К нам приехал ее папа. Это потянуло за собой череду мыслей и чувств во мне, а так же, странных…

К нам приехал ее папа.

Это потянуло за собой череду мыслей и чувств во мне, а так же, странных событий: в первый день его приезда у меня накрылся компьютер, во второй — рабочая лампа, когда тот сидел рядом с ней.

Что касается происходящего во мне — тихий ужас, тревога и непонимание.

Срок его пребывания неизвестен. Цель тоже.

На любые вопросы он отвечает невнятно или «посмотрим».

У меня были разные ожидания на его приезд, от самых позитивных до жутких.

Дочка переключила все свое внимание на него. Теперь только «папа-папа». Маму толкает, капризничает, больше не улыбается мне и не бежит обнимать. За ним всюду гуськом.

Мне больно это видеть по многим причинам, но я стараюсь смотреть глазами дочки, у которой появилась возможность подурачиться с папиком.

Я тупо обслуживающий персонал.

Никаких вопросов ко мне, ни о самочувствии (а я только что с операции), ни чем помочь, ни что либо о моей жизни.

Большой порыв продолжить писать нашу историю. Это высвобождает, дает мне осознание происходящего, и гонит прочь мысли о том, что все у нас с ним наладится.

Назначила сеанс с психологом.

Разберем ситуацию, составим план, как мне действовать, чтобы вновь не стать уничтоженной присутствием этого человека.

С виду все типа хорошо.

На деле — кромешный абсурд.

Из разговора Альваро с отцом:

— Да не выгонит она меня, ей это не выгодно.

Ох, милый. Знал бы ты, насколько «не выгодно» оставаться с тобой.