Едва успев испытать эйфорию от встречи с новым человеком, я погрузилась в шок. При осмотре Агаты…
Едва успев испытать эйфорию от встречи с новым человеком, я погрузилась в шок. При осмотре Агаты неонатологом была обнаружена особенность. Пугающие три слова - врождённый порок развития.
Расщелина мягкого нёба.
Что это и как с этим жить, я узнала позже, но картинки рисовались страшные. В моменте я не дышала. Я пыталась уловить каждое слово. Врачи были немногословны.
Собственная боль больше не беспокоила. Был только страх. Страх и неизвестность.
Ох, если бы я знала тогда, что жизнь ребёнка с расщелиной мало чем отличается от жизни нормика, сколько слез бы я сэкономила. Слез и нервов.
Дни в роддоме были невыносимыми. Никто не мог мне рассказать о диагнозе, подсказать, как кормить и что вообще делать дальше.
И как обычно, в каждой истории есть свой супер-герой. В нашей истории - это Агата, конечно)) Но сейчас о нашем враче.
Михаил Васильевич Колыбелкин, наш челюстно-лицевой хирург, стал тем самым светом в окошке, которого мне не хватало.
Осмотрел Агату, спокойно и абсолютно обыденно рассказал о расщелине, объяснил и успокоил. Дал рекомендации по питанию и уходу, рассказал, какой путь у нас впереди.
Если до встречи с ним света я не видела, а только боялась, плакала и не понимала, то теперь картинка стала ясной и совсем не туманной. Единственное, чем отличалась наша жизнь от жизни ровесников - это то, что Агата не могла брать грудь. Все.
Дни проходили один за одним. Да что там дни - месяца.
Пришло время делать операцию. Но нет. Гемоглобин.
Если для ребёнка 8 месяцев цифра 117 - вполне, то для операции и общего наркоза - недостаточно.
О нашей борьбе за гемоглобин я уже писала, но повторюсь. Шесть месяцев - полгода! - нам понадобилось, чтобы увидеть заветные 120+.
И вот назначена дата. И все готово. И мы готовы.
Даже я "дозрела" за это время, чтобы пережить этот момент без лишних нервов и переживаний. Уверенно и спокойно.
_________________________________
Завернула свой комочек, поцеловала и отдала в руки хирургов. Двери операционной закрылись передо мной.
40 минут. 40 долгих мучительных минут.
Порой мне казалось, что секунды останавливаются. Каталки то и дело выкатывались из оперблока, заботливо вкатывались другие. Одни мамы провожали детей, другие - встречали.
А я бесконечно ждала. Смотрела на часы над дверьми операционной и ждала..
Вышла с комочком в руках анестезиолог. По торчащему "хохолку" я узнала свое. Агату сразу отдали мне и похвалили, сказав, что она - геройчик, который не плакал и не капризничал.
Первые минуты пробуждения она кричала и вырывалась, но потом почувствовала, что рядом я. Прижалась к моему плечу и уснула.
Всё. Всё позади. Всё закончилось.
Сложные дни в больнице, хоть и тянулись вечно, но завершились. Впереди дни восстановления и "охранки", но уже там, где помогают и стены.
Мой обычный ребёнок со своей необычностью. Моя сильная, стойкая девочка. Человек, который научил меня никуда не торопиться, понимать, принимать и верить.