Чего я не могу понять в отечественной неврологии? Автор: врач-невролог Никита Жуков
Чего я не могу понять в отечественной неврологии?
Автор: врач-невролог Никита Жуков
В одной фразе это можно сформулировать так: то что коллеги до сих пор слепы к тому, что многие методы отечественной неврологии не работают.
С одной стороны эта ситуация, само появление такого вопроса — просто полное фиаско здравоохранения той страны, на языке которой написан сей текст. Однако, размышляя рационально и изучая проблему изнутри, всё становится слишком просто. И настолько же сложно для исправления.
Почему родная неврология — это обочина медицины? Вопрос перманентный уже много лет подряд, а ответ простейший: потому что профессоры сказали, что всё отлично. И в учебниках, которые пишет эта же профессура, написано то же самое. Тысячи людей постоянно, из года в год, лечатся у доблестных российских неврологов по заветам позапрошлой версии медицины 1.0 — наблюдательной. Друзья, у нас тут XXI век на дворе, мы уже не лечим кровопусканием. Ну, «мы» — это которые могут в научно-обоснованную медицину, а остальные и гомеопатию с остеопатией жалуют, увы. Давайте посмотрим, чем развлекаются мои и ваши соотечественники-неврологи вот прямо сейчас, когда мы можем открыть обзоры Cochrane или рекомендации UpToDate или просто полистать проиндексированные PubMed'ом исследования.
Диагностика. Всё начинается с младых ногтей, когда малейшие жалобы мамочек на плохой сон ребёнка или его крики или отсутствие речи в первые 18 месяцев жизни отправляются на нейросонографию. Конечно, (псевдо)высокотехнологичное обследование обязательно покажет «умеренное расширение ликворных пространств», а выдающийся детский невролог (тяжело вздохнув) примется «лечить» сию ужасную патологию. Два пантогама этому господину и три отката с продаж диагностики! Далее будут ежемесячные походы в поликлинику за оживляющей (нет) физиотерапией в нос, рот и остальные физиологические отверстия. Которые, конечно же, точно будут способствовать развитию полноценного члена общества.
Даже если маленькому человеку посчастливилось не вырасти ипохондриком, то в подростковом возрасте его с высокой вероятностью будет ждать другая напасть — ВСД. О-о-о, это феноменальные три буквы. Есть тут хоть один математик? Наверняка же можно высчитать реальный процент ВВП, который держится только на трёх буквах ВСД: какое количество денег прокручено через миллиарды глупых обследований, консультаций и лечений? Уверен, все истории про распилы, откаты и олимпиарды меркнут на фоне нашей медицины: это настоящий гротеск — страдающему человеку назначается любое попавшееся под руку обследование или лечение, вне зависимости от его эффективности. Болит голова? МРТ! Глицин! УЗИ сосудов! Что значит «зачем» — а вдруг там жуткие ужасные изменения?? Настолько ужасные, что обычный врач амбулаторного звена встречал только в учебнике.
Примерно там же на сцену выходит электроэнцефалограмма — моё любимое обследование. Я не встречал ни одной (ещё раз: ни одной!) нормальной ЭЭГ — такой, в которой было бы написано, что всё в порядке. Ни одной! И это не из-за того, что ко мне приходят исключительно пациенты с судорогами — наоборот, в основном ЭЭГшки приносят практически здоровые по неврологической части люди. Они приносят их не одну, а пачками, по две-три-пять за год. Думаете, с жалобами на потерю сознания или судорожные приступы?
Нет, с жалобами на головную боль! Или головокружение. Или шум в ушах.
И везде, везде (без преувеличения) есть как минимум «умеренные изменения биоэлектрической активности головного мозга», после которых пациентов стращают длительным лечением с туманными перспективами.
Что это было? Что это есть?
Что, правда, я должен заниматься объяснениями пациентам, что они провели за свои деньги бессмысленную диагностику, которая их напугала? Какую клиническую значимость преследуют те «диагностические» слова? Ведь все мы знаем, что ЭЭГ вне диагностики эпилепсии и нарушений сна — это гадание по дыму из трубы о том, что жарится на печке, верно?
Неверно, ведь большинство обозримых неврологов на основании этих «данных объективной диагностики» качают головами, цокают и назначают некое «лечение». Вот буквально в ту же минуту, что вы читаете этот текст, где-то за углом невролог выписывает вашему пациенту или родственнику низкокачественные нейропротекторы из-за низкокачественной и неинформативной пятиминутной энцефалограммы, стращая изменениями в мозге.
Понятно, что для моей аудитории описанное является анекдотом (надеюсь) — но это очень грустная история, которая происходит повсеместно в неисчислимых масштабах.
Отдельно от диагностики стоят сами диагнозы: остеохондроз ответственен за невероятное количество патологических состояний россиян. Это и головные боли, и головокружения, и обмороки — всё остеохондроз позвоночника.
Симптомы выше плеч? Остеохондроз шейного отдела!
Ниже лопаток? Остеохондроз поясничного отдела!
Посередине? Ну, так это понятно любому — остеохондроз грудного отдела!
Все три указанных пункта являются жуткой неизлечимой инвалидизирующей патологией, которую спасти можно разве лишь мануалкой, иглорефлексотерапией и лежачим режимом на все оставшиеся несчастные годы существования. Иначе вообще совсем сломаетесь в свои-то 25 лет! И неважно, что весь мир давно лечит болевые проблемы со спиной наоборот — движением, а лежачий режим считается злом, но никак не лечением.
Лечение. По моему личному оригинальному исследованию, отечественная неврология — это максимально насыщенная неэффективными препаратами специальность. Неврологи настоящие чемпионы по назначению бесполезного мусора вместо лечения, потому что даже у терапевтов всего десяток «противовирусных» и «иммуномодуляторов» для простуды, а для нервных болезней продаются сотни различных развлечений, по недоразумению называемых «лекарственные средства». Тут вам и ноотропы, и нейропротекторы, и сосудистые препараты, и так далее.
В обсуждении такой темы всегда хочется сделать реверанс дражайшему клиническому опыту нескольких поколений: к примеру, нежно любимый пирацетам в 2019 году отметил 55-летний юбилей. Все русскоязычные учебники в каждом переиздании продолжают его рекомендовать, все профессоры «видели отличный эффект» при назначении пациентам.
Но по какой-то неизведанной причине он не одобрен американской FDA даже как БАД и 300 миллионов американцев совершенно спокойно обходятся без него и без каких-либо заменителей.
Коллеги, если вы видите поразительный эффект от его применения на россиянах, то почему наше вдвое меньшее население не показывает феноменально прекрасных результатов лечения? Инсульты и деменция на мировом уровне почему-то никак не зависят от применения этой чудодейственной молекулы. Почти 100% наших пациентов с инсультом получает «лечение» ноотропами и нейропротекторами, а западноевропейские и американские пациенты не получают — думаете, их исходы хуже?
Конечно, там все просто берут и умирают от жуткой платной медицины. Прям миллионы смертей, инвалидностей и ухудшений качества жизни из-за недоступности живительных ноотропов да нейропротекторов простому цивилизованному гражданину Европы с жалкой средней зарплатой в 3000 евро. Нет. Они ничем не отличаются, кроме доступности тромболизиса, который есть уже в самой захудалой провинции. Совсем, никак не отличаются, кроме вменяемого финансирования и отсутствия ноотропов. Поразительно!
Но мы продолжаем слышать, что «50 лет пирацетам даём и всем помогает!», продолжаем читать мусорные статьи с исследованиями на коленке... и включаем их в национальные рекомендации! То есть, всех без исключения заставляем лечиться этим подобием лечения на официальном уровне.
Всё вместе это поразительнейший пример накопления систематических ошибок, настолько эпичный, что спустя некоторое время про ситуацию можно будет слагать легенды и защищать докторские по истории медицины. Со стороны продвинутых врачей звучит как анекдот, но это горькая правда, которая тратит огромные временные и денежные ресурсы не для пользы, нет, только ради ложных надежд пациентов и их врачей.
Открыв для себя мир нормальной, доказательной медицины, типичный невролог поразится, что все перечисленные состояния практически всегда требуют не назначения трёх обследований да десятка лекарств, а успокоительной беседы с пациентом, которая прольёт свет на его вопросы.
Людям не нужны лекарства и обследования, им нужна уверенность!
Да, сограждане часто считают, что эффективный контакт с медициной — это обязательно капельница, но внутри этого всё равно кроется именно надежда и вера, поскольку они всё равно понятия не имеют, чем и как и должна помочь внутривенная инфузия, поэтому заменить иголку с банкой на правильные слова вполне реально, достижимо и в нынешних условиях становится истинным искусством врачевания.
Но для этого нужно знать эти самые принципы современной медицины, быть в них уверенным и не прибегать к бесполезной перестраховке. Да, сложно, но именно эту сложность я и желаю вам преодолеть.
Источник: страница Никиты Жукова