Всем худеющим богиням посвящается!!! 💐Автор Кирилл Ситников, обожаю его😊

П. С. разбавлю немного злободневную ленту...

ИГРЫ РАЗУМА

Сжав в зубах край верблюжьего одеяла, Кондрашкина неотрывно смотрела на холодильник. Дверца его становилась всё тоньше и тоньше, постепенно превращаясь из крепкой пластмассовой в тонюсенькую и такую прозрачную, что обзавидовался бы байкальский лёд. Внутри сам по себе зажёгся свет. Кондрашкина выплюнула верблюжий ворс и захватила ртом толстую одеяльную складку.

Там, во чреве старенького «Атланта», под сенью раскидистой кинзы, средь белых картонных зданий однопроцентного кефира расположился ОН – фисташковый тортик.

Кондрашкина громко моргнула. Дверь холодильника снова стала непроницаемой.

В воскресенье, в 19:45, Кондрашкина решила худеть с понедельника. В 0:17 она жутко захотела «чего-нибудь», а в 8:32 убежала в гастроном, зажмурившись и не дыша, пронеслась мимо сдобы и кулинарии, судорожно похватала всё обезжиренно-несъедобное и, почти отключившись из-за недостатка кислорода в мозгу, очнулась у кассы. Как расплачивалась, Кондрашкина помнила смутно, и разум вернулся к ней только на улице. Придя домой, Кондрашкина вывалила из пакета кефир, кинзу и две морковки на неделю. Но в пакете было что-то еще.

ТОРТИК. ФИСТАШКОВЫЙ, СУКА, ТОРТИК. С ТРИЛЛИОНОМ ККАЛ.

Как она его купила, Кондрашкина совершенно не помнила. Будто сам Дьявол, хихикая, всунул его ей в руки. Сначала Кондрашкина решила его выкинуть. Но как на зло тортик был отвратительно свеж – до окончания срока годности были долгие двадцать семь часов при температуре от 0 до +5 градусов. Тогда Кондрашкина подумала, что можно угостить кого-то из соседей, но ага, блять, щазззз!!!!

…До негодности тортика оставалось полтора часа. Но с каждой минутой он выглядел всё красивее и вкуснее. Свет лампочки всё изящней играл на глянце изумрудной глазури. Кремовые грибочки приветственно махали крепкими печенюшными шляпками под аккомпанемент невидимого церковного хора. Маслянистые розовые ромашки благоухали Е-добавками так призывно, что заткнули бы за пояс даже этого аутиста Парфюмера с его заряженным на городскую оргию платочком…

Ещё полчаса. Продержаться каких-то тридцать минут по шестьдесят секунд каждая. Но силы стремительно покидали Кондрашкину. И тогда она решила применить фантазию. Будучи бухгалтером не очень успешной фирмы, Кондрашкина могла за секунду выдумать досконально проработанные миры почище Толкиена. «Для начала – самое простое: отвлекающий манёвр» - подумала Кондрашкина.

- Привет, моя дорогая! – Стас Михайлов вышел из серванта и поклонился ей в пояс.

- Здравствуй, Стас. Почему ты такой маленький? Обычно ты выше.

- Обычно я прихожу после двух бокалов красного.

- А, точно. Не мог бы ты исполнить для меня песен пять-шесть?

- С удовольствием, душа моя! С удовольствием!

Стас прочистил горло, ловко схватил возникший в воздухе микрофон и нацепил на лицо сахарную улыбку.

- Всё для тебя – рассветы и закаааты,

Для тебя! И этот торт пиздааатый..

- Сука!!!

Бзззз…. Голубая струна светового джедайского меча разрубила шансонье пополам так быстро, что обе половинки Стаса еще успели дуэтом пропеть куплет и полприпева.

- Благодарю тебя, Оби-Ван. – Лея-Кондрашкина присела в книксене.

- Я готов на что угодно ради Вас, Принцесса. – Джедай раскрыл створку хлебницы-звездолёта. – Рад был помочь. Теперь мне пора на Татуин – Скайуокера опять повязали с кокаином. Там пара грамм - Йода, думаю, разрулит. Я просто проконтролирую.

- Постой, мой друг. Твоя миссия не завершена.

- Лейка, я если честно так заебался рулить два световых года не спамши, что у нас вряд ли…

- Я не про секс, милый. В опасности вся Республика.

- Ну слава Богу.

- Империя построила Торт Смерти.

- Иди ты!!!

- Я серьёзно, Игорь. Она там. – Кондрашкина величаво махнула в сторону холодильника. – Не дай им уничтожить Галактику.

Оби-Ван лишь молча кивнул. Проверил батарейки в мече, хрустнул шеей, размявшись перед боем. Осторожно приоткрыл холодильник. Холод «Атланта» передался его взгляду.

- Я люблю тебя. – Глухо произнёс джедай. Лея-Кондрашкина вздрогнула. Она поняла – это было не признание. Прощание. Оби-Ван исчез в ледяном зеве холодильника.

Кондрашкина молитвенно сложила ладони.

Бззз… Бззззз… Бззззбззззбззззз!

Бз...

Оглушительная тишина.

Дверь мееееееедленно открылась.

- Я порезал на восемь частей, тебе с грибочком или розочкой?

- УБИРАЙСЯ В АД, ЧМО ЛУКАСФИЛЬМОВОЕ!

Тёртые доски ламината разверзлись, и матёрый джедай из эпической саги рухнул вниз – в фильм Звягинцева с восхитительной операторской работой и унылым сюжетом, в котором Оби-Ван подарил меч двоюродной сестре, спился и умер от гепатита на огромной мусорной свалке при полном равнодушии властей.

… Кондрашкина очнулась, глянула на часы. Оставалось еще 10 минут. Невозможно долгих минут по 14 часов каждая. На верблюжьем одеяле не осталось живого места. «Так. Если невозможно победить торт, от него надо удрать» - мудро рассудила Кондрашкина и зажмурилась…

…Налобный фонарь выхватил стайку ледяных серебряных стрел, больно вонзающихся в замерзшее лицо. Ветер хищно облизывал Эверест, ухал в расщелинах, бренчал на тросе с одиноко болтающейся альпинисткой. Кондрашкина поднесла руку к замороженным глазам, глянула на наручный прибор: до ближайшего фисташкового торта «От Палыча» 13000 километров. Чёрт, этого мало, чтобы не сорваться, подумала Кондрашкина. Нужно забраться выше. Хотя бы еще на пару кэмэ. Рука будто весит тонну, но нужно работать. Отважная Кондрашкина с силой вонзила ледоруб в непокорную гору… которая запахла смесью фисташек с ликёром.

- НЕТ!!!

Кондрашкина открыла глаза. Она стояла у раскрытого холодильника с вилкой в руке, воткнув её в ненавистно-чудесный торт по самую мельхиоровую рукоять…

- Боже мой, боже мой, боже мой!! – запричитала Кондрашкина, одним прыжком очутившись под остатками одеяла. – Я же сильная независимая женщина с родительской жилплощадью и «Рено Логан»! Я не могу проиграть! Я должна быть еще сильнее, намного сильнее, я могу, я могу, я могу!!!

Кондрашкина зажмурилась и врубила свою фантазию на полную катушку. Ей срочно нужно было стать самым сильным, самым могущественным существом во Вселенной. Её Создателем.

Её Богом.

Кондрашкина почувствовала Силу. Она вливалась в неё сначала маленькими порциями, но постепенно тонкие струйки превратились в бурные потоки, исходящие из Земли и Космоса, с рёвом врезающиеся друг в друга внутри Кондрашкиной и наполняющие её Светом и Благодатью. Внизу живота раздался колокольный перезвон.

«Вот это меня штырит, конечно» - подумала диетичная Кондрашкина и испугалась. Это было уже слишком. Так и умом тронуться недолго. Кондрашкина открыла глаза. И обомлела.

Она висела в воздухе посреди комнаты. Вокруг неё медленно дрейфовали в пространстве стулья, подушки, горшки с алоэ и предынфарктный кот. Колокольный перезвон стал громче. Свет замигал и выключился. За окном стало темно – электричество вырубилось во всём городе.

- Господи, что я такое?!

Каким-то невероятным образом Кондрашкина силой мысли подключилась к Вселенной. И это ей жуть как понравилось. Она выплыла в окно и полетела вверх. С каждой секундой она становилась всё сильнее, необъятней и от этого счастливее. Всё вдруг стало далёким и несущественным. Она вышла на околоземную орбиту, ударилась локтем о военный спутник, затем оттолкнулась тапками от Луны и понеслась дальше, жадно хватая ртом энергию звёзд, чёрных дыр и галактик…

…Как тут заметишь маленький фисташковый тортик, прошмыгнувший в Божественный Пищевод.

- Ну ё-моё!

В мировой мифологии Кондрашкина стала первой богиней, худеющей со среды.