История выхаживания недоношенных близнецов: первые дни в реанимации

Продолжаю свою историю преждевременных родов и выхаживания моих мальчишек

Предыдущие части вы можете найти в моем профиле

После родов меня перевели из реанимации через сутки, муж уже тоже отходил от своей операции, но ходить пока не мог. Я родила в субботу, а в воскресенье уже поползла в отделение реанимации на другом этаже, держась за стеночку. Там я тыкалась не понимания куда мне идти, в какую дверь.

Наконец, найдя отделение, я впервые увидела своих малышей. К счастью, мне хватило ума не снимать их до перевода в опн. Я искренне надеюсь и верю, что рано или поздно кадры с ножками толщиной с мой палец вытеснят улыбки моих мальчишек. Я понимаю тех, кто снимает, но я такую хронику была не готова вести. Да и правила запрета съемки меня пугали, вдруг меня сюда больше не пустят?

Дежурный врач рассказал, что мальчики в крайне тяжелом состоянии. Шансов выжить 50/50, а если выживут, то 50/50 инвалидность. Оба моих парня были уже на ИВЛ, Рома какое-то время дышал сам, потом был на сипап, но сил у него не хватило и перевели на ИВЛ. Костя был весь в синяках, таким в синяках он и родился. Дежурный врач сказал, что очень важно мне сохранять лактацию, и сказал что они сегодня ждут от меня молозиво. Вечером я принесла молозиво, я совсем не понимала какие правила, куда мне идти, не было человека, который бы меня направил.

Моя соседка по патологии подсказала, где находится молочная кухня и следующие 2 месяца я была там постоянным посетителем: в дождь, в плохое самочувствие - я была там дважды в сутки.

Но вернемся обратно в то воскресенье. Когда я принесла молозиво, дежурный врач сказал, когда забирал молоко, что у Кости был пневмоторакс, что ему поставят дренаж, если пневмоторакс повторится. Это небольшая операция, но мне нужно дать на нее согласие.

Я была потеряна, меня пронизывал ужас от такой информации. Операция? Такой крохе? Но, конечно же, согласие я дала.

На самом деле первые несколько суток я пребывала в шоке и не особо поддавалась эмоциям. Все изменилось в понедельник. Утром ко мне ворвалась в палату мой лечащий врач из патологии и с наездом стала спрашивать «как это так ты родила?? Зачем ты это сделала?», следом за ней пришла и заведующая и попыталась смягчать тон своей подчиненной. С заведующей мы поговорили нормально, она пожелала мне сил и веры в малышей. После она ушла вместе с лечащей, которая весь наш разговор стояла с кислым выражением лица, будто я должна ей денег.

Я догадываюсь, что крылось за ее недовольством. Дело в том, что есть врачи, которые относятся к пациентам как к математическому примеру. Они вымерять дозировки, идут по схемам, «считают цифры», но забывают что лечат людей. Моя лечащая в патологии была именно такой. Поэтому она была недовольна, как математик, который злился, что ответ в задаче был другим.

Если честно, мне было плевать на ее чувства. Меня волновало только то, как там мои малыши. А еще мне очень хотелось сбежать из своей палаты в одиночную, потому что мне тяжело было слушать про счастье соседки. Для меня ее поведение сквозило токсичной позитивностью и я искала любые способы от нее сбежать.

И нет, я не считаю, что весь мир должен был страдать со мной. Просто мне тяжело было находится рядом с ней и это была только моя проблема. Поэтому, как я начала ходить, я стала убегать из палаты.

В понедельник, когда я пришла в реанимацию в часы посещения, я ждала, что меня пригласят полтора часа. Я сидела на диванчике и не понимала, почему всех уже провели к деткам, а я сижу и жду. Потом ко мне подошел заведующий ОРИТ и сказал, что у Кости случился пневмоторакс, ему ставят дренаж, нужно подождать и врач меня пригласит.

У меня зашумело в ушах, я не понимала, что происходит, пока уже от лечащего врача не услышала «лопнуло лёгкое, надо его расправить». Когда я увидела дырку в боку у сына, увидела насколько ему плохо, весь мир начал меркнуть.

Возле кувеза плакать запрещено - это было одно из первых правил, с которым меня познакомили. И я старалась его придерживаться.

Выйдя из реанимации, я спустилась на свой этаж, села на лавку у лифта и начала рыдать. Нет, не просто рыдать, я начала выть. Я выла, как раненный зверь, а мимо шли счастливые мамочки на выписку с доношенными детьми.

«Это моя вина, я сделала недостаточно, я жаловалась, что мне тяжело» - крутилось в моей голове. Одна мамочка, пока ждала лифт на выписку, просто подошла и обняла меня. Тогда мне и вправду было нужно, чтобы хоть кто-то меня обнял. Даже если это незнакомый человек.

Шли дни, я освоилась на молочной кухне, да так, что уже могла инструктировать других. Знакомилась с другими мамами. Как оказалось, общее несчастье сближает гораздо сильнее и быстрее. Я начала вести дневник о состоянии мальчиков, записывала статус, вес, дыхательную поддержку. Спасибо мамочкам из чата торопыг, они очень меня поддержали и помогли собраться с силами.

В ночь перед выпиской я уже была в одиночной палате. Раннее днем мне сказала врач, что меня смог выписать только через отказ - ведь у меня не падает срб. И от мысли, что я не смогу попасть домой, в родные стены, к мужу, к кошкам и собаке, я начала рыдать. Я рыдала несколько часов подряд, успокоилась только в 6 утра, когда дежурная акушерка пришла сделать мне укол и увидела в каком я состоянии. Она сделала мне горячий чай, поговорила немного со мной и обещала поговорить с врачом.

Сейчас для меня события тех дней кажутся смазанными. Я помню только, что после выписки мы поехали домой с мужем (его тоже выписали в тот же день), там мы по очереди рыдали, обнимая друг друга. Потом мы обратили внимания на нашу старую собаку и поняли, что она умирает. Сутки мы оба думали, что делать и в итоге решили ее усыпить. Сахарный диабет совсем ее добил, она давно была уже плоха, но в тот момент мы поняли, что пора отпустить и облегчить ее страдания.

В воскресенье мы усыпили нашу старушку, отпустили ее на облака.

А с понедельника началась наша битва за лактацию и за наших малышей.

Пожалуй, на этом моменте я пока остановлюсь. Каждая часть дается мне тяжелее и тяжелее. Но я вернусь с продолжением через пару дней и расскажу, как мой малыш Костя стал слепоглухим, а Рома выкарабкался почти без потерь.

Спасибо, что дочитали до конца.