ПОЧЕМУ БОЯЗНЬ СКВОЗНЯКОВ — НАША НАЦИОНАЛЬНАЯ ЧЕРТА

ПОЧЕМУ БОЯЗНЬ СКВОЗНЯКОВ — НАША НАЦИОНАЛЬНАЯ ЧЕРТА

В Екатеринбурге случилось очень симптоматическое происшествие. В трамвае № 13 пожилая пенсионерка оттаскала за волосы 14-летнюю школьницу за то, что та из-за духоты требовала открыть окно. Школьница в ответ хотела ударить бабушку, но не дотянулась. К старушке на помощь подоспел многодетный отец — с криками и матами он выволок девочку из трамвая и сдал психбригаде скорой помощи. Вся сцена попала на камеру наблюдения. Ребёнка увезли в дурдом, откуда она смогла выйти, когда показала врачам снятое в трамвае видео. И врачи увидели, что это вовсе не у девочки не в порядке с головой.

В истории важно всё. И что старушка без сомнений дёрнула ребёнка за хвост, а после инцидента козыряла своим возрастом и кричала «Да как она посмела? Мне 73 года, я инвалид II группы, я астматик!» И что в трамвае ехал с трёхлетним ребёнком уголовного вида отец чётырех детей. И что он с лёгкостью набросился на школьницу. И что никто из пассажиров не кинулся девочку защитить. Примечательно, что в нашей стране фактически по жалобе любого истеричного человека кого угодно скрутят и увезут в психбольницу.

Но самое главное, что всё это случилось из-за форточки! Только в России и только в борьбе против сквозняка случайные бабушка и многодетный отец могли объединиться против ребёнка. Я знала! Я знала, что рано или поздно в нашей стране случится что-нибудь подобное.

Каждый раз, когда я сажусь летом в нашу пригородную электричку, я проживаю маленькую жизнь, наполненную борьбой за несколько кубических дециметров свежего воздуха. Не помню случая, когда бы я зашла в жару в вагон, а там было прохладно и форточки открыты. В последние годы все мои конфликты в транспорте случались из-за духоты.

Наши люди панически боятся сквозняков и летом, в час пик, когда в вагоне больше ста человек, они не дают тебе даже глянуть в сторону окна. А если в вагоне окажутся дети, поездка превратится в ад. Особенно агрессивны на этот счёт мужчины: почему-то именно в вопросе проветривания в них просыпается инстинкт защиты потомства. Мат, плевки, угрозы избить и выкинуть из электрички — это я не раз слышала в ответ на свои робкие попытки открыть окно.

Приличный с виду мужчина, который заметит над головой своего ребёнка приоткрытую форточку, превращается в зверя. У такого папаши дети обязательно сидят ранней осенью в сапогах на меху, в надетых поверх трико утеплённых непромокаемых штанах, в пуховике и в шапке. Причём чем ниже образовательный и культурный уровень семьи, тем нетерпимее она к сквознякам. Боязнь сквозняков — это наша национальная черта. Мне кажется, она связана с низкой грамотностью и плохим медобслуживанием. Люди, подхватывая простуду, не знают из-за чего заболели, и всё списывают на подвернувшийся сквозняк. «Ах, это потому, что Сидоров форточку в кабинете открыл!» Они наглухо законопачивают окна. Потные и вымотанные, попадают на холод, заболевают и убеждаются вновь, что именно свежий воздух всему виной. Больше всех от этой фобии страдают дети.

В последние тёплые дни сентября я повела дочь на площадку. Было +20, все малыши гуляли в куртках, комбинезонах и шапках. Моя дочь была в хлопковой кофточке и вельветовом сарафане. Ко мне несколько раз подошли женщины и посоветовали одеть ребёнка теплее. А ведь ВОЗ рекомендует в +21 градус новорождённых выгуливать в одном лишь боди. И в панаме! А наш СанПиН и вовсе велит в спальнях детских садов держать температуру +19 градусов. А в игровых комнатах — +21. Это значит, что при температуре в 20 градусов ребёнок может надевать на прогулку то же, что и для игры в детском саду. Зачем ему куртка и шапка?

Кстати, если вы были когда-нибудь в детском садике, то заметили, что там далеко не 19 градусов. В любых детских учреждениях у нас очень сильно топят. Гораздо сильнее, чем того требуют санитарные правила. В детских садах так жарко и душно, что при входе с улицы запотевают очки.

В поликлиниках тоже жарко. Дождавшись своей очереди, дети попадают к врачу распаренными, и многим в итоге запрещают идти на прививку — температура.

В роддомах очень душно. Младенцы красные. Я рожала в июле. После тяжёлого кесарева, с вертикальным швом и с дренажем в боку, мне спорить с соседками, которые, закутав своих детишек в три комплекта одежды, при 27 градусах не давали открыть окно (по СанПиНу должно быть от +25). Они запрещали это делать даже санитарке, которая приходила проветривать палаты строго по графику. Окно открывалось каждый раз со скандалом и только после появления персонала.

Их дети к концу третьего дня после рождения были похожи на гамадрилов — с красными от потницы и раздражения попами. Я старалась не надевать дочке даже подгузник — держала голой на пелёнке. Другие родильницы показывали на нас пальцем. На выписку в июле мои сопалатницы выносили детей в боди и сверху тёплый флисовый костюм. Всё это ещё запаковывалось в стёганый конверт. Я сразу вспомнила, как так же в июле выносили из роддома своего первого ребёнка принц Уильям и Кейт Миддлтон: на младенце был только боди и кружевной платок. Никакого чепчика!

А у нас кутают и парят в духоте всех, везде. Те, у кого нет своих детей, очень боятся простудить чужих. Если ты появляешься с ребёнком в гостинице, в вагоне электрички или в кабинете врача, тут же кидаются закрывать окна. Неизменно жарко на игровых площадках, в клубах с детскими кружками. В котокафе, где мы часто бывали с дочкой, топят так, что коты лежат безжизненными шкурками с явными признаками обезвоживания. Дети красные, вялые. Мы перестали туда ходить — терпеть жару невозможно, открыть окно нельзя — либо мамы против, либо официанты боятся, что придёт очередная мамаша и пожалуется на сквозняк.

Нигде и никогда я не встречала столько закутанных детей, как в России. Когда я в первый раз оказалась за границей зимой (это был Лондон), то буквально окаменела: ранним утром на меня со всех сторон шли дети в шортах или юбках, в жилетках и тонких водолазках под ними. И все в гольфах! Зимой. При температуре около ноля.

Раздетыми в Европе ходят все дети: и европейцы, и арабы, и японцы, и чернокожие. И искренне удивляются утёпленным детям наших эмигрантов. Потому что там знают — перегревать детей очень опасно. Чем младше ребёнок, тем опаснее для него перегрев. У маленького ребёнка воды в организме мало, солей — тоже. С потом он обезвоживается и истощается. У совсем грудных детей это приводит к запорам и вздутию живота — желудочного сока мало, не справляется с пищей. Обезвоживание и постоянные попытки терморегуляции приводят к стрессу и ослабленному иммунитету, а он — к болезням. Постоянное кутание приводит к тому, что нетренированный к перепадам температур организм, попадая на холод, направляет кровь к внутренним органам — спасать. Поэтому кожа и конечности быстро холодеют. У тех, кто всегда одевается по погоде, такой панической реакции организма на холод нет, поэтому они не мёрзнут при лёгкой прохладе. А ещё укутывание приводит к детской закомплексованности и низкой самооценке, потому что всегда ассоциируется с дискомфортом и несвободой.

Охотно верю! Вспоминаю себя ребёнком. Как меня выставляли на прогулку в трёх штанах, двух вязаных кофтах и цигейковой шубе. На голове — шапка. Под шапкой — шапочка. На шее — огромный шарф. Через рукава пропущены на резинке варежки. Иди, Настя, гуляй! Меня закутывали так, что по двору я могла разве что перекатываться.

Ещё в детстве я пообещала себе своего ребёнка не кутать. Очень надеюсь, что тройные тёплые рейтузы и боязнь сквозняков останутся в прошлом. Не хочу, чтобы через несколько лет мою дочь какой-нибудь взрослый мужик выволок из трамвая только за то, что она приоткроет форточку.

Анастасия Миронова

https://mel.fm/blog/anastasiya-mironova/…