Экстренные роды двойни на 26 неделе: история преждевременных родов

Продолжение истории моей беременности и родов, предыдущие посты можно прочитать в профиле

За несколько дней до родов у меня еще больше увеличился живот. Раньше я не знала, что антибиотики в большом количестве могут вредить психики, но после 16 дней внутривенного введения антибиотиков - я прочувствовала это как следует.

Мальчишки в животе бунтовались, то били ногами вниз, то щекотали под ребрами. Мой живот выглядел недель на 36, хотя я была на 26 неделе.

Фото я сделала за 3 дня до родов.

21 марта вечером мы с мужем как обычно болтали по телефону и он пожаловался, что болит живот. Я попыталась уточнить, что это за боль, он сказал, что наверное его просто продуло. Но потом боль начала локализоваться справа ниже пупка и стало ясно, что его явно не продуло.

Мы с ним обсудили, что если боль не пройдёт - он поедет в больницу, попрощались и я легла спать.

Спалось мне очень неспокойно: я переживала за мужа, у меня болел таз, из-за чего я постоянно крутила с бока на бок, болели руки от уколов антибиотиком.

Тогда я не могла знать, что из-за нефидипина я не чувствовала схватки в полной мере и болел только таз.

Утром мне пришло сообщение от мужа, что он собирает вещи и едет в больницу. Боль стала невыносимой. Я начала волноваться и тут боль в тазу начала усиливаться, а потом я заметила, что у нее еще и есть периодичность.

Я позвала дежурную акушерку и так как это была суббота, мы стали ждать дежурного врача. Тем временем сомнений, что это схватки не было, промежутки между схватками сокращались, боли усиливались, было ощущение что мне пытаются расколоть таз. Пришел врач, меня закинули на каталку, довезли до смотровой, хотели снимать серкляж, а там уже торчит во влагалище пузырь. Они обсуждают, что снимать швы нельзя, и надо решать как я буду рожать.

И тут у меня спрашивает врач, как я хочу: сама или кс.

В этот момент у меня в голове несутся мысли, что последне узи было чуть меньше недели назад и там мальчики были в поперечном и ножном предлежании, узи сделать не успеем и я выдаю, что кс. Меня грузят обратно на каталку и катят в операционную, по дороге я пишу мужу, что меня везут на кс.

Позже в детской реанимации заведующий отделением скажет мне, что если бы я рожала сама, то мальчики бы не выжили. Скажет, что я приняла правильное решение.

В операционной мне сделали эпидуральную анестезию, но она не успевала подействовать, как меня уже начали резать. Поэтому милая анестезиолог еще приложила меня общим наркозом и я снова ушла в трип.

Я помню, как замяукал Рома, когда его достали. Правда будучи в трипе, мне казалось, что это кошка, более того, я посчитала что в каждой операционной должна быть кошка для релаксации. Я слышала, как врачи обсуждали поездку на Байкал. Чувствовала как сцеживали молозиво для малышей.

А потом меня будили и везли в реанимацию после родов.

В этот же день, но через несколько часов прооперировали и мужа, у него был острый аппендицит. Таким образом вся наша семья оказалась в больнице в соседних зданиях

После реанимации началась самая долгая неделя в моей жизни, в которую я выплакала все что можно и нельзя.

Вспоминать и писать о моих родах было очень тяжело, поэтому я опустила многие подробности.

В следующий раз расскажу про неделю перед выпиской меня и началом выхаживания мальчишек.

Спасибо, что дочитали до конца.