— Не ешь меня, — жалобно пропищал Колобок.

— Не ешь меня, — жалобно пропищал Колобок.

— Почему? — чуть оскалилась Лисица.

— Потому что я умру!

— Все умирают.

— Но я хочу жить!

— Очень хочешь? — на полшага отступила Лисица.

— Очень! Очень! — заверещал Колобок.

— А зачем?

— Потому что я люблю Мир!

— А любит ли Мир тебя? — ещё на полшага отошла Лисица.

— Ещё как! — воскликнул Колобок, обрадованный отступлением хищника. — Видишь, Мир так добр ко мне, что даже тебя заставил…

Последнее, что ощутил в этом любящем Мире Колобок, были острые клыки, пронзившие его туловище сразу в четырёх местах.

— Любит — не любит, плюнет, поцелует… — кашлянула Лисица и побрела в сторону Мельницы.

Возле Мельницы сидел древний Старик с раскосыми глазами. Он встал, почтительно поклонился Лисице и произнёс:

— О, священное создание, божественная Чан Э, я готов выслушать твои мудрые речи!

— Не пеки отныне Колобков, старик Лао, они вечно ведут себя не по чину и требуют от Мира странного, — проворчала Лисица и удалилась в амбар. Там ей всегда хватало вкусных мышей.

Старик Лао поклонился в пояс, благодарный за наставление, взял дощечку и записал: «Природа не добра. Она обращается с живыми тварями как с соломенными собаками для жертвоприношения. Совершенномудрый не добр; он обращается с людьми точно так же».

/ «Сказки забайкальского леса»

// «Лисица и дедушка Лао»

Настроение дня.