Дополнения к истории #Север_Юг Длинно.

10. Г.Г. Моя партнёрша по бизнесу.

Не все люди заточены на лидерство. Не все умеют поднимать народ и вести за собой. Я не из лидеров. Я ведомая. И это вовсе неплохо. Я умею работать в команде, могу быть инициативной и быть отличной поддержкой начальству. Но судьба сложилась так, что я сама на два года стала начальством. И мне это категорически не понравилось.

Г.Г. Вот кто лидер прирожденный.

Это объективно. Она могла увлечь, пообещать. Её тонкий, но достаточно командный голос иных подвергал в настоящий трепет.

Но когда я увидела её впервые, то не могла предположить, что эта маленькая хрупкая девушка с мелкими мышиными чертами лица, впоследствии окажется довольно жёстким человеком, и я буду её ненавидеть до колик в животе.

Есть у меня черта, которую будущий бывший муж в шутку называл «дурацкая манера оправдывать придурков».

В общем, я верю в людей. Верю, что добра в них больше. И стараюсь найти оправдание некоторым поступкам. Мотается молодежь, например, на тонированных машинах, стриттрейсеры эти. Бесят, конечно. Он говорит, это диагноз.

А я оправдываю: «Ну молодые, зелёные, перерастут..."

Или там продавщица нахамила ни с того ни с сего. Может, думаю, день трудный выдался, нервы сдали...

Ну и всё такое прочее. Иногда, конечно, сразу понятно, дерьмо перед тобой узколобое, когда оно, например,стоя в трёх шагах от контейнера, кулек с мусором на землю ставит и уезжает. Это однозначно, диагноз, неизлечимо туп гуманоид. Искать в этом создании хорошее я не стану.

Но в основном, конечно, верю в лучшее.

Когда я увидела Г.Г. первый раз моя интуиция, которой доселе я особо не пользовалась, дала мне знак.

Если бы она, интуиция то бишь, имела обличье человеческое, то её лицо в этот момент выглядело бы именно так: Выпученные глаза , раздутые ноздри, трясущийся подбородок, судорожные вмахи рук.Обычно спокойная, в этот момент она вопила неожиданно дурным голосом: «Нееееет! Что-то здесь не тааак! Не смотри ей в глаза! Бегииииииии!!!»

Это было настолько мне не свойственно, что я приняла интуицию за приступ паранойи и велела ей замолчать.

И мы с Г.Г. шагнули друг другу навстречу, широко улыбаясь. Я довольно подробно описывала чуть раньше, чем и как мы с ней занимались, если кто не читал, поскажу, где найти.

Сейчас же постараюсь быть объективной и расскажу именно о ней и наших взаимоотношениях.

Г. Г. талантлива. Она действительно хороший хореограф, и в её маленькой головке раз за разом рождались идеи для новых постановок. Так же, как и идеи по развитию нашего «бизнеса».

(слово в кавычках, потому что сейчас я отношусь к своей попытке делать деньги с большой иронией).

В первую же встречу Г.Г. мы обсудили, какое замечательное будущее ждет нас, стоит только начать. Я очень сомневалась, лепетала что-то там про расчёты, бизнес-план.

— Главное начать! Не медлить! Время не ждёт!

Г. Г. была такой бодрячкой, такой позитивной улыбашкой, такой заводнушкой. Ну очень самоуверенной. Решающим стало то, что она рассказала, что у неё было собственное ИП. «Ну, — подумала я, — человек знает нюансы! Стало быть, с ней мне будет не страшно».

Бедолага интуиция всё еще тихонько пыталась подать голос: «Фальшшшшь, фальшшшшь, — охрипшим голосом сипела она, — не торопиииисссь». Но звонкий голос Г. Г. забил её окончательно. Интуиция надула губки и ушла.

Впрочем, я обещала быть объективной. Я уверена, что Г. Г. действительно не сомневалась в том, что говорила. Что она и вправду верила, что мы справимся. Но эта преувеличенная бодрота, честно говоря, пугала своим натиском. Но тогда я подумала: «Хорошо, что она такая целеустремленная, мне самой этого так не достает».

И понеслось. Обе мы делали всё, что в наших силах. Обе набили тысячу шишек. Обе стремились к лучшему. Обе верили в будущую стабильность и процветание.

Разница заключалась в том, что я тратила свои сбережения, а она нет. В том, что у неё был тыл в виде работающего мужа, а у меня нет. И в том, что меня сомнения в успехе наших мероприятий стали терзать довольно быстро, а она ни в чем не сомневалась.

— Да, косяк, — говорила она, — идея с кадровым агентством оказалась хреновой. Закрываем его. Усиливаем развитие детского центра!

А то, что в этот «косяк» мы вложили кучу денег и немало душевных сил, так — ерунда!

Любые возникающие вопросы ей казались незначительными и легкорешаемыми.

Трудоспособность у неё, конечно, была на высшем уровне, не буду отрицать, но и я зад не просиживала, отдавая все силы и время.

Первый звонок для меня прозвенел, когда мы наняли на работу молодую активную девчонку Ольгу в кадровое агентство. Она старательно выполняла все указания, однако Г. Г. показалось, что недостаточно было сделано, сделок заключено мало, и девушке мы заплатили какой-то мизер. Она, естественно, осталась недовольна и спокойно попросила пересмотреть сумму выплат. Я считала, что девушка права, но Г. Г. неожиданно стала в позу и сказала, хрен ей, а не зарплата. Надо было лучше работать.

Ольга была далеко не дура и, конечно, сразу напомнила, что прежде чем делать такие заявления, неплохо было бы устроить человека на работу официально, чего не было сделано.

С Г. Г. мы тогда впервые поспорили. Это не было руганью. Я вообще страсть как не люблю ругаться. Но спорили на повышенных. Я официально была главой, так как на меня была оформлена доверенность на ведение всех дел. Но главным переговорщиком, нанимателем и увольнятелем негласно была она. Сейчас я это называю «За всё болею, ни за что не отвечаю».

В этой ситуации я так и не смогла убедить её, что мы неправы, так поступая с человеком.

— Ни копейки ей не дам, пусть увольняется и валит!

— Она не может уволиться, она не принята официально! А вот пойти и пожаловаться, куда следует — запросто! К тому же, мы действительно, мало заплатили!

— Я тебя умоляю, никому она не пожалуется, мозгов не хватит!

— А по мне, мозгов у неё предостаточно!

Спор закончился ничем. Попутно ещё двое высказали своё недовольство и я понимала, что добром это не кончится. Все трое были мне симпатичны, все старались. Но сама система кадрового агентства — это такое болото, именно тогда я начала понимать, мы уже по пояс в жиже, надо выбираться.

Скажу откровенно... я смалодушничала. Я не смогла вступить в открытую конфронтацию с Г. Г.

Обзвонила всех троих и предложила встретиться. Отдельно с каждой. Я извинилась перед всеми за свою напарницу, сказала, что мне жаль, что они потратили время на эту работу, попросила разойтись мирно и расплатилась из своих денег.

Все трое поняли, поблагодарили, и мы расстались. Ольга была первым человеком, который мне сказал: «Таким, как Г. Г. насрать на всех. Она преследует только свои собственные интересы. Вы хорошая. Вам бы подальше от неё держаться…»

Тогда я сказала, что так не считаю. Просто Г. Г. человек резкий и категоричный и что, даже если она и не права, то плохого не хотела.

Моя интуиция пискнула снова что-то и заглохла.

Мне было стремно, от того, что я обманула Г. Г. , но легко от того, что эти трое ушли, не держа на нас зла.

После того, как мы завязали с кадровым и сменили помещение, наш центр стал расти. Куча разнообразных развивашек-занимашек. Чего там только не было!

Я тоже вела кое-какие занятия, например, прикладное искусство. С малышней делали разные поделки.

А если настоящий преподаватель заболевал, то могла провести что угодно. Постоянно вращаясь в танцевально-развивающем сообществе, невольно впитываешь бесценный опыт и знания. Я могла провести общую гимнастику, несложное хореографическое занятие, или вообще брейк у подростков. Могла заменить логопеда, педагога группы развития. В общем, всё что угодно, кроме английского. Попутно, перепробовала всё, чем занимались взрослые — гнулась на гимнастике, умела и бедрами по восточному повертеть и стриппластикой побаловаться. Стрип, кстати, мной наиболее был любим)).

Ещё имела общение с подростками и вполне успешное.

Опыт работы в нашем центре, в целом, был весьма позитивным. Меня окружали прекрасные, талантливые люди, к нам ходили замечательные детки и взрослые. Были, конечно, среди них и неприятные люди и мелкие вредины, но это единичные случаи и они долго не задерживались.

Творческий коллектив — это здорово,весело, необычно, это уникальная атмосфера!

И всё было чудесно, если бы не долбаные деньги. Видете ли, без них ни поесть, ни нарядиться. Безденежье со временем обрело хроническую форму и чем дальше, тем чаще меня посещало уныние.

Г. Г. же ничто не смущало. Эгегей! Мы справимся! Вот ещё немного!

Меня же этот преувеличенный оптимизм маленько подзатрахал.

Г. Г. добивалась того, что ей было необходимо любыми способами.

Про таких говорят: Мягко стелет, да спать жёстко.

Сначала она вдохновляла, уговаривала, просила, лебезила, а потом могла неожиданно «включить начальство» и отчитать по первое число так, что шуба заворачивалась. Дескать, субординацию нехер нарушать! Даром, что мы курим вместе или выпить можем. Я - БОСС, ты работник! То, что ты считала дружбой и хорошим отношением, всего лишь моё к тебе снисхождениё!

Понятное дело, людям это не нравилось. Её побаивались и тихо роптали.

Конфликтные ситуации стали возникать чаще. Я была своеобразным амортизатором между нею и клиентами центра, между нею и сотрудниками. Я гасила недовольства одних, уговаривала других.

Наверное, это было неправильно... я не знаю. Некоторые из девочек явно недолюбливали Г. Г., но только ради меня оставались работать.

Кризис вытянул из нас обеих нехорошие черты характера и усугубил их.

Моя бесконфликтность превратилась в бесхребетность. Такое замечательное качество, как упорство в достижении целей, у Г. Г. граничило с беспринципностью. Казалось, ей плевать, по чьим головам идти, лишь бы добиться желаемого.

Мы обе бесили друг друга. Но между собой в открытый бой не вступали. До поры до времени, как выяснилось.

Откровенно говоря, мне довольно непросто писать этот пост, потому что сейчас я обнажаю свои недостатки, как никогда. Признавать честно свои ошибки тяжело.

Но это необходимо. Хотя бы для того, чтобы позволить самому себе понять, что ты всего лишь человек...

Первая настоящая ссора произошла с Г. Г., когда она зацепила девушку, с которой мы стали близко общаться, одну из преподавателей. Назовем её Алина. Алина появилась именно в тот момент, когда уныние начало плотно овладевать моим сознанием. Меня словно пожалел кто-то и подкинул развеселую подружайку,чтобы моя крыша не съехала. Она была ещё и умной и тоже довольно инициативной. Просиживая и проплясывая с ней время от времени в кабаках и чаёвничая дома мы,между прочим, искали выходы из кризиса нашего центра. Моя ошалевшая от проблем голова, его не видела, а её идеи казалось вовсе неплохими. Мы решили разработать конкретный план и принялись за осуществление.

В одно воскресное, ничего не предвещавшее утро, мне позвонила Алина и сказала, что Г. Г. её уволила.

Меня вывести из себя сложно. Нет, не так, СЛОЖНО МЕНЯ ВЫВЕСТИ. Все знают, что я милаха-обаяха и даже если вспыхну, то это минутная слабость и реакция на внезапный раздражитель, типа дождя в ясный день.

Но тогда я в одно мгновение пришла в бешенство. Позвонила Г. Г. и, еле сдерживаясь, сказала, что сейчас приду.

— Какого хрена ты её уволила? — с порога сказала я.

— Она сама виновата! Слишком борзая! Её сын тут набардачил, а она за ним не убрала! — скривила она губы, - я ей позвонила, приказала прийти, она отказалась.

— Что за дебильный повод ты придумала? — закипала я.

— Она наглая и по-свински себя ведет! — взвизгнула Г. Г.

Как я раньше не замечала, какой противный у неё голос?

— Все, кто у неё занимаются, довольны!!! Ты уволила хорошего специалиста! Какого чёрта???

— А ты знаешь, что она переспала с парнем, который ходит на занятия к логопеду?

- Знаю и что? Ему двадцать пять лет! Он не женат. Какое тебе дело до того, кто с кем спит??? Они же не на детских стульчиках этим занимались и не в центре. Что за проблемы, высосанные из пальца???

Накануне я гуляла на дне рождения у знакомой, а поскольку был выходной, рано вставать я не планировала, Г. Г. учуяла.

— Ты что, выпившая? — выпучила она глаза. Как тебе не стыдно!

Спусковой механизм сработал. Меня понесло...

— Да хоть пьяная! Сегодня выходной. Тебе какое дело??? Кто ты, ептвоюмать, чтобы делать мне замечания? И кстати, кто ты такая, чтобы увольнять человека? Ты даже бумажку подписать не имеешь право!!!

Г. Г. тоже прорвало. Надо же, боссу внезапно напомнили, что он не совсем босс.

— Что ты на меня орёшь??? С тех пор, как ты с ней начала общаться, ты совсем изменилась! Тоже становишься наглой, выпиваешь. Марина, куда ты катишься? Я за тебя волнуюсь! — она сострадальчески раздувала маленькие тонкие ноздри.

В этот момент мой, изо всех сил сдерживаемый гнев, прорвался наружу. Я уже просто не владела своим ртом. Материлась отчаянно.

— Как же ТЫ МЕНЯ ЗАЕ… — орала я. Ты мне не нравишься, поняла??? Ты меня бесишь!!! Заботится она обо мне, б...

Когда я, с..., курицу на месяц растягиваю,потому что экономлю, б..., когда не могу дитю конфеты купить, нах..., когда при зрении - 8 хожу два месяца в одной линзе, потому что вторая порвалась, а на новую нет денег, а ты, т... зная всё это, в этот момент покупаешь долбаные топотушки для своей собачки за 800 рублей и хвастаешь мне ими... Это забота такая? Волнение? А сейчас ты ещё и будешь выбирать, с кем мне общаться??? Знаешь что, иди ты на... Нет, не так: ИДИ ТЫ НА... Ты меня достала! Ты всех тут достала!!! Тебя НИКТО не любит! Ты всех зае…!!!Ненавижу тебя!!!

Её глаза были полны ужаса. Такого от меня она, конечно, не ожидала. Да что там, я сама от себя не ожидала...

— Я увольняюсь! - закричала она.

— Да ради бога! Я и так в полной заднице, мне похрен!!!

Я ушла. Позвонила Алине. Сказала, что она не уволена и может возвращаться спокойно.

Но тут уже она меня ошарашила.

— Я подумала, я не вернусь. Вы уже два года развиваете центр, а я влезла. Не надо было. В общем, прости, но я не смогу вернуться. Если Г. Г. сейчас уйдет, ты одна не справишься.

— Но мы же вместе... с тобой мы сможем! — я пребывала в недоумении.

— Наверное нет... прости... может она и говно человек, но лучше разбирается в этих делах.

— Она поливала тебя грязью! Я тебя защитила...

— Прости...я не смогу...

Это был ушат холодной воды... Всё зря.

Я встала на сторону человека, которому моя защита оказалась не нужной.

Выложилась без остатка, перегорела.

И осталась в итоге одна.

На следующий день на столе обнаружила два заявления на увольнение. Мне было всё равно.

Я перегнула палку, потеряла контроль над собой. Стыда, как ни странно, не было, привычного самоедства тоже.

Я действительно перегорела. Ничего во мне в тот момент не было. Даже равнодушия. Пусто.

Позже пришла Г. Г. за вещами. Она собиралась, а я сказала одно слово: «Извини».

А она обрадовалась, тоже стала извиняться и никуда не ушла...

Сколько раз потом я вспоминала это моё «извини»…

Мне всего лишь нужно было промолчать тогда, и мы расстались бы в тот момент навсегда.

Но я чертова интеллигентка, я никогда не плевала людям в лицо и случайно сделав это, чувствовала себя неловко и неуютно.

«Извини». Одно хорошее, в принципе, слово сделало меня в тот момент безвольной тряпкой.

Его не должно было быть. Да я была резка, да, отвратительна в этой ссоре. Но я была права.

Много раз потом я думала, а что,если бы я смолчала? Возможно, тогда судьба давала мне шанс взять, наконец, руль в свои руки и начать самостоятельное плавание. А я бездарно его упустила...

Сейчас уже не имеет смысла гадать, случилось то, что случилось.

Просить прощение не зазорно. Я делала это много раз и не жалею ни об одном. Но за ТО «извини» мне стыдно.

Тогда я расписалась окончательно в своей беспомощности.

Г. Г. не преминула в дальнейшем этим воспользоваться.

А тогда, напуганная моим резким выпадом и ещё, наверное, не понимая, что я сдулась до конца, она сделалась кроткой улыбчивой девочкой, гладила меня по головке и в очередной раз пыталась зарядить своим оптимизмом. Кстати, она даже призналась, что ревновала меня к Алине, к тому, что я стала проводить с ней много времени. Говорила, что я сильно изменилась, общаясь с ней.

Мне было всё равно... Я, что та собачка на приборной панели в машине,молча кивала.

В сложившейся ситуации был один плюс. Она открыла мне глаза на человека, которому я была готова довериться безоговорочно.

С Алиной мы стали общаться гораздо меньше. Я не ожидала, что она так спасует перед Г. Г. , она казалась мне довольно уверенной и дерзкой девушкой, тем более в моём лице у нее в тот момент была стопроцентная поддержка.

Когда мы ругались с Г. Г. , кажется одно неверное движение и я просто разорвала бы тогда её за оскорбление Алины. А в итоге меня ждало такое разочарование…

Я стала совершенно пассивной, бесконтактной и унылой. Виноградная улитка, по сравнению со мной, была бы шустрячкой, взирающей на мир с любовью. Я вяло реагировала на попытки Г. Г. меня воодушевить и расшевелить, и она подключила тяжёлую артиллерию в виде моей двоюродной сестры, той, на которую и было оформлено ИП. Г. в красках расписала, что я неадекватная, сначала кидаюсь на людей, теперь впала в анабиоз. Не преминула добавить, что я связалась с нехорошей девочкой и пью алкоголь. А так же, что деньги изчезают в неизвестном направлении. В общем, намёки были достаточно прозрачны.

Сестра примчалась спасать меня и наш центр. Чего хотела Г. Г., сейчас судить не берусь. Возможно и впрямь испугалась за моё состояние. Но тогда я была уверена, что этой кляузой она хочет просто окончательно меня утопить. Одного она не учла, потому что не знала, насколько мы с сестрой близки. Я рассказала всё, как есть со своей точки зрения и сестра меня поняла и поддержала.

В общем, в очередной, сотый (или двухсотый) раз, начали разрабатывать «план по спасению». В основном Г. Г. и сестра.

Я молча созерцала, и мне ничего из нововведений не нравилось. Моё мнение было однозначным — закрыть ИП, но оно никого не устраивало...

— От нас уйдут преподаватели!

— Туда им и дорога, придут новые.

— От нас уйдут клиенты!

— Придут новые.

— Мы ещё больше залезем в долги.

— Заработаем.

Разговор слепого с глухим. Я настолько себя дискредитировала, что мои аргументы не слушали совсем.

И я заткнулась. Плотно и надолго.

Продолжение следует.