#домслампами#глава1# Знаю, вы скучали по моей писанине🙈
#домслампами#глава1#
Знаю, вы скучали по моей писанине🙈
Глава 1. Не лечите мне душу, доктор.
Через меня ежедневно проходит очень много людей. Не то, чтобы я живу в городе «самоубийц», обычный мегаполис, город миллионик, каких тысячи по всему миру. Людей на самом деле много что толкает на столь страшный поступок, как лишение себя жизни. Многим кажется, что у меня клиенты одни подростки с возрастным кризисом и страданиями по первой любви, но это далеко не так. Я хочу поведать миру свою историю. Историю врача лучшего не тело, а душу.
Я не сразу пришла к тому, что буду работать с «неудачливыми самоубийцами» у меня был долгий карьерный путь. От студента практиканта в психбольницы до семейного консультанта по бракоразводным делам или а-ля как их сейчас любят называть семейных психотерапевтов, спасающих чужие браки до клиники реабилитации после неудавшейся попытки суицида.
И знаете, с суицидниками проще, у них все понятно, нет желания жить, осталось только разобраться с чем это отсутствие желания связано. Я не всегда принимала решения наш это клиент или его стоит отправить в психлечебницу, я долго училась у лучшего главврача клиники Ивана Петровича. Ваня, он гений, я долго ходила около него с широко открытыми глазами, не веря своему счастью «такой человек мой наставник». Была ли я в него влюблена? Да, естественно, в него невозможно было не влюбиться. Этот высокий импозантный мужчина средних лет сводил с ума весь женский персонал клиники. И признаюсь честно у нас был с ним страстный, но короткий роман, по окончанию которого он и решил, что я готова. Готова принимать решения самостоятельно. С Ваней мы остались друзьями. Потому что на такого мужчину невозможно долго обижаться из-за не сложившейся интрижки. К тому же он всегда был преданным семьянином, а интрижки на работе были для него чем-то вроде творческого развлечения. Не стоит его за это судить, в конце концов, он прекрасный человек спасший столько «заблудших жизней».
Я хочу начать эту историю с рассказа о том, без которого этой истории бы не было. Тот, кто заставил меня «проснуться после долгих лет сна». Его звали Игорь. И мне всегда казалось, что это мы лечим пациентов, помогаем им обрести смысл жизни и отпускаем на волю, а тут все было наоборот. Когда Игоря к нам привезли, он только отошел от отравления снотворными. Он показался мне типичным мужчиной в кризисе среднего возраста,утратившего смысл жизни, я думала, что расколю его за несколько сеансов, но не тут-то было. Когда я вошла в свой кабинет, то увидела необычайно красивого мужчину средних лет. У него были большие небесно-голубые глаза, черные как смоль коротко постриженные волосы, легкая щетина на лице и ужасно замученный вид. По ярко синим синякам под глазами я поняла, он не спал несколько суток и было понятно почему он выбрал именно снотворное как способ лишения себя жизни. Я обошла стол, не сводя с него глаз села в свое кресло, прочла имя на карточке и с улыбкой на лице спросила:
- Ну и как Игорь Николаевич докатились до жизни такой? – он долго молчал, пристально смотря в окно, делая вид, что меня нет в кабинете, так долго что я не выдержала и вновь нарушила тишину – Так Игорь, вы здесь, потому что решили совершить суицид. Я на время реабилитации ваш лечащий врач и от меня зависит выйдете вы от сюда здоровым полным жизненных сил человеком или поедете на лечение в специализированную больницу. Поэтому я вам рекомендую не молчать, а все же вступить со мной в диалог.
Игорь ожил.
- Да, доктор – отозвался он.
- Анна – сказала я ему свое имя – Можете звать меня по имени.
- И так Анна, чтобы вы хотели от меня услышать? – сказал он невозмутимым тоном.
Я была немного шокирована его поведением и манерой общения. Он вел себя так, будто не я, а он мой врач и он тут главный. Игорь встал со стула подошел к окну, открыл форточку и медленно стал вдыхать воздух. Его ноздри раздувались, а лицо затмила улыбка.
- У вас прекрасный вид из-за окна, даже не смотря на решетки – отметил он.
- Да, это для вашей же безопасности – ответила я.
- Да уж представляю с какими типами вы тут работаете и из окон кидаются и вены режут при вас канцелярским ножом – мужчина взял без спроса с моего стола маленький канцелярский нож и меня охватила паника. По правилам безопасности мы не должны держать такие вещи у себя в кабинете, тем более на столе, мало ли что придет в голову пациентам. Игорь поймал мой испуганный взгляд и положил нож на место.
- Ну, что Анна, каков ваш вердикт? «Я конченный псих или поддающийся реабилитации пациент?» —спросил он с насмешкой.
— Это я решу лишь в конце нашей с вами реабилитации. Для начала ответьте мне на несколько вопросов? – попыталась я взять вверх в нашей беседе.
- Прекрасная весна нынче, не правда ли - сказал мечтательно мой пациент – Знаете, одиноким женщинам особенно тоскливо в такие вот прекрасные солнечные дни, когда все гуляют, наслаждаются солнцем, природой…
- Что вы себе позволяете? С чего вообще решили, что я одинокая! – возмутилась я.
- Извините, но вас выдают глаза.
— Это как? – удивилась я и не стала отрицать. Последние полгода у меня действительно не ладилось с мужчинами. Дочь давно выросла и упорхнулаиз родительского гнезда и гнетущее чувство одиночества одолевало меня и в эту прекрасную весну.
- Знаете выражение «рыбак рыбака видит из далека»? – спросил он меня с серьезным видом.
- Да, знаю. Вы намекаете на то, что тоже одиноки? Так может быть это и послужило причиной вашего поступка? – решила я сразу перейти к делу.
- Не знаю, доктор, вам лучше знать – ушел от ответа Игорь.
- Прошу вас называйте меня Анна – сказала я ему.
- Как хотите, Анна, так Анна – пожал плечами Игорь и присел в кресло напротив меня.
- Ну что? «Начнем?» —спросила я, видя его сосредоточенное лицо.
- Не буду вас долго задерживать, психов по весне много – съязвил он – Начинайте.
- Итак Игорь, расскажите мне о себе: кем работаете, семейное положение, дети, хобби? – начала я свой сеанс, пытаясь выяснить причину попытки суицида такого импозантного мужчины.
- Мне 40 лет, вы это и так видите из моего личного дела, что лежит у вас на столе, работаю инженером. Не женат. Детей нет. Хобби…ну, пожалуй, люблю водить машину, годиться за хобби? – спросил он меня.
«Да, - подумала я – Этот так просто не сдастся, но видно же, что не клинический случай. Ничего через неделю ты у меня расколешься как миленький…». Но не через неделю, не через две, к своему стыду, я не поняла причину суицида Игоря, а следовательно, не смогла ему помочь. Мне необходимо было дать ответ по его делу и принять решение: передавать его в психиатрическую больницу на лечение или отправлять домой? Но я так и не знала, что написать в его личном деле. Был вечер пятницы, я задержалась на работе, чтобы разобрать бумаги и еще раз посмотреть личное дело Игоря. В мой кабинет постучали.
- Да, входите – сказала я, поднимаясь из-за стола – Ваня! – обрадовалась я своему начальнику – Как раз о тебе думала, мне нужен твой совет.
- Совет? Ну, что ж слушаю – мужчина присел в кресло напротив меня.
- Игорь Иванов, пациент, понимаешь, я никак не пойму, что с ним делать?
- И в чем же загвоздка? – спросил меня руководитель.
- В причине его суицида – сказала я краснея, как практикантка, не удовлетворившая ожидания своего наставника и тут же решила оправдаться – Понимаешь, у него тут так все сложно, карьера, машину разбил недавно, одинок он… Я и так и так уже к нему, применяла несколько приемов как ты учил…
- Аня, какая карьера? Дай-ка его дело! – он взял у меня папку из рук – Ну, да, точно, я помню его. У него же в карточке написано вдовец. Аня, это же очевидно.
Я хотела провалиться сквозь землю. Я столько раз беседовала с Игорем, а карточку его так и не открыла. А ответ то лежал на поверхности.
- То есть причина потеря близкого человека – жены?
- Конечно, милая. Ты меня удивила ей богу – сказал Ваня, вернув мне папку и садясь в кресло рядом – Я к тебе пришел по делу.
- Да, я слушаю – ответила я, хотя мысли мои были далеко за пределами этой комнаты. Я уже мысленно проводила прием с Игорем, где расспрашивала про его покойную жену.
- Аня, помоги мне с организацией праздника для жены, ты же можешь, я знаю. Мне стыдно тебя просить, но без тебя я не справлюсь, а у нее юбилей через неделю. Выручи по дружеский пожалуйста – взмолился Ваня.
- Хорошо, только если ты позволишь оставить этого пациента – я показала на папку с делом Игоря – еще на 2 недели.
- Да, хоть на месяц – он радостно подбежал ко мне расцеловал в щеки и вылетел со счастливой улыбкой из моего кабинета.
- Безутешный вдовец… И как я не поняла все по его грустным глазам – сказала я и выскочила из кабинета.
Я конечно же побежала в его палату. Время было восьмой час, пятница, конец недели, в клинике были только дежурные медсестры. Я пулей залетела в палату, чем очень удивила её обитателей.
- Анна Ивановна! – удивился Трошкин, лежавший на соседней кровати с Игорем – Что-то случилось?
Игорь лежал в наушниках, отвернувшийся от двери и смотрел в окно, он даже не заметил, что я вошла.
- Да, я за Ивановым пришла – сказала я Трошкину, показывая на его соседа.
Трошкин быстро вскочил и трясущимися руками стал толкать в бок Игоря. С Трошкиным было все очевидно «суицид на фоне затяжного алкоголизма» или как в народе любят говорить «белочка к нему пришла и захотела с собой увести».
- Эх, сосед! К тебе докторша пришла! – тряс Игоря Трошкин.
Игорь повернулся, выдернул наушники из уха и удивленно спросил:
- Что так не терпеться увидеться Аннушка? Вроде еще не понедельник.
- Мне нужно поговорить с вами о вашей жене… Пройдемте в мой кабинет.
Трошкин, разинув рот продолжал сидеть на кровати Игоря и наблюдать как мы уходим по коридору.
- Выяснила все-таки причину – сказал Игорь.
- Почему ты мне сразу не сказал про то, что ты вдовец! – возмутилась я.
- Разве это что-то меняет – сказал он и страстно поцеловал меня в губы прямо по среди больничного коридора.
Мое сердце бешено заколотилось, я еле как нащупала дверь своего кабинета и не прекращая целовать его затащила в кабинет. Я влюбилась, да я поняла это с первого же взгляда, как только увидела Игоря. Конечно же я не сопротивлялась его ласкам, а сама стащила с него рубашку и принялась растягивать брюки. Все произошло так быстро, прямо у меня на столе. Потом он попросил меня закурить. Я не курила, но у Трошкина при поступлении к нам я изъяла пачку сигарет и спрятала в столе. Достав её, отдала Игорю:
- Извини, у меня только такие – сказала я, пожав плечами и застегивая блузку.
- Ничего пойдет – сказал задумчиво он и затянулся. Я встала и открыла окно. На улице стоял теплый весенний вечер – Прогуляться бы сейчас… -заявил он мечтательно.
- Ну уж нет – сказала я строго – Я и так нарушила сотню правил в последние полчаса.
- Да уж, доктор, а часто вы тут спите со своими пациентами? – рассмеялся он.
Я встала ударила его по голове папкой, взятой по пути со стола, и сказала:
- Почему ты не говорил мне о ней?
- Потому что не хотел, чтобы ты ковырялась в моей душе.
- Но ведь это моя работа.
- Знаю.
- Расскажи, что случилось? Как давно она умерла? Пожалуйста, я очень хочу тебе помочь – у меня к глазам подступали слезы.
- Когда я напился таблеток было 40 дней с её смерти – Игорь начал рассказывать о своей жене и абсолютно поменялся в лице. Взгляд стал тяжелый, брови нахмурились, руки скрестил у груди, он взял еще одну сигарету, отвернулся от меня к окну и закурил. Я не стала перебивать и расспрашивать его, хоть многое меня интересовало в подробностях, я предпочла молча слушать. Мужчина затянулся сигаретой и продолжил – Мне невыносимо одиноко в этом мире без неё, понимаешь? Она была для меня всем: моим домом, семьей, другой, любимой женщиной, матерью наших детей… - Он остановился, я поняла, что он пытается скрыть слезы подступающие к горлу – А наши малышки, им ведь жить и жить еще… Почему это произошло с нами? Как мне это пережить, может ты знаешь?
Я молча подошла и обняла его. Я понимала, что для меня он впердь не просто пациент, а близкий человек, горе которого так велико, что разрывало ему душу и помочь как я считала, смогу ему только я и только своей любовью. Игорь продолжил – В ту ночь после поминок все ушли. Я был в ужасном настроении, понимаешь? Я держался из-за всех сил, потому что до этого дня был зол. Я был зол на себя, что сам не отвез их в тот день в аэропорт, а за руль села Жанна. Я был зол на такого мужика, что не справился с управлением на той проклятой фуре. Я ненавидел свою работу, ведь из-за нее я не смог отвести свою семью в тот день на самолет и вообще поехать с ними отдохнуть. Представляешь они ехали отдыхать… У меня до сих пор перед глазами Жанна, поющая песенку нашим близняшкам, которые сидят на заднем сидении и капризничают и этот треск, шум и звук столкновения с грузовиком. Я как ненормальный просматривал запись с видеорегистратора машины жены, перематывая каждый раз на момент их гибели. Мне казалось, вот сейчас, они смогут увернуться от грузовика… Я не верил, понимаешь? Я до сих пор не верю, что их нет… - Мужчина прижался ко мне и горько заплакал. Я гладила его по голове как ребенка и молча пыталась дать выплакаться и утешиться. Когда он наконец прекратил плакать, лицо его стало чужим, и он сказал, извиняясь:
— Вот так вот доктор. Помочь мне в этом вы не в силе, да и вряд ли кто-то когда- то сможет помочь… Никто не заменит и не вернет мне мою семью.
- Игорь, а что стало с водителем? Тем, что был на фуре. Ты сказал, что тебя все эти дни держала ненависть к нему… Что случилось в тот вечер? – я чуяла, что иду в верном направлении.
- Да, до этого дня я думал, что отомщу за них. Я хотел убить этого мужика если его оправдают или дадут мало лет. Я был одержим местью, ведь он разрушил мою жизнь, отнял у меня самое дорогое. Но в тот день мне позвонили из полиции и сказали, что суда не будет, потому что обвиняемый умер в камере накануне ночью от сердечного приступа. Он был не молодой, водитель дальнобойщик со стажем. Думаю, он сам очень страдал из-за случившегося, ведь он убил трех человек, не каждый такое переживет, вот сердце и не выдержало. Заседание суда должно было состояться через три дня. Тогда я понял, что смысла жить мне больше нет. Я хотел поскорее увидеть Жанну, деток, обнять их. Я нашел первое что попалось мне под руку снотворное, помню его назначали жене, когда у нее была сильная мигрень и она не могла уснуть. Я знал, что лекарства сильные и если выпить много, то можно не проснутся. Я написал записку, навел порядок дома, помылся, одел свой лучший костюм, принял таблетки и написал другу смс, чтобы забежал ко мне с утра. Предусмотрительно не запер дверь. Я не хотел, чтобы меня долго не хватались или думали, что меня нет дома, я хотел, чтобы меня обнаружили, когда дело будет сделано. Я позаботился обо всем понимаешь?
- И что же пошло не по плану? – спросила я.
- Друг, прочитав мое смс ехал мимо моего дома и решил заглянуть по пути, не дожидаясь завтрашнего утра, он помнил о поминках, но был в командировке и не мог прийти днем. Он звонил мне, но я уже был без сознания. Он приехал в мою квартиру где-то через час после того, как я наглотался таблеток и успел, как видишь…
- Что ты почувствовал, оказавшись в больнице? – Я должна была задать этот вопрос, ведь от ответа на него зависело многое. Не все самоубийцы жалеют о содеянном, кто-то винит тех, кто спас их и не дал довести дело до конца.
- Ничего – ответил он раздраженно – Пустоту и чувствую её до сих пор. Как будто чего-то лишили самого главного, а чего не пойму. Души, сердца, возможно разума?
- Тебе можно помочь – ответила я в глубине души выдыхая от облегчения – Я могу с тобой поработать и тебя станет легче. Ты снова сможешь жить, мы вместе будем работать над этим.
- Хорошо, спасибо тебе Аннушка – он подошел чмокнул меня в лоб, посмотрел на стол и беспорядок в кабинете после нашей вспышки страсти и добавил – А за это извини, не стоило… Надеюсь, ты не жалеешь… А теперь извини, мне надо отдохнуть. Я вернусь в палату.
- Я не жалею… - лишь успела сказать я и он закрыл дверь моего кабинета – До понедельника… Я буду скучать – но этого он уже не слышал.
Гузель·
Мама двоих (1 год, 4 года)
«Гадиться за Хобби» вроде «годится» должно быть или ошибаюсь?
«Как будто чего-то решили самого главного, а чего не пойму» просится «лишили»
Alendelexa··
Мама двоих (3 года, 9 лет)
Спасибо 🤗 сейчас поправлю