Это было не то бодрствование, не то сон: я очутилась в комнате. Там не было ничего особенного, разве что стена, покрытая…
Это было не то бодрствование, не то сон: я очутилась в комнате. Там не было ничего особенного, разве что стена, покрытая маленькими пронумерованными ящиками, подобно картотеке, которая обычно бывает в библиотеке, где есть списки с указанием автора книги или темы в алфавитном порядке. Но эти файлы, которые простирались от пола до потолка, и казалось, были бесконечны, имели иные названия. Когда я подошла ближе к стене с ящиками, первый ящик, привлекший мое внимание, назывался: "Люди, которые мне нравились". Я открыла его и начала просматривать карточки. Я быстро закрыла его, и была шокирована тем, что узнала все имена, написанные на каждой карточке.
И тут я сразу поняла, где нахожусь.
Безжизненная комната с маленькими ящичками являлась каталоговой системой моей жизни. Здесь были записаны действия моего каждого момента, большие и малые, в такой подробности, что даже в голове не укладывалось. Чувство удивления и любопытства, смешанное с ужасом, перемешивалось во мне по мере того, как я начинала открывать ящики наугад и изучать его содержимое. Некоторые вызывали радость и приятные воспоминания; другие - чувство стыда и сожаления - с такой интенсивностью, что я даже оборачивалась, чтобы убедиться, не подсматривает ли кто. Ящик под названием "Друзья" стоял рядом с ящиком, помеченным как "Друзья, которых я предала". Названия были самые разные: от земных до совершенно странных: "Книги, которые я прочла", "Ложь, которую говорила", "Утешение других", "Шутки, над которыми я смеялась". Некоторые были почти смешными по точности своей формулировки: "То, за что я кричала на своего брата".Читая другие названия, мне было не до смеха: "Поступки, совершенные в момент гнева", "Когда я грубила своим родителям". Я не переставала удивляться содержанию. В некоторых ящиках было даже больше карточек, чем я ожидала. Иногда меньше, чем мне хотелось бы.
Я была поражена таким громадным объемом своей жизни. Возможно ли то, что за свои 25 лет у меня было время написать все эти тысячи, или даже миллионы карточек? Но на каждой карточке была правда. Каждая была написана моим почерком. На каждой стоит моя подпись. Когда я выдвинула ящик с надписью "Песни, которые я слушала", я увидела, что количество карточек было неисчислимо по своему содержанию. Они плотно стояли друг к другу, и им не было конца. Я закрыла ящик, от стыда, не столько из-за жанров музыки, а скорее из-за огромного количества потерянного времени.
Когда я подошла к ящику с названием "Похотливые мысли", по моему телу пробежал холодок. Я выдвинула ящик лишь на сантиметр, не желая смотреть количество карточек, и вытащила одну карточку. Я вздрогнула от такого детального описания. Мне стало дурно от мысли, что такие моменты записываются.
Почти звериная ярость пробудилась во мне. Меня одолевала лишь одна мысль: "Никто никогда не должен видеть эти карточки! Никто не должен заходить в эту комнату! Мне надо уничтожить все это!" В бешенстве я дернула ящик на себя. Размер ящика уже не имел значения. Мне нужно освободить ящик и все сжечь. Но когда я брала его и била об пол, я не могла вытряхнуть ни одной карточки. Я впала в отчаяние и вытащила карточку и обнаружила, что она была крепкой, как железо, когда я хотела ее порвать. Сраженная и абсолютно беспомощная, я поставила ящик на место. Прислонившись лбом к стене, я с сожалением вздохнула.
И тут я увидела это: заголовок - "Время, затраченное на изучение Ислама и чтения Корана". Ручка ящика была ярче, чем все остальные, новее и он был почти не тронут. Я потянула за ручку и маленький ящик, не более 7-ми сантиметров длиной оказался у меня в руках. Там было так мало карточек, что их можно было сосчитать по пальцам. И количество времени, затраченное мной на изучение об Аллахе, понимание Его Таухида, учение правильной исламской Акиды - время, затраченное на все это, было настоль мало, что мне стало стыдно...
И тут я начала плакать навзрыд. Так сильно, что я почувствовала боли в желудке и начала содрогаться. Я упала на колени и продолжала плакать. Я плакала от стыда, от переполняющего меня стыда... Ряды пяти полок кружились перед моими заплаканными глазами. Никто, никогда не должен знать об этой комнате.
Я должна запереть ее и спрятать ключ...