала, как дрожат руки. И даже зубы.

От злости.

От отчаяния.

И от страха...

#любалиндеман