Утро перед операцией: что происходило за закрытыми дверями операционной?

Часть 18

Утро перед операцией. Снова успокоительный укол, но я была и без него спокойна.

В 7 утра нас отправили на кт-разметку. Вкололи в сосок радиофарм препарат, чтобы на КТ он окрасил пораженные участки груди и лимфоузлы. Было не больно и интересно.

В 11 зашла медсестра, сказала раздеться, оставить только трусы и чулки, замотаться в белую простынь и лечь на кушетку, которую прикатили для меня и оставили в коридоре возле палаты. Я упросила хирурга остаться в своей шапочке в операционной, чтобы никто не увидел все еще лысую, но уже с пушком голову. Он разрешил. Поэтому, в компрессионных чулках, трусах и обернувшись в простынь я легла на кушетку, и медсестра покатила меня по коридорам и корпусам на операцию.

Я не понимала, почему хрупкая медсестра катит эту тяжеленную каталку со мной, ведь я вполне в состоянии дойти сама, но видимо так положено.

Привезли меня в небольшое помещение, с приятными желтыми стенами, там было тепло и уютно, что я даже не поняла, что это операционная. Со мной никто не разговаривал, сказали перелечь с кушетки на стол. Над столом были огромные лампы. Все выглядело очень здорово и современно. Мне поставили капельницу. Я думала сейчас придет хирург, расскажет мне что-то, меня отведут в холодную операционную и анестезиолог поставит мне наркоз. Но этого не случилось. Видимо та капельница, которую мне поставили и была моим наркозом. Я не заметила, как уснула.

Глаза я открыла в палате. Мне сказали соседки, что меня не было долго, больше 3-х часов. Я посмотрела, что лежу в своем компрессионном белье, накрытая одеялом, поправила свою шапочку, которая немного съехала. Очень хотелось спать. И я провалилась в сон.