Якутская взаимовыручка: почему родственные связи важны в холоде

Раньше якуты говорили: "Биир төгүрүк оттооххун дуо?". Суть была не в сене, а в слове "ылсан-бэрсэн". О взаимовыручке, когда ты берёшь (ыл) и отдаешь (биэр).

Это был наш биологический код выживания в мире холода.

Но сегодня мы стремительными темпами теряем родственные нити. Я знаю про урбанизацию, про нуклеарные семьи и гаджеты. Писала даже диссертацию по теме, которая так или иначе касалась этой темы. Общемировая тенденция говорит, что взрослый ребёнок должен жить отдельно (честно, это правильно) , а родственники это те, с кем ты видишься на Ысыахе.

Но наши условия совсем другие.

Если в декабре при -50°C машина встаёт на 50 км от ближайшего села. Кого ты позовешь? Эвакуатор? Его нет. Ты звонишь дяде Бааске в соседний наслег. Даже если вы не общались много лет.

Мы уехали в город. Мы привыкли, что отопление центральное, а рубить дрова это скорее экзотика. Связь с дальними родственниками стала эфемерной. Фраза "эһэм убайын сиэнэ" теперь звучит как что-то необычное, а не как человек, который может переночевать у тебя зимой.

Многие сейчас думают: "А что мне даст эта помощь? Он мне помог? Нет. Зачем мне вкладываться?"

И здесь кроется наша главная современная ошибка. Мы начали мыслить как рынок. Услуга за услугу, рубль за рубль.

Но это же не бартер. Я воспринимаю это как код, как карму своего рода.

Когда ты помогаешь родственнику, даже если он тебе никогда не ответит тем же, ты не кладешь монету ему в карман. Ты кладешь монету в общий котел предков, из которого будут пить твои дети.

Это имя твоей семьи, которое будет работать даже тогда, когда тебя не станет.