Мы лежали в боксе и я плакала, плакала и плакала. Смотрела в потолок и хотела провалиться сквозь землю. Вечером в день…

Мы лежали в боксе и я плакала, плакала и плакала. Смотрела в потолок и хотела провалиться сквозь землю.

Вечером в день госпитализации, муж принёс какие-то вещи, я спустилась вниз в носках по всей больнице шла, посещения запрещены были, я нашла дверь, где он стоит и в истерике просто просила его вернуть все как было. Как будто он мог что-то сделать.

Я была в агонии.

Просила Господа,мужа,вселенную-я просила вернуть мою реальность до этого диагноза.

Я знала, что еще долго не увижу мужа и сына теперь. Я не знала будет ли жить Эмилия.

Такой безысходности я не испытывала никогда в своей жизни. Никогда.

Я хотела умереть прям там. На руках у мужа. Лишь бы ничего не чувствовать, не думать, не ощущать все что происходит и все что нас ждёт впереди.

Думаете у меня был выбор?

Думаете меня спросили: смогу ли я все пережить?

Вернулась в бокс к дочери. Ей было 2 года, вот исполнился месяц назад, она такая маленькая, беззащитная.

Подошла к медсестре на пост и спросила: ну может было такое что в анализе были бласты, а потом все не подтвердилось?

Она молча сказала:нет.

Да так бывает. Говорить можно молча.

Протянула мне шприц с физраствором.

У моей дочери предположительный диагноз:онкология.

Мне выдали шприц с физраствором. Все. Что еще мне могли дать? Ничего. Все ждали утра.

Не скажу что это была самая длинная ночь. Я была в беспамятстве. Время не существовало.

Я читала всю ночь форумы, диагнозы, последствия-все вертелось в голове.

И знаете как мало людей пишут об этом диагнозе и как много детей заболевает?

Но как же мне хотелось найти положительные исходы. Но даже про них редко пишут родители. Потому что всем хочется забыть, и тихо уйти домой из детского онкологического отделения и больше туда не возвращаться.

А как быть мамам которые хотят посмотреть на тех детей кто живет сейчас спустя 5-10 лет после постановки диагноза? Как быть когда хочется прямо сейчас понять, что твой ребенок не умрет сейчас.

Наступило 29 декабря. Утро. Первый наркоз и первая люмбальная пункция. И сразу установили центральный венозный катетер.

Вот 3 предложения я написала выше. И только я знаю чего мне стоили эти 3!!! предложения.

Ей 2 года было тогда. Это сейчас можно хоть что-то ей объяснить. Хотя после наркоза ребенку объяснить невозможно ничего.

Без сил и после 20 минутного крика она уснула. Я раскрыла простынь. Два прокола в тазовых костях с обеих сторон, в области позвоночника один прокол, большущий катетер в области груди, висящий вниз до паха.

Никогда я не думала, что слез может быть столько и они не заканчиваются.

Заходит заведующая детским онкологическим отделением. Мне не нужно было ничего объяснять. Я так и сказала: я знаю какой предварительный диагноз, но скажите есть шанс что это ошибка?

Гузель Рафаиловна: вероятность почти 100% что это онкология. Сейчас будем отправлять костный мозг в Екатеринбург, чтобы подтвердить его разновидность.

Эмилию подключают к огромной стойке с кучей аппаратов, с которой она живет круглосуточно следующие 2 недели. Так мы проживаем наше 29 декабря.