История родов: патология почек, многоводие и укорочение шейки матки

Моя история родов.

1. Когда что-то пошло "не так".

Беременность в целом до какого-то момента была довольно сносной, я сидела на диете из-за ГСД строго, по клиническим рекомендациям, и это было для меня самой большой проблемой на тот момент.

На втором скриннинге в 20 недель у моей малышки нашли внутриутробную патологию - L-образное сращение почек. Тогда я думала, что это катастрофа и мое представление об "идеальной" беременности начало разрушаться.

Из-за патологии меня стали таскать по генетикам, дополнительным исследованиям, анализам, тестам... Я уничтожила немалую массу нервов уже тогда.

У меня было 2 раза УЗИ в МГЦ очень подробное, где рассматривали все органы вдоль и поперек, на протяжении часа оба раза. Ничего, кроме сдвоенной почки и единственной артерии пуповины обнаружено не было. (Второе УЗИ было 10 декабря). Дочери тогда также поставили маловесность (малый вес к сроку, а записывали почему-то как задержку роста плода).

Две недели на нервах в ожидании результата, и даже НИПТ показал отсутствие каких-либо хромосомных аномалий.

Перед новым годом из-за ГСД у меня было назначено УЗИ-фетометрия в моей ЖК (30 декабря). И тогда у меня врач-узист спросила, не говорили ли мне в МГЦ на УЗИ, что у меня многоводие? Это было впервые, когда оно было обнаружено. Дополнительно к этому у меня началось укорочение шм, но в целом длина была ещё в рамках адекватного (30-31 мм).

3 января меня проверила заведующая в моей ЖК и заметила увеличение вод и укорочение шм относительно УЗИ от 30 декабря (26-28 мм). Меня из ЖК тут же отправляют на сохранение в ГПЦ, куда я получила направление буквально незадолго до нового года из-за внутриутробной патологии (сдвоенной почки).

2. Новогодние праздники в дородовом на сохранении.

Меня госпитализировали в ГПЦ, отметив там, что шм у меня (28мм на сроке 29 недель) нормальная, а вот многоводие требует внимания (не помню, какой был индекс, но около 280мм вроде). И пошло поехало по стандартной схеме: капельница с магнезией, дексаметазон, антибиотики, анализы крови, мазки и так далее и тому подобное. Врачи упорно искали причину многоводия, параллельно уходя на праздники и оставляя меня просто лежать в больнице с отсутствием понимания происходящего. Тем временем с каждым УЗИ ИОЖ рос все больше и больше. Я чувствовала себя все хуже, одышка усиливалась, органы сдавливало сильнее, ходить было все тяжелее...

Однако ни инфекций, ни заболеваний обнаружено у меня не было, на УЗИ у ребенка не нашли никаких изменений, которые приводили бы к прогрессирующему многоводию. Мне говорят о том, что при ИОЖ менее 400 амниоредукцию делать они не станут. Спустя 9 дней пребывания в дородовом отделении я отпрашиваюсь у лечащего врача домой, дополнительно сдаю платные анализы на инфекции герпесные. После чего 2 недели езжу в дневной стационар к ним же в ГПЦ на КТГ и контрольное УЗИ. ИОЖ в какой-то момент будто бы перестал расти (остановился где-то около 325мм) и даже немного уменьшился, из-за чего меня из дневного стационара выписывают. Спустя всего пару дней 29го января я иду в свою ЖК опять же на плановый КТГ, где видят неадекватную активность маточных сокращений (обозначают как ложные схватки, срок 32 недели и 4 дня). Из жк меня не отпустили, вызвали мне скорую и... Я снова попадаю в то же дородовое в ГПЦ, к тому же врачу.

3. Перед родами.

В ГПЦ меня принимают, как старую знакомую, УЗИ, КТГ, измеряют шм, ИОЖ, анализ крови, мазок... И говорят, что больше я никуда с животом из гпц не сбегу.

Так и получается по итогу, забегая вперёд, остаюсь я там до самих родов и своей выписки.

При поступлении иож был уже около 400мм, а шм менее 1см. Амниоредукцию делать мне вновь отказываются, но теперь из-за слишком короткой шейки и высокого риска начала родовой деятельности в процессе.

В понедельник (2 февраля) на УЗИ ИОЖ 450мм, за меня уже взялась заведующая 1м дородовым отделением Андреева Виктория Юрьевна и на следующий день 3 февраля ведёт меня буквально за руку снова на УЗИ и вместе с врачом узистом считает ИОЖ. Стоит отметить, что чувствовала я себя к тому моменту уже очень и очень плохо, до кабинета УЗИ, находящегося просто с другой стороны коридора от моей палаты, я доходила с перерывами на присесть и перевести дух. Меня распирало ужасно, у меня была бесконечная диарея (прошу прощения за подробности) из-за постоянных антибиотиков, были боли под ребрами, тянуло низ живота и было очень тяжело дышать. Я не могла ни сидеть, ни стоять, ни даже лежать. У меня по ночам волнообразно тянуло низ живота, маточные сокращения были уже очень сильными, из-за чего я пару раз отправлялась в родильное отделение в родбокс. Я слушала, как рожали девочки в соседних родбоксах. И честно - я им очень завидовала. Я слушала, как работают врачи, морально готовилась и училась.

3 февраля Виктория Юрьевна и узист считали иож. И дойдя до 520мм в подсчётах, останавливаются и в срочном порядке отправляют меня собираться на экстренную операцию.

По КТГ главное - малышка в порядке. Однако она словно чувствовала мой страх, перед операцией она затихла.

У меня был всего один час, чтобы надеть чулки (я не планировала рожать через КС, но на всякий случай все равно приобрела их, и надо же, они мне, к сожалению, пригодились), собрать вещи, написать мужу и родителям и... Смириться. Я плакала, буду честна, мне было страшно и обидно, я не понимала, почему все вышло именно так, искала причины в себе, где я совершила ошибку, что привело меня к этому моменту. Я боялась экстренного кесарева сечения всю беременность, и это именно то, с чем мне пришлось столкнуться. Спустя час я отправилась в операционную.

4. Роды: операция, отделение интенсивной терапии и осознание "катастрофы".

Довольно иронично вышло, что ещё в начале января я думала о том, чтобы заключить контракт с Викторией Юрьевной, рожать с ней по программе "мягкие роды". Рожала я с ней в итоге. Но бесплатно. И совсем не планово.

Отдельно хотелось бы отметить то, что это действительно очень хороший врач, благодаря которой жива осталась и я, и моя дочь. Очень приятный человек и заинтересованный в своих пациентах специалист. Будучи под ее наблюдением я чувствовала себя в безопасности. Мы с дочерью были в хороших руках.

В операционной мне поставили спинальную анастезию, я послушно старалась делать все, что говорят мне врачи. Все началось очень быстро, и как только шторка передо мной закрылась... Я почувствовала ужасную боль. Спинальная анастезия сработала очень плохо, я чувствовала именно режущую боль, о чем взвизгнула сразу же. Анастезиолог без раздумий командует кому-то про каких-то 16 кубиков, наклоняется надо мной и говорит, что сейчас у меня закружится голова, что мне не нужно сопротивляться и после этих слов с протяжным "ага" меня отключает. Это оказался полный наркоз. Я не слышала первого плача своей дочери, я не видела ее, я пропустила все. В процессе пробуждения я мотала головой из стороны в сторону, постоянно твердя себе под нос единственное слово "больно".

Когда я более менее вернулась в сознание, я лежала на кушетке в отделении интенсивной терапии. Рядом с моей головой лежал телефон и бутылка воды. На соседних кушетках были ещё две девушки, а рядом с ними кувезы с их малышами. Рядом со мной - нет. И браслета на руке нет.

Я послушно старалась шевелить ногами после операции, чтобы восстановить их чувствительность как можно скорее. Я уже тогда понимала, что что-то пошло не так. Паника постепенно все больше и больше накрывала, но я старалась быть сильной.

Неонатолог пришел ко мне спустя часа 3.

У дочери помимо срощенной почки оказалась атрезия пищевода. Вот и причина патологического прогрессирующего многоводия. Ее готовят к транспортировке в детскую больницу на авангардной, а я со всей силы стараюсь встать на ноги, чтобы хотя бы увидеть ее, увидеть, сказать ей, что все будет хорошо, что мы обязательно справимся.

За 6 часов я встаю на ноги и меня везут к ней, к моей малышке. Я провожаю ее в реанимацию и остаюсь одна в ГПЦ, без нее и как будто с вырванным из груди сердцем.

5. Послеродовое отделение, мое восстановление, операции у дочери.

Меня положили в специальную палату в послеродовом отделении, в которой лежали мамы без детишек. У кого-то дети были в реанимации при гпц и они могли просто ходить к своим детям на этаж выше. Такие, как я, встречались реже.

Гормоны творили со мной страшные вещи, я плакала от одной маленькой мысли о дочери. Я хотела к ней безумно, мне было плохо от того, что я далеко и не могу ей ничем помочь. На 3й день после КС у меня случился прилив, начало приходить молоко, к чему я была готова, прихватив с собой молокоотсос. Как же было больно в душе выливать в раковину такую драгоценность, как молозиво...

В целом отношение в послеродовом отделении ко мне меня более чем устраивало, со мной были достаточно обходительны и ко многому относились с пониманием. Я старалась восстановиться как можно скорее, чтобы выписаться и отправиться в больницу к дочери.

Я даже в полной мере не помню уже, как было больно, как болело в зоне шва и так далее.. помню, что было ужасно больно вставать, ходить и ложиться.

Несколько месяцев строжайшей диеты из-за ГСД, стресс из-за разлуки с ребенком и разрушение всех планов заставили меня сожрать в рд большую пачку чокопаев, буэно, шоколадки Милки, сухарики сладкие и так далее. Я не могла и не хотела больше себя ограничивать, организм искал хоть какой-то источник позитивных эмоций. (Привет рпп)

Выписалась из ГПЦ я 8 февраля, на 5ые сутки после КС.

9 февраля я уже стояла возле кувеза своей дочери в детской больнице.

Ей к тому моменту уже сделали одну операцию по перевязыванию свища между трахеей и пищеводом.

Сегодня 2 апреля, спустя 2 месяца после рождения малышки. За это время ей сделали ещё одну операцию по удалению перевязанного свища и только неделю назад - по сращению пищевода. Атрезия у нас оказалась большой, хирурги ждали, когда дочь подрастет. И с весом 2350гр была проведена эта долгожданная операция.

Отключить от ИВЛ ее все ещё не могут, все это время при попытках экстубации лёгкие моей малышки забивались мокротой и слюнками, которые она не могла проглотить. Лечащий врач заподозрила наличие у нее такого страшного диагноза, как муковисцидоз. Результаты генетических тестов на данное заболевание мы все ещё ждём. И ждём, когда пищевод все таки срастётся.

6. ГВ, сцеживания, лактостазы, достинекс.

Я всегда мечтала кормить своего ребенка грудью. Это настолько сокровенная для меня мечта, что то, с чем мне пришлось столкнуться, разрушает меня и разрывает до сих пор.

Из-за того, как прошли роды, дочь я естественно, к груди ни разу не прикладывала. Единственное, что было приложено - это молокоотсосы ВСЯКИЕ РАЗНЫЕ. И электрические, и ручные, и профессиональные, разных марок и ценовых категорий. Я была так счастлива, когда в ГПЦ я сцедила первую маленькую порцию молозива. Постепенно оно перешло в переходное молоко чуть большим объемом, а затем уже в зрелом молоко. Молока было много, очень много. И с 20 февраля у меня начались бесконечные лактостазы. И в какой-то момент, когда у меня лактостаз случился в 5й раз за неделю (а это сразу же бессонная ночь, стресс, слезы, недосып, нервная система ни к черту) я решаюсь на то, чтобы остановить лактацию.

1,5 месяца я сцеживалась, собирала молоко в пакетики и утрамбовывала это все в морозилке. Я делала все, что было в моих силах, но постоянная боль от лактостазов и страх между лактостазами, что мне снова будет больно, что снова придется трудиться, чтобы расцедить застой, страх, что это перейдет в мастит, воспалится, что мне придется лечь под нож хирурга, заставило меня принять решение, которое я бы никогда не хотела принимать.

Достинекс 2 таблетки по 1/2 каждые 12 часов. Это было очень больно и тяжело, но спустя неделю после последней половинки моя грудь пустая и маленькая, как до беременности.

Моя мечта о ГВ осталась мечтой. Слышала, что ещё возможна реклактация, но я теперь очень этого боюсь. Боюсь, что снова начнутся лактостазы, но теперь с ребенком на руках. К тому же видела мнение, что если были лактостазы до остановки лактации, то после релактации они начнутся сильнее и чаще. Но куда сильнее и чаще?

Что ж, пока так.

Идеальная беременность, роды, первые месяцы жизни ребенка, четвертый триместр, кормление грудью, классическое развитие ребенка... Все это мимо меня.

На фото: последний день беременности, первое фото после родов, начало моего рпп, первое молозиво, сбор молока, наши браслеты, которые я получила в детской больнице и наша первая встреча после моей выписки.