Плачу!😭

Читаю(текст причини буде нижче) і плачу!

Не тому, що правда!

А тому, що вчора усвідомила, що втомилася до кінчиків пальців. Моя гіпервідповідальність, емпатія та материнство змішалися в одному флаконі і душать мене😓

Якби не підтримка чоловіка вже давно подружилася б із депресією.🤕

Вчора побачила як моя внутрішня тривога і знервованість передалися Дашуні. Це жесть! Здалося на мить, що можу проявити агресію до своєї дівчинки. Від пружини нервів, накопичених в мені, хотілося її гарно потрусити. Чому? Та лише через те, що манюня не хотіла вдягатися, викручувалася, пищала, і цілу годину ми збиралися на вуличку....

І от коли мої руки були вже на ній, слава Богу, увімкнулося усвідомлення і, немов від вогню я відскочила та розплакалася, дуже! Моя внутрішня дівчинка забилася у вугол найтемнішої кімнати душі і ридала! Взахльоб, розриваючи від болю все на собі! Мені стало страшно, що я можу необдумано, на хвилі емоцій зробити їй боляче

Що відбулося далі? Моя дитина, в якої в силу віку відсутнє самоусвімлення і вона є частиною мене зайшлася в істериці. Господи, як же все пов’язано!

Довелося знову брати себе в руки! Вмить заспокоювати себе та Дарію Сергіївну. Знову мої емоції не знайшли виходу...

Вперше за 1,3 роки розробляю план відпочинку. Самій! Хоч би на 2 години для початку. 🙏🏻

Якщо чесно, хочеться стати страусом та знайти пісок 😂

Я просто відчуваю себе напханою найвзривкішим динамітом для якого достатньо буде іскри.

⁉️Що для вас, мамулічки, є відпочинок? Мені здається, що я вже не знаю що це.

⬇️про таких, як я.

Почему я так устала? Да потому что я мать, вашу мать!

Невидимость материнского труда — признанный (даже исследованиями) факт. Но только современные матери начали заявлять об этом труде, как о чем-то таком, от чего действительно устаешь. Но эти заявления все еще воспринимаются в обществе как нытье. Но ничего, мы в НЭН считаем, что всем матерям можно ныть и жаловаться. Поэтому мы написали вот этот очерк от имени собирательного образа уставшей матери.

Я - бэби-блюз Джека. Я - эмоциональное выгорание Джека. Я - тактильная усталость Джека.

От чего ты устала, если целый день сидела с ребенком дома? Ну, для начала от того, что в реальности я НЕ СИДЕЛА. Я была гнездом, источником тепла, успокоения, еды и питья. Я отрешилась от себя, не в силах понять, почему мое тело вдруг стало не моим, почему превратилось в лежанку, заправочную станцию, уютную комнату, убежище маленькой души? А где я?

А вот она я. Сижу в какой-то неудобной позе, придавленная грузом этой ответственности. Буквально. А вот она - ответственность. Лежит, сопит. Отказывается ложиться в кроватку. Или хотя бы на кровать. А мой телефон почему-то в таком странном отдалении от меня, что я не могу до него дотянуться. И уснуть вместе с ответственностью не могу тоже — живые люди не спят в таких позах.

Впрочем, через некоторое время оказывается, что спят. И телефон, забытый на краю кровати, могут доставать мизинцем левой ноги. Все меняется со временем. И усталость тоже. Поначалу она какая-то незаметная, гормональная, иррациональная, которая сама себя питает, словно в тебя инсталлировали вечный двигатель.

А потом он вдруг начинает давать сбои. И ты понимаешь — ничего вечного в тебе нет. Разве что только вот этот статус матери — куда бы ты ни шла, что бы ты ни делала, ты теперь мать. Будто все, что ты делала и любила до этого, перестало существовать. И есть только мать. Между прошлым и будущим, в котором, конечно, не будет никакого полегче. «Отдыхать от ребенка» — оксюморон материнства.

И внутри то и дело что-то тикает. Что-то вроде маленьких бомбочек, которые засунули в тебя без твоего ведома сразу после того, как родился твой ребенок. Бум — и ты просыпаешься среди ночи, чтобы проверить, как он там. Бум — и ты страшно скучаешь по нему, хотя еще пять минут назад молилась всем богам о том, чтобы он поскорее уснул. Бум — и ты наконец «отдыхаешь» от ребенка, беспрестанно о нем думая. Бум — и тебе кажется, что ничего страшнее 37,5 и быть не может. А оно может. И продолжает мочь. Каждый день выжимая из тебя последнее.

А, нет, не последнее! И всякий раз, когда кажется, что больше не можешь, продолжаешь мочь. И любишь-любишь-любишь. Такой любовью, что в ней иной раз даже себе страшно признаться — есть в ней что-то первобытное, мощное, иногда даже злое. Бурлит в тебе и переливается всеми цветами радуги, подсвечивая иногда вещи, которые не хочется даже вспоминать, не то что чувствовать.

А чувствовать приходится многое. И собирать эти чувства, и помогать их называть, и контейнирировать, и принимать. У тебя тоже есть какие-то чувства, но тебе не хватает сил, чтобы их выражать. Тебе хочется, чтобы хотя бы на день все чувства в мире вообще перестали существовать — чтобы никто не хотел есть, пить, плакать, жаловаться, громко смеяться и трогать-трогать-трогать.

На ручках. Лучшее время. Чтобы осознать его таковым через пару лет, обнаружив себя посреди темной улицы (но не обманывайся, на часах всего 16:00, и помощь прибудет не раньше, чем через два-три часа, убийственные три часа), под снегопадом, увешанной какими-то сумками, утирающей эти горячие слезы, так быстро остывающие на ветру. Это ты плачешь или твой ребенок? И кто бы взял тебя сейчас на ручки!

Но нести нужно не себя. Впрочем, и себя тоже. Нести так, чтобы не упасть и не подвести этого маленького человека. Всегда смотреть вперед и вглубь. Планировать и делегировать. Помнить и не ошибаться. Успевать и не торопить. И не торопиться. И чувствовать счастье. Жизнь становится фоном материнства. Просветы случаются. Разной степени интенсивности. Но суть одна. Вы находитесь здесь. Не забудьте выключить ночник, когда пойдете спать (спать, ха!), потому что кроме вас он больше никого не бесит.

ссылка