#_Софья_Дмитриевна_роды

Часть 7.

Я дома. Но дом для меня, стал пустым... Сев на край дивана я просидела так, молча, смотря в одну точку, какое-то время. Моё сознание отказывалось принимать ситуацию, всё внутри меня кричало : "Где моя дочь? Я родила. Где она? Почему она не со мной?"

За всё это время, я ни разу не задалась вопросом: "За что мне это? Почему именно с нами произошло?" Всё что я повторяла бесконечно про себя: " Господи я принимаю всё, что сейчас происходит. Господи, я готова пройти этот путь, значит так надо, я согласна. Только помоги моей девочке, пожалуйста, Господи!!!"

Я понимала, что не смогу находиться дома, зная, что Софья, моя маленькая девочка, одна, в чужом городе, будет бороться за жизнь. Я должна быть рядом, я должна дать ей понять, что я с ней. Она должна меня чувствовать. Я буду просто стоять под окнами, мне так будет легче.

10 сентября.

С этого дня, каждый день в 13:00 я звоню в реанимацию, чтоб узнать о состоянии здоровья Софьи. Софья в реанимации ОПЦ г. Иркутск. ИВЛ, состояние стабильно тяжёлое. Выводят из медикаментозной седации.

11 сентября.

В 13:00 звоню в реанимацию. Состояние остаётся стабильно тяжёлым, ИВЛ. Из седации выходит плохо. Состояние угнетенное. Слабые реакции на манипуляции. Начали давать прикорм по 10мг.

Мы с мужем выехали в Иркутск после обеда. Поздно вечером мы уже были на месте. Муж снял квартиру, прямо возле больницы. 2 минуты ходьбы до корпуса, где лежала Софья.

"Доченька, моя маленькая, мама приехала, я рядом, слышишь?... Ты где-то здесь... Завтра мы с папой придём к тебе."

12 сентября. Понедельник. Утро.

Мы позавтракали и пошли к Софье. Зашли в корпус. В справочной нам не дали информации. Я стала звонить в отделение реанимации.

- Доброе утро. Я мама Сеньковой. Хотела бы поговорить с нашим врачом. Мы вчера приехали. Сейчас мы здесь, внизу. Врач может спуститься?

- Сейчас минутку... Ирада Ташкуловна сказала, чтоб вы ожидали её внизу, как только она освободится, она спуститься к вам.

- Хорошо, мы будем ждать.

Прошло пол часа, никого. Я звоню снова.

- Ваша врач помнит о вас, она занята ожидайте.

Прошёл ещё час, никого. Звоню снова.

- Ирада Ташкуловна, сейчас,очень сильно занята вашим ребёнком, ждите, она спустится.

Я стала подозревать, что что-то происходит. Мне стало не по себе, я предчувствовала неладное.

Прошло ещё минут 30. Наконец-то вышла молодая, приятная девушка.

- Добрый день. Вы мама Сеньковой?

- Да...

- Я, лечащий врач вашей девочки. Мы готовим вашего ребёнка к операции, произошла перфорация кишечника, образовалось 2 дырки, всё пошло в брюшную полость. Мы пытались выяснить причину, делали рентген. Уже вызвали хирурга, скоро операция.

Дальше ещё какая-то информация, но я уже слышала через слово, так как снова душили слёзы.

- Скажите, почему так произошло, что было с ребёнком, почему было ЭКС?

Я, вкратце объяснила ситуацию. Далее она нам рассказала о том, что сейчас они делают всё возможное и о том, какие последствия нас могут ожидать. Диалог продолжал муж, т.к. я была не в состоянии.

- Я хотел спросить, если есть такая возможность,можно жене как-то попасть в реанимацию. Мы сделаем ПЦР тест. Может можно хоть как-то, пожалуйста.

- Вообще, посещения сейчас запрещены. Я спрошу у заведующей, но обещать не могу, вряд ли.

У неё зазвонил телефон.

- Всё, хирург на месте, мне нужно идти. Позвоните вечером, часов в 20:00 чтоб узнать как прошла операция.

Мы вышли из здания. Муж молчал, а я ревела. Впервые,меня охватило дикое отчаяние, опустились руки. Мы шли молча.

- Она мне нужна любая, слышишь, Дима, любая. Главное, чтоб она жила. Отвези меня в церковь пожалуйста.

Мы приехали в Храм Святых мучениц Веры, Надежды, Любови и матери их Софии. Шла служба. А я стояла и просто задыхалась от слёз, я не могла остановиться. Я смотрела вверх и молилась, как могла, молилась.

Потом, мы каждый день ездили в этот храм. Купили иконку Пресвятой Богородицы. Она была с Софьей в реанимации, затем в отделении хирургии, сейчас я повесила её в кроватку, дома.

Вечером мы позвонили в реанимацию, трубку взяла врач Софьи.

- Да, добрый вечер. Я сегодня осталась на дежурство. Операция прошла успешно, всё хорошо. Вывели илиостому. Удалили 5 см кишечника, отправили на гистологию. Состояние у девочки удовлетворительное. По поводу посещения. Я поговорила с заведующей, она разрешила вам однократное посещение. Как только сделаете тест можете прийти.

На следующее утро мы поехали сдавать тест, к вечеру он был готов. В обед, я снова звонила в реанимацию. Мы договорились, что я приду завтра к 13:00.

14 сентября.

В 13:00 мы с мужем ждали Ираду Ташкуловну внизу. Она спустилась за мной. И мы пошли к Софье. Я очень волновалась.

На меня надели шапочку, халат, обработали руки и завели в большую реанимационную палату. Ирада Ташкуловна осторожно подвела меня к дочери.

- Вот ваша девочка. - тихо сказала она, глядя на мою реакцию.

Господи, передо мной лежал маленький отёкший комочек, вся в проводах, изо рта трубка ИВЛ. Мне стало страшно. Но я не подала вида. Я взяла себя в руки. А глаза... У неё не было ясного взгляда. Она была в Коме 1. Закатывала глазки под лоб. Угнетённое состояние.

Я прикоснулась к её малюсенькой ножке. Доча отреагировала. Она сжалась.

Ирада Ташкуловна рассказала мне о ходе лечения. Затем пригласила хирурга. Павел Анатольевич, добряк мужчина, плотного телосложения, очень приятный. Объяснил мне, что Софье предстоит повторная операция. Сейчас ей вывели илиостому. Для её закрытия, Софью переведут в Ивано-Матренинскую детскую клиническую больницу, как только ей станет лучше. Он всё так легко объяснял и так деликатно. Я успокоилась. Софочка в надёжных руках.

Нас оставили вдвоём. Я могла касаться её.

- Софа, малышечка моя, это я, мама. Слышишь меня, я приехала, я буду рядом. Борись, прошу тебя. Мы в тебя верим. Там папа внизу остался, просил передать тебе, как сильно тебя любит. Доченька, маленькая моя. Не сдавайся. Прошу тебя. Ты нам очень нужна!!!

И в эту секунду, Софья как будто услышала меня, глазки остановились и посмотрели прямо. Я ахнула. Даже немного испугалась. Продолжила трогать её ручки и ножки, гладила, тихо шептала ей о своей любви и вере в неё. 1,5 часа пробыла рядом с дочерью. Уходить было тяжело.

Все последующие дни, я приходила к окнам реанимации. Утром, чтоб поздороваться и пожелать Софочке хорошего дня и вечером, чтоб пожелать доброй ночи. Напротив окон, был пригорок, и он как раз был на уровне этажа, где лежала Софья. Я стояла на нём и разговаривала с ней, КАЖДЫЙ день. Иногда мне казалось, что меня могут принять за сумасшедшую, которая топчется и что-то бормочет себе под нос. Но мне было всё равно, я верила, что она меня чувствует, а это главное.

Второе фото: 🔻Я отметила место, где именно лежала Софья, в реанимационной палате.