Сыну сказала: "Выхожу на пенсию, с вас пятнадцать тысяч в месяц" – …В общем, я решила: в апреле мне будет шестьдесят,…

Сыну сказала: "Выхожу на пенсию, с вас пятнадцать тысяч в месяц"

– …В общем, я решила: в апреле мне будет шестьдесят, вот доработаю до дня рождения, и уходить буду на пенсию! – рассказывает подруге-соседке во дворе Альбина Владимировна. – Дачей займусь наконец-то! Буду читать, отдыхать, ягоду собирать, грибы солить. Собачку заведу, я давно уже хотела! Маленькую породу какую-нибудь возьму, не лохматую. Буду с ней гулять в парке… Работать уже ни сил, ни желания нет! Да и вообще… Надо уступать дорогу молодым!

– Собачку-то прокормишь ли на пенсию? – вздыхает подруга. – Не знаю, Аля… Меня вот попросили с работы настоятельно, сама бы я не ушла. Планировала работать, пока ноги таскаю. Без зарплаты выживать не очень-то весело, даже без собачки…

– Да проживу как-нибудь! – беспечно машет рукой Альбина Владимировна. – У меня сын есть, в конце концов. Я ему на Новый год так и сказала – готовься, мол! В этом году на пенсию буду уходить, сяду тебе на шею. Иначе не получится, извини, на пенсию не сильно-то проживешь!.. Тыщ пятнадцать в месяц будет мне давать, мне и хватит, я думаю. И на себя, и на собачку…

…У тридцатишестилетнего Ивана, сына Альбины Владимировны, три дочери: младшей шесть лет, старшие – школьницы. Жена Ивана, Зинаида, не работает, занимается детьми. Разница в возрасте между девочками невелика, и постоянно у Зины то совсем крошечный ребенок, то первоклассница, то очередная подготовка к школе…

Только последние годы с детьми стало полегче. Но выходить на работу Зинаида, кажется, и не собирается. Несмотря на то, что у них с мужем ипотека, да и дети уже не младенцы.

– С тремя детьми-то? – смеется она. – Да я даже официально имею право не работать, пока младшей не стукнет четырнадцать… А в этом году у нас снова первый класс!

Зина готовит, моет, убирает, встречает девочек из школы, помогает с уроками, возит на кружки и состоит во всех возможных родительских комитетах.

Между тем, денег у них в семье не так и много – что, собственно, не удивительно при таком количестве едоков. На необходимое хватает, и все. Платят ипотеку, едят, более-менее одеваются – при этом очень часто младшие донашивают одежду старшей, благо, дети однополые. Зина вяжет, шьет, что-то переделывает, комбинирует и выдумывает. Раз в году очень бюджетно выезжают на море, в наш частный сектор. Снимают сараюшку, готовят сами, до моря идут пешком полчаса – в общем, всячески экономят везде, где можно.

И не потому, что жадные, а потому, что денег в обрез.

Никаких, конечно, сбережений на черный день у Зины и Ивана нет. Если что-то и получается отложить, в ближайшее время все уходит на затыкание какой-нибудь очередной дыры. То стиральная машина сломается, то кроссовки дочери внезапно станут малы, то зуб у кого-нибудь заболит. В таких случаях Зинаида тратит скудный НЗ или берет из накоплений, например, на отпуск.

– Слушай, ну сыну на шею садиться как-то не очень! – говорит Альбине Владимировне подруга. – Тем более твоему, многодетному отцу. Откуда он тебе деньги возьмет? Он и так концы с концами еле сводит. Как он вообще отнесся к этой идее?

– Да он-то нормально отнесся! – говорит Альбина Владимировна. – Это невестка, Зина, аж в лице изменилась, когда услышала, что я на пенсию выхожу и прошу помощи. Говорит, Альбина Владимировна, это вы сейчас серьезно, про пятнадцать тысяч в месяц, или пошутили? С какой стати, говорит, мы вам должны помогать? Мы сами еле тянем! Ну, тут надо отдать должное, Ванька мой шикнул на жену-то. Говорит, ну, вообще-то мать нам помогла неплохо в свое время, отдала бабушкину однушку, неужели не помнишь?..

В этой однушке Иван с Зинаидой жили до самого рождения второй дочери, а потом продали ее и взяли в ипотеку нынешнюю квартиру, трешку, которую вряд ли смогли бы себе позволить с нуля.

– А я невестке так и сказала – если бы однушку вам не отдала, могла бы сейчас сдавать ее, и не за пятнадцать тысяч, которые у вас прошу, а за все тридцать, а то и больше. Никакого горя бы не знала! Мне одной этого хватило бы за глаза. Так что, говорю, Зиночка, долги нужно отдавать. Пока могла работать – я работала, ни у кого ничего не просила. Больше уже не могу…

***

Как считаете, садиться на шею к сыну, когда там и так уже четверо – неправильно? Мать должна как-нибудь сама? Видит же, что молодые не шикуют, знает, что у них трое детей. Ну живут же как-то другие пенсионеры, даже с гораздо меньшей пенсией…

Или свекровь права, пусть сын раскошеливается? Она действительно здорово помогла молодым, отдав квартиру. А теперь пришло время просить помощи самой. Имеет право…

А вы что думаете?