Кто спас тысячи женщин в Освенциме? История Гизеллы Перл

#стронгэггс

Будучи узником Освенцима, она помогла выжить тысячам пленных женщин. Проводя тайные аборты, Гизелла Перл спасала женщин и их неродившихся детей от садистских опытов доктора Менгеле, который никого не оставлял в живых. А после войны эта мужественная врач успокоилась, лишь тогда, когда приняла роды у трех тысяч женщин.

В 1944 году нацисты вторглись в Венгрию. Именно так в то время и жила врач Гизелла Перл. Её переселили ее сначала в гетто, а затем со всей семьей, сыном, мужем, родителями, как и тысячи других евреев, отправили в лагерь. Там многих пленных сразу по прибытии распределили и увезли в крематорий, но некоторых, подвергнув унизительной процедуре дезинфекции, оставили в лагере и распределили по блокам. Гизелла попала в эту группу.

Венгерские евреи у поезда после прибытия в концлагерь Освенцим.

Потом она вспоминала, что в одном из блоков были размещены клетки, где сидели сотни молодых, здоровых женщин. Их использовали в качестве доноров крови для немецких солдат. Некоторые девушки, бледные, обессиленные, лежали на полу, они не могли даже разговаривать, но и их не оставляли в покое, периодически отбирали из вен оставшуюся кровь. Гизелла хранила у себя ампулу с ядом и даже попыталась как-то воспользоваться ею. Но у нее ничего не вышло – то ли организм оказался сильнее яда, то ли провидение было намерено оставить её в живых.

Женщины-заключенные в бараке. Освенцим. Январь 1945.

Гизелла помогала женщинам, чем могла, иногда даже просто своим оптимизмом – она рассказывала удивительные и светлые истории, вселявшие в отчаявшихся женщин надежду. Не имея ни инструментов, ни лекарств, ни обезболивающих, в условиях полной антисанитарии, она умудрялась делать операции при помощи одного лишь ножа, вставляя в рот женщинам кляп, чтобы не было слышно криков.

Гизеллу назначили ассистенткой в лагерную клинику к доктору Йозефу Менгеле. По его указанию лагерные врачи должны были сообщать обо всех беременных женщинах, которых он забирал для своих жутких опытов над женщинами и над их детьми. Гизелла, чтобы не допустить этого, старалась избавить женщин от беременности, втайне делая им аборты и вызывая искусственные роды, лишь бы они не попали к Менгеле. На следующий день после операции женщинам уже приходилось выходить на работу, чтобы не вызывать подозрений. Чтобы они могли отлежаться, Гизелла ставила им диагноз – тяжелая пневмония. Около трех тысяч операций провела доктор Гизелла Перл в Освенциме, надеясь, что прооперированные ею женщины еще смогут в будущем родить детей.

В конце войны часть узников, в том числе и Гизеллу, перевели в лагерь Берген-Бельзен. Их освободили в 1945 году, но мало кто из пленных дожил до этого светлого дня. Выйдя на свободу, Гизелла пыталась отыскать своих родных, но узнала, что они все погибли. В 1947 году она уехала в США. Вновь стать врачом она боялась, не давали покоя воспоминания о тех месяцах ада в лаборатории Менгеле, но вскоре, все же, решилась вернуться к своей профессии, тем более, что опыт она приобрела колоссальный.

Но возникли проблемы – ее заподозрили в связи с нацистами. Действительно, в лаборатории ей временами приходилось быть ассистенткой садиста Менгеле в его изощренных и бесчеловечных экспериментах, но по ночам, в бараках, она делала все, что в ее силах, чтобы помочь женщинам, облегчить страдания, спасти их. Наконец, все подозрения были сняты, и она смогла приступить к работе в госпитале Нью-Йорка в качестве врача-гинеколога. И каждый раз, заходя в родильный зал, она молилась: «Боже, ты должен мне жизнь, живого ребенка». В течение нескольких следующих лет доктор Гиза помогла появиться на свет более чем трем тысячам малышей.

1979 году Гизелла переехала жить и работать в Израиль. Она помнила, как в душном вагоне, который вёз её и её родных в лагерь, они с мужем и отцом поклялись друг другу встретиться в Иерусалиме. В 1988 году доктор Гизелла скончалась, похоронили ее в Иерусалиме. Проводить Гизеллу Перл в последний путь пришло больше сотни человек, а в сообщении о ее смерти газета Jerusalem Post называла доктора Гизу «ангелом Освенцима».