💡Часть 4. Первый триместр. продолжение

💡Часть 4. Первый триместр. продолжение

"Но иногда нужно дойти до отчаянья, чтобы сделать следующий шаг"(с)Alai Oli

Среди этой бесконечной беготни по поликлиникам за всеми необходимыми бумажками (а гоняли нас не только по прописке, но ещё и в областную), нам позвонили как раз из последней и предложили пройти всю эту комиссию в стационаре, от неё якобы зависел окончательный вердикт: носить дальше или швах. Нам показалось это неплохой идеей, т.к конец сентября, мёрзнуть, курсируя в разные концы города, порядком надоело (когда сидишь, ноги отмерзают быстрее и долго согреваются, а ещё, ноги и руки сопровождающего тоже не железные, оказывается) и мы согласились, ох, если бы я только знала что меня ждёт..

Через день я уже оформлялась в отделение гинекологии, шла 8я неделя, предыдущие 7 прошли легко, не считая лёгкой потери аппетита, анализы, которые успели сдать - были хорошие, всё спокойно и штатно.

Мама поднялась на этаж, побеседовать с заведующим о приёме, меня не было в кабинете, но хватило одного взгляда на ошарашенное стыдливо-покрасневшее лицо мамы, которая вернулась забрать меня с папой в палату спустя минут 20, чтобы понять - нам тут не рады.

-Что случилось? Что он сказал?- мне нестерпимо хотелось знать всё.

А было вот что: когда господин заведующий прочитал карту и понял, что мы хотим оставить эту беременность, то начал откровенно прессовать маму тем, что никому этот больной ребенок не будет нужен, а больным он будет по умолчанию, ведь ему не хватит полезных веществ, что мои хронические циститы и нюансы работы мочевой системы приведут обязательно к внутриутробной инфекции, а ещё мой позвоночник не выдержит нагрузку от живота и чуть ли не сломается.

Надо ли говорить, что в последствии, он на меня смотрел как на г*вно?

Но в отделение положил. Следующий этап унижений я получила в смотровой, в тот же день, когда все санитарки и медсестры (?) этажа сбежались типа помогать, а в итоге я, обнаженная в нижней половине тела, с рукой врача, берущей мазки, то и дело чувствовала на себе любопытные взгляды. Помощь, кстати, вспомнили предложить, когда мама уже надевала мне тапочки.

В первый день я плакала, беременная и уязвимая в этом, я не представляла что может быть так.

Не знаю, совпало ли так по сроку или на нервной почве, у меня начинается ацетон и токсикоз. В день поступления ++, утром уже все ++++, мне назначают капельницы. Есть не хочется совсем, а от прописанной диеты и вовсе тошнит, я теряю вес, пью колу и сорбенты, ничегошеньки не работает, ацетон день ото дня так и скачет ++/++++, в моче лейкоциты, хотя ещё недавно всё было чисто, эти три дня меня вереницей посещают специалисты, включая уролога, делают узи почек, по которому ставят подозрение на пиелонефрит, которого у меня никогда не было, ведь я каждый год для себя делала УЗИ почек и оам, моей глупостью было не подклеивать их в карту. Но. Я больше всех жду главную гинекологиню области, по главному вопросу, надеясь на её опыт и чуткость. Когда она, статная, сияющая великолепной улыбкой, на четвертый день вплыла в палату напару с заискивающим комплиментами завом, я расслабилась. И зря. Как только дверь за однопалатницами была прикрыта - начался самый худший и самый страшный момент моей беременности - И.Е. нависла надо мной и начала просто монолог о том, что никакой беременности мне и светить не может, что в моем состоянии нужно радоваться тому, что есть, а не рисковать и потерять всё что можно, ну чуть ли не в овоща я превращусь. Она, скорее с высоты своего высокомерия, чем опыта, предрекала мне что в 95 процентов мой ребенок замрёт на любом сроке, ведь, опять, инфекции, а если даже и родится - то будет глубокий инвалид, никому не нужный, брошенный на попечение государства или плечи моих опустошенных моей усугубившейся немощью родителей. Она взывала не отягощать и так тяжёлую жизнь нашей семьи, от такой её бесприкословной "заботы", я держалась из последних сил, чтоб не показать слабину, не заплакать, я пыталась рассказать о девочках, с которыми общалась, я пыталась подловить её на том, что и у здоровых бывают проблемы с почками, которые успешно компенсируются лекарствами, но меня не слышали, зато я слышала как на каждое моё "но" повышался градус, как она несла ерунду о аневризмах и комах, которые вообще никак ко мне не относились, как она повторила слова заведующего о переломе позвоночника в месте травмы под тяжестью растущего живота (интересно, она вообще видела, что травма у меня в шейном отделе?)

Её финальную фразу я даже запомнила дословно: "я не могу вам навязывать решение, но НАСТОЯТЕЛЬНО рекомендую прерывание, вот, если что, О.Ю. всё может сделать хорошо и быстро. Подумайте, пока время позволяет".

Когда они вышли, мы с мамой просто обтекали от полученной информации, плакали и обтекали. Мы не знали как быть дальше, слишком большое давление было оказано, чтоб не посеять в нас это постыдное зёрнышко сомнения. Вечером пришел папа и муж, мы гнетились в мыслях, мы обсуждали услышанное. Нас жрало отчаянье, опустошение, мой не проходящий ацетон подкидывал хвороста в огонь..

Глубоко внутри мы, конечно, не хотели вот так сдаваться, бросать надежду на счастливый исход, которая только-только начала маячить перед нами...и..

Не знаю, какие высшие силы меня решили поддержать и за какие заслуги, но на вечерний обход заглянула дежурная врач, которой мы благодарны по сей день, потому что она стала единственным человеком в самый нужный момент, который искренне проникся нашей болью, нашёл такие подходящие слова утешения, которые вернули силы идти дальше, убедив, что нет непоправимых ситуаций и лучше попробовать, хотя бы дождаться первого скрининга, чем потом лишь догадываться о том как могло бы быть.

Мы сделали вдох и выбрали.

#мать_на_колёсах