Сначала ты, конечно же, держишься. У тебя есть правило двух стен на случай «Смерчей» и «Градов», ты научилась различать…
Сначала ты, конечно же, держишься. У тебя есть правило двух стен на случай «Смерчей» и «Градов», ты научилась различать входящие и исходящие (или надеешься, что научилась и радуешься, когда говорят: «Это наши», даже если понимаешь, что может быть и нет). Ты научилась спать на полу, потом в коридоре. Потом в тамбуре. Ты знаешь, когда работают продуктовые, и покорно выстаиваешь очереди. Тебе кажется, что ты привыкла и, в целом, жить можно.
А потом прилетает в соседний дом. Или у тебя над головой (потолок пробьет однозначно) ты слышишь самолет. Его жуткий свист. И гулкий «бух», от которого вибрирует дом и вибрируешь ты. Неважно, когда, но в какой-то момент ты решаешь, что больше не вытягиваешь и едешь в безопасное место. Оно может быть здесь, в Украине, чтоб недалеко. А может быть и нет. Молдова, Польша, Румыния, Германия. Куда хватит сил, туда и едешь. С деньгами, которые копила на разное. С маленькой сумкой, чтоб не тащить, потому что не знаешь, где и сколько будешь тащить. Ты не смотришь прощально на свою квартиру, потому что знаешь – вернешься. Но внутри дыра такого размера, что ФАБ-500 со свистом пролетит.
И ты едешь. В безопасном месте – в Украине или дальше, у тебя поначалу отупение. На другой город или другую страну ты смотришь и не видишь, тебе неинтересно. Действия происходят на автомате – поехать на съемное жилье, найти, узнать, позвонить, зарядить телефон. Потом ты спишь, потому что дорога выматывает, а тем более, когда она ИЗ дома. И не факт… Ну, ты конечно же в это не веришь ни на секунду.
И вот собрались мы, украинцы, в безопасных уголках Украины или дальше. Матери с детьми, молодые девушки, пожилые женщины, мужчины, которые оберегают семьи и ждут своего времени. Собрались мы, и нас одной большой волной топит тоска. Мы не дома. Мы видим другой спокойный город и другую спокойную страну и не верим. Мы видим людей, которые ходят в магазины (а в твоем городе очереди в один открытый на районе продуктовый), покупают одежду в торговых центрах (в твоем городе его обстреляли), улыбаются (в твоем тоже улыбаются), ходят в кафе (нет). А ты не веришь. Ты привез с собой войну. И эта смесь горечи, тоски по дому и какого-то странного чувства предательства, как будто тебе надо сейчас быть под обстрелами, как тем, кто остался, а не здесь, в безопасности – эта смесь невыносима.
Я хочу сказать всем, кто сейчас чувствует подобное. Я понимаю вас. Украинцы, все, кто оказался в безопасном городе Украины или дальше – выдохните. Выдохните и закройте глаза. Подумайте, что вы делаете лучше всего. Кто-то хорошо шарит в логистике и может курировать процессы доставки гуманитарных грузов. Кто-то умеет шить, кто-то печет. Кто-то умеет положить любой рашистский сайт за полчаса. Кто-то пишет новости, чтоб мы были информированы. Откройте глаза и поймите – вы не принесете пользу нашей Украине, если умрете под бомбой. Любой живой и здоровый украинец – это хорошо. Это то, что так хочет «исправить» наш враг. Зачем доставлять ему такое удовольствие?
Война закончится нашей победой. Мы сорвемся со всех своих безопасных мест и снова заполним собой поезда, рейсовые автобусы и попутки. Мы будем лететь домой. Мы снова будем плакать, но на этот раз, потому что внутри очень счастливо. Мы с любовью начнем отстраивать свои жизни и страну, в которой хотим эти жизни провести. Мы тут же кучу всего запланируем – встретиться со всем миром, сходить в кино, выпить мартини на летнике, купить цветы себе и бабушке. Нареветься, наконец. У себя в ванной. В безопасной ванной. А пока до победы еще нужно сцепить зубы и делать дела, давайте делать дела. Пока наши ребята на передовых выбивают остатки воздуха из легких нечисти, давайте делать дела. Потому что делать дела – это самое эффективное лекарство против любой третьей стадии от Арестовича.
Тримаймося! Перемога за нами.
Автор Юлия Акимова