Интимная пластика по ОМС: как прошёл день после операции

Интимная пластика по омс. Часть 4.

В 6 утра начали ходить медсестры, аллилуйя. Меряли давление и температуру. Она у меня вечером и утром была 37,4, но вроде это нормально после операции. Сделали уколы, взяли мочу и кровь и по одной сказали собираться. Я же заранее была обеспокоена дорогой назад, сначала мне сказали «дойдем», в итоге пообещали перевезти на каталке в мой корпус. Девочки ушли своими ногами, т.к. находились на своем этаже.

Мне сказали попробовать встать и потом опять лечь. Первый раз вставала с трудом. Ты еще не понимаешь как встать, не садясь, ведь там шов. У меня по задней стенке (попросила дежурного врача посмотреть что мне вообще делали. Сказала, что подтянули переднюю и заднюю стенку своими тканями.). У кого-то после операции не так, другие девочки вставали легче, у меня все же кружилась голова. Никого не было, когда я вставала. В общем, если тут окажетесь, стоит понимать, что сильно никто не нянчится даже в день операции. Все постоянно куда-то убегают, оно и понятно надо разрываться между двумя корпусами, реанимацией и отделением в целом. И все же я считаю количество персонала позволяет организовать все так, чтобы пациенты в день операции не чувствовали себя брошенными и вообще были под постоянным наблюдением. И все же я благодарна, безусловно, за всю заботу.

Когда я встала, зашла девушка, которая отводила меня на операцию. Видимо, тоже медсестра, но я ее видела пару раз за три дня. Вот она просто само совершенство♥️. Девушка с длинными тесными волосами, не посмотрела как зовут. В день операции зашла узнала как дела, хотя не дежурила на этом этаже. У меня не до обморока, но голова таки закружилась и я поторопилась лечь обратно и была рада приходу моей спасительницы. Я попросила открыть окно. Мне стало намного легче. Потом она нашла себе помощницу и мы поехали. Пришлось только спуститься с 2 этажа на 1 в конце. Помню слова той девушки, которые она сказала другой «побудь пожалуйста с ней. Мне не нравится, что она была вообще одна, когда стало плохо».

Тут я еле живая зашла в свою палату, легла и просто вырубилась на два часа. Поняла, что большая часть страданий была связана с твердой серединой кровати в реанимации.