Разбор сказки Гадкий утёнок Андерсена: обсуждение с мамами

Спасибо Вам за отклик 💖🤗

Спасибо, Таня, за отклик 💖 приятно

Обняла тебя. И тебе спасибо.

Улыбаюсь. Трогательно. Писали одновременно, похоже 🤣😄🫂

@sanama 😂❤️

Благодаря тебе, Таня, в контексте социально-экономического разбора сказки "Гадкий утёнок", обнажается как минимум две психологические проблемы: проблема идентичности и синдром самозванца.

Что их объединяет? Они берут свое начало в детстве, в опыте, который получает личность в определенных социальных и культурных условиях.

Так, в сказке Гадкий утёнок, на первый взгляд, успешно проходит самоидентификацию. От непонимания: "кто я такой – если я не утка, не индюк, яйца нести не могу и точно не кот, а еще я неказистый и уродливый, до момента, когда в отражении видит белого лебедя. Оказывается, я – прекрасный белый лебедь". Персонажу на протяжении повествования искать себя непросто. Он соотносит себя с другими, все больше понимая: таких, как он, "уродцев" нет. А еще ему об этом постоянно говорят напрямую...

Однако Гадкий утёнок снова и снова пытается в разных ситуациях быть частью группы, но каждый раз сталкивается с высокомерием и заносчивостью, гонениями и унижениями. На скотном дворе напыщенная старая утка и злые братья, задирают его и больно щиплют. Да и мать, которая сначала принимает инаковость сына, а потом вторит другим: "Глаза б мои тебя не видели".

Отвергнутый самым близким — матерью, — Гадкий утёнок понимает: "мне здесь не место". Он уходит и вскоре прибивается к стае диких уток. Два гусака говорят ему: "Ты пребезобразный", но ладно, сойдёшь, с тобой будет не скучно... Наш герой осознает: он не похож на других, при этом, его непохожесть нельзя назвать приятным дополнением. Нет, он уродлив и неказист, над ним можно потешаться и не более того. Насмешки в окружении подчёркивают одиночество Гадкого утёнка. Непохожесть заставляет его идти дальше, искать того, на кого он будет похож, где его "стая".

Далее, когда Гадкий утёнок попадает в избушку подслеповатой старушки в "общество" курицы и кота, к вопросу идентификации присоединяется синдром самозванца. Они "задают ему тон", соотнося себя с "половиной всего света", которая является, да, критиками и экспертами. Они транслируют Гадкому утёнку главную идею синдрома самозванца: "Ты недостаточно хорош, чтобы быть собой. Научись делать что-то дельное и тогда сможешь заявить о себе, а пока не отсвечивай".

"— Умеешь ты нести яйца? — спросила она (курица). (Нет).

— Так и держи язык на привязи!

А кот спросил:

— Умеешь ты выгибать спину, мурлыкать и пускать искры? (Нет).

— Так и не суйся со своим мнением, когда говорят умные люди!"

Так происходит и в жизни, когда ребенок слышит от значимых взрослых и окружения:

– Ты ни на что не способен!

– Ты слабак и слюнтяй!

– У тебя нет достаточного таланта!

– Ты не способен на что-то серьезное и значимое!

Чувствуете посыл? Это установки, которые мешают личности быть собой, быть уверенным в себе! Доверять себе!

Происходит искажение идентичности: я ни на что не способен...

В сказке этот момент автор ловко обходит, уводя своего персонажа от "психологического удара" со стороны матери, братьев, членов сообщества скотного двора, случайных маргиналов, критиков. И, в итоге, Гадкий утёнок действительно находит свое место, обнаруживая себя белым лебедем. Менялся ли утёнок в ходе повествования? Не похоже. Он остается гадким утёнком, только обнаруживает, что он как две капли похож на белых лебедей. Это он белый лебедь! Он нашел свою стаю! "Теперь он (гадкий утёнок) был рад, что перенёс столько горя и бед, — он мог лучше оценить своё счастье и окружавшее его великолепие. А большие лебеди плавали вокруг и гладили его клювами".

Все прекрасно в финале сказки, однако, это только желаемый исход – верить в себя.

На самом деле трудности с самоидентичностью самого автора были куда серьёзнее — как и проблема синдрома самозванца.

Отмечу, что самоидентичность Х.К.Андерсена сильно пострадала в течение жизни. Мы обсуждали это в прошлых разборах, и сейчас Татьяна привела массу примеров, когда писатель подвергался насмешкам и издевательствам — и не в детстве, а уже во взрослом возрасте, и не со стороны детей, а взрослых людей. Это сильно подрывает доверие к себе. И во взрослом возрасте писатель сталкивается с таким явлением, как синдром самозванца.

Это состояние, при котором личность сомневается в своих возможностях и способностях, не доверяет собственной компетентности, ощущает, что то, чем она обладает (должность, статус, признание, достижения, успех, популярность), она не заслужила и недостойна. Любой успех и все достижения приписываются воле случая, удаче, стечению обстоятельств — чему угодно, только не собственным усилиям. Синдром самозванца заставляет личность переживать стыд и вину, если в окружении считают его умным, способным, талантливым. Он вызывает у личности состояние постоянной тревоги, снижает самооценку. С одной стороны, как ни странно, данному синдрому подвержены люди образованные и талантливые. С другой стороны – все вполне объяснимо.

Природа данного синдрома заложена глубоко в детстве – там, где значимые люди в окружении не бережно относились к личности, где имело место пренебрежение в семье, гонения/отвержение в обществе. И внутренне есть стремление доказать всем, что личность на что-то способна. Но, к сожалению, уже нет внутреннего доверия к себе, к своей компетентности.

И личность абсолютно хладнокровно поступает с собой так же, как и окружение в далёком детстве — уже сама себя безжалостно критикует, считает успех волей случая, но не результатом собственных усилий, глубоких знаний и уж тем более таланта. Всё, чего достигает личность – обесценивается. Но самое интересное: она продолжает делать своё дело, ставить себе серьёзные, порой недосягаемые цели — и достигает их, продолжая сомневаться в своей исключительности, силе, таланте. Но идет вперед, выбирает продолжать свое дело. Вот такой вот парадокс.

С одной стороны, мы получили огромное мировое культурное наследие, с другой – мы лишь примерно можем понять, как непросто жилось с собой писателю и чего стоили ему его шедевры.

Авторские права защищены ©

@sanama