❤️‍🩹 Глава 18. Моя Люба.

Тутанков не заходил ко мне в комнату и не приглашал к себе ещё несколько дней.

Это изнуряло меня.

Иногда изнурять может голод или жажда. Усталось или головная боль. А меня изнуряло его молчание!

От этого я начинала чувствовать даже физическое недомогание. У меня будто ломало кости. Скручивало мышцы от какого-то внутреннего нервного перенапряжения.

Он недоволен мной.

А если узнает про блеф?

А если это не блеф?

Если я угадала про связь Вики и Сонина младшего?

Ирина Александровна видела, что я мучаюсь. Что он меня наказывает. Не смотрит в мою сторону. И не дотрагивается. И тоже отстранилась. Я почувствовала между нами бетонную стену. Под названием "немилость Тутанкова". Это добило меня.

И один раз вечером.

Когда он просто прошёл, как проходят мимо чего-то несущественного, я не выдержала и разрыдалась. Прямо в столовой, над тарелкой голубцов.

Я слышала, что он ЭТО услышал. Остановился на лестнице - шаги затихли.

Но не оборачивалась.

Слезы летели прямо в голубцы. И я вытирала их кухонным полотенцем.

Вдруг его голос эхом полетел по комнате.

- Поговорим вечером.

Только два коротких слова!

Я замерла.

А Ирина Александровна тепло коснулась моего плеча:

- Успокойся, Люба. Он уже не злится.

- Откуда вы знаете? - тихо спросила я. Слезы высохли сами собой.

- Я давно у него работаю. Много повидала. - гувернантка пододвинула стул ближе и села, стала говорить практически шёпотом. - Когда они с Катей, женой его, ругались, он тоже мог по несколько дней не разговаривать. Но как только видел её слезы, прощал тут же...Но я тебе ничего не говорила.

Она отвернулась и сделала вид, что поправляет приборы на столе.

И мне почему-то захотелось крепко обнять ее. Эта женщина будто дала мне какую-то надежду. На то, что всё будет пусть не хорошо, но нормально...

Нор-маль-но!

Я с аппетитом доела ужин.

И поднялась к себе.

Села на ковёр.

Стала смотреть в мансардное окно. Прислушиваться к каждому постороннему шороху.

Вдруг сейчас придёт?

Зайдёт тихо, как обычно, пуская тёплый желтый свет из коридора...

Но он не приходил!

Я начинала нервничать.

Не знала, как себя вести.

Может мне первой нужно было явиться к нему?

Я вышла из комнаты.

И, аккуратно ступая, подкрадывалась по мягком ковролину к его двери. Она была закрыта, и сквозь щель снизу виднелась темнота.

Дернула за ручку.

Приоткрыла.

Заглянула.

Кровать идеально заправлена, будто и не было никого. Тишина.

- Илья Константинович уехал. - услышала я сзади грубый голос охранника.

И вздрогнула от неожиданности.

- А куда? - спросила я.

- По делам.

- Хорошо.

Я развернулась и пошла обратно. К себе.

Он так и не позвал.

Лёд тронулся следующим вечером.

Я сидела в гостиной на диване и читала роман Носсака "Спираль". Тутанков появился будто из ниоткуда. Просто возник в пространстве бесшумно.

Я, смущаясь, подняла на него глаза. Будто отвыкла.

- Жду тебя в машине через 15 минут. - отрезал он и вышел.

Я вся покрылась гусиной кожей.

Побежала наверх.

Надела брюки. И блузку.

Сгорала вся от какого-то нетерпения. Лицо пылало. Даже румяна не нужны.

Спустилась в прихожую. Надела сапоги на каблуках.

У крыльца ждал его бентли.

И новый водитель.

Он выскочил из-за руля и открыл мне дверь.

- Как вас зовут? - безучастно спросила я.

- Евгений.

Я кивнула.

И села.

Провалилась в удобное сидение.

Тутанков появился через минуту.

Я видела, как он выходит из дома быстрым шагом.

Резко открывает дверь в машину, пуская холодный воздух с улицы.

Садится рядом.

Смотрит на меня пронзительно.

Ничего не говорит.

- Привет. - лепечу я.

- Привет. - отвечает он.

И всё!

Молчание.

Только дыхание его слышу.

Мы подъехали к ресторану. Тутанков вышел из машины первым и отправился ко входу размашистым шагом, не дожидаясь меня. Водитель подскочил открыть дверь, но я остановила его жестом. Мне не нужны были эти вежливости.

Я сунула руки в карманы кашемирового пальто. И пошла вслед за Ильей, чуть проскальзывая каблуками по заледенелому асфальту.

Дворецкий открыл мне дверь.

Я зашла в тепло и оглянулась. Тутанков уже устраивался за нашим столиком. Поправлял часы на руке. И даже на меня не смотрел.

Я отдала дорогущее пальто администратору. И мне показалось, что она ухватила его с каким-то придыханием. Наверняка, оно стоило дороже, чем вся ее полугодовая зарплата. Теперь многие мои вещи так стоили.

Да и сама я была словно вещь.

Я села за стол. И лениво посмотрела в меню.

Тутанков продолжал молчать.

Молчала и я.

Принесли вино. И брускеты с черной икрой.

Илья махом закинул одну в рот. И запил белым.

А я просто смотрела на свой искрящийся фужер.

И думала…

О какой-то своей бестолковости. При этом у меня будто бы не было внешних причин для самоедства. Я не чувствовала ровным счетом ничего.

Ни вины.

Ни удовлетворения.

Ни злости.

Ни обиды.

Ни отвращения.

Мне не было страшно, или грустно, или весело….

Пустота...

Я чувствовала пустоту!

Смотрела в стену.

Вдруг послышались шаги. К нам подошел мужчина. В пиджаке от Лоро Пиано. Он свободно развернул к себе стул и, перед тем как сесть, весело сказал, обращаясь к Илье:

- Привет, уважаемый! – а затем крепко пожал руку Тутанкову.

- Здравствуй, Толик – кивнул он.

- Твоя? – гость украдкой кивнул на меня.

- Знакомься, моя Люба. – удовлетворенно ответил Тутанков.

- Прекрасна в своей исчерпывающей простоте. – ответил тот, рассматривая меня как под лупой.

Мне было неловко.

Меня обсуждали.

При мне.

Как вещь.

- Здравствуйте. – безразлично пожала плечами я.

Он так смотрел.

Будто давил.

Выжимал.

- Ты, Илюха, как и я, покупаешь время? – вдруг сказал он, делая глоток савиньона.

- В каком смысле?

- Ну вот, смотри, моя жена тратит сотни тысяч в месяц, чтобы поддерживать молодость тела. Я считаю, она покупает время.

- А мы? – спросил Тутанков.

- А мы всё равно любим молодых. – рассмеялся тот.

И Тутанков в след за ним. Своим басистым, чуть прокуренным, смехом. Очень мужским.

Я не дрогнула снаружи.

А внутри – очень.

Я понимала, о чем говорит этот человек. О том, что, покупая меня, господин Тутанков, покупает молодость. И время.

Мне была неприятна эта компания. И, честно говоря, хотелось бы уйти.

Неподалёку как раз находился ЦУМ. И можно было скоротать время там.

- Иди, погуляй, Любаш. - вдруг сказал Илья, двигая в сторону меня по столу золотой банковский пластик. - Нам с Толиком нужно обсудить бизнес. Минут 20-30.

Я неуверенно взяла карточку.

Встала из-за стола. Забрала в гардеробе пальто и вышла из ресторана.

Снова был снег. Хрустел под ногами как в детстве.

Я добрела до ЦУМа.

И оглянулась, пытаясь обнаружить этого нового подлизу-водителя. Или машину, на которой мы приехали. Я допускала, что Тутанков дал команду за мной следить. Но ничего подозрительного не было.

Я встала у входа.

За углом какой-то парень играл на гитаре.

Прямо в снегопад.

Прямо перед ЦУМом.

"Синие лебеди.

Где же вы где..."

Это было очень контрастно. Сюрреалистично.

И я застыла, будто якоря момент.

А потом подошла и положила пять тысяч в распахнутый и мокрый от снежинок музыкальный чехол.

Парень перестал играть.

Гитара свободно повисла на шее.

И он вытащил из кармана тонкую сигарету.

- Курить будешь?

- Не курю. - я скрестила руки на груди.

- Тебе понравилось, как я пою? - спросил он, затягиваясь.

- Нет. - покачала головой я.

- А к чему такая щедрость? - он кивнул на купюру.

- Могу себе позволить.

- А. - рассмеялся он, выпуская кольцами сигаретный дым. - Но это же неправда!

Парень посмотрел на меня хитро, прищурив глаз.

- Почему же? - я уставилась на него.

- Потому что ЭТО можешь позволить себе НЕ ТЫ. А ТОТ, кто покупает тебя ежедневно как куклу. - он провел взглядом сверху вниз по моему кашемировому пальто.

- Да иди ты на хуй! - я брезгливо пиннула чехол его гитары дорогущим сапогом.

Тот перевернулся. И купюру понесло ветром!

Парень матюкнулся себе под нос. Засуетился. Дернулся вслед за ней.

А мне было приятно! Заставить его бросить всё и ловить эту деньгу.

А ещё в чем-то смеет упрекать меня...Мудак.

Я рассмеялась ему в спину.

И пошла обратно. В магазин.

Побрела привычно вдоль дорогих витрин. А что если просто оставить карточку Тутанкова а каком-нибудь отделе и исчезнуть?

Найдет?

Будет ли искать?

Как.

Мне.

Хотелось.

Исчезнуть!

Или найти какую-нибудь подходящую крышу, чтобы шагнуть оттуда вниз. Ведь столько крыш на свете...Крыша ЦУМа, например.

Меня отвлек звонок телефона.

ОН.

- Я освободился. Жду.

- Ладно. - ответила я.

Оставила мысли про крышу в ЦУМе и вернулась к нему.

Ведь он. Позвал.

Тутанков был уже один.

Пил очередной бокал вина.

Стул Толика пустовал.

Я села на него. Чтобы быть ближе...

Ближе к Илье.

- Я уволил Вику. - сказал он спокойным и ровным тоном.

Внутри меня все встало дыбом.

- Ясно...- ответила я.

И голос мой охрип на последней букве.

- И не спросишь даже, почему? - он наклонился к моему уху.

У меня тут же вспотели ладони.

- Нет. Это твой сотрудник. - выдавила я из себя.

- Ладно. Ты права. Не будем об этом. Поехали домой. Я хочу тебя. - вдруг произнёс он.

И у меня запульсировало в висках.

Мы сели в машину.

И он обнял мое тело.

Прижал к своему.

Перебирал пальцами локоны.

Я утыкалась губами в его шею. Целовала еле заметно. Кончиками губ.

Он снова был родным.

А от предвкушения близости.

От мысли о его теплом члене.

Сводило живот.

И я ловила себя на том...

Что хочу...

Чтобы он был со мной... жёстким этой ночью.

Это пугало и заводило одновременно.

Я сжимала ноги.

И была уже вся мокрая.

Полезла к его ширинке. Стала пробираться туда пальцами.

- Так сильно хочешь? - довольно спросил он.

Я замотала головой.

- Как хочешь? - прошептал он мне на ухо.

И я вздохнула громко, будто захлебываясь от предвкушения секса, и ответила:

- Жёстко...

Тутанков нежно провел указательным пальцем по моим губам. И я чуть прикусила его.

На это он отреагировал тут же.

Схватил меня крепкой ладонью за шею.

Придушил.

Я заелозила по сиденью машины. Вся задрожала.

- Будет тебе! Жестко...Я знал, что ты будешь этого хотеть...

- Ты соскучился?...За эти дни? - шепнула с надеждой я.

- Безумно...- он нагло захватил мои губы.

И засосал в поцелуе.

Всю ночь я получала по полной.

Он даже отхлестал меня ремнем от своих брюк. Мы проснулись в одной постели.

Впервые.

За эти месяцы.

И всё снова стало обычным.

Обыденным.

Нормальным.

Вечера у мансардного окна.

Наши встречи в гостиной по утрам.

Какие-то мероприятия в ресторанах. Дорогие подарки...

Пока однажды утром, зайдя на кухню, я не почувствовала приступ резкой тошноты от привычного запаха оладьев.

Ирина Александровна покосилась на меня с осторожностью.

- Тебе плохо? - спросила она.

- Ерунда...- ответила я. - Давление, может...

- Тебя тошнит, Любочка?

- Да уже все хорошо.

- Мммм. - кивнула гувернантка. - Тогда может воды с лимончиком?

И я поняла.

Что меня тошнит и от воды..

#любалиндеман