— Счастья тебе, Настенька! Если вдруг будешь голодать, приходи, мы всегда поможем, чем сможем, — прослезилась…

— Счастья тебе, Настенька! Если вдруг будешь голодать, приходи, мы всегда поможем, чем сможем, — прослезилась воспитательница интерната.

— Спасибо! Я буду всегда вас помнить, Ольга Владимировна. Постараюсь навещать почаще, — девушка обняла воспитательницу и выбежала за территорию интерната.

Только сейчас, очутившись одна, среди большого города, она почувствовала себя маленькой беззащитной девочкой. Прохожие сновали туда-сюда, не обращая на нее никакого внимания. У Насти появилось ощущение, что она слишком беззащитна в этом большом, хмуром городе.

Взяв себя в руки, девушка перекрестилась, и пошла к троллейбусной остановке. В одной руке сжимала листик с адресом общежития, в котором теперь будет жить. В другой, небольшой чемодан со скромными пожитками.

Дни шли своим чередом... Настя училась в училище на повара, и старалась выжить на ту мизерную стипендию, которую выплачивало государства. Приходилось жить в режиме жёсткой экономии. Девушка мечтала, что после окончания учебы устроится работать в большой ресторан, и первым делом, наестся до отвала...

— Настюха! Хватит все дни и ночи за учебниками проводить! — в комнату забежала весёлая и жизнерадостная Катя, соседка по общежитию. — Сегодня идём в кино! Я уже и билеты купила. Фильм отличный, про любовь!

— Но, я... , — хотела отвертеться Анастасия.

— Никаких но! Идём, и точка! — тоном не терпящим возражения, произнесла Катя.

После сеанса, девушки зашли в кафетерий, выпить кофе гляссе.

— Ох, и потратились сегодня... Целую неделю придется голодать, — опомнилась Настя. — Хотя, фильм классный! Вот бы найти такую любовь, чтобы на всю жизнь...

— Размечталась! Такая любовь только в фильмах бывает! — усмехнулась Катя.

— Девушки, можно возле вас присесть? Мест свободных совсем нет..., — спросил приятный блондин, присаживаясь возле Насти.

— Уже сели. Чего спрашивать? — произнесла растерянно Анастасия, заметно покраснев.

Парень сразу понравился ей. От него веяло надёжностью и добротой. Допив кофе, девушки собрались уходить. Василий поднялся, и вежливо предложил проводить подруг.

— Не маленькие, сами дойдем! — произнесла Катя.

— Ну, что ты! Уже стемнело. Пусть Василий проводит нас. Так спокойнее, — улыбнулась Анастасия, словно зачарованная.

С тех пор, Настя с Васей практически не расставались. Парень проникся к девушке всей душой, и не хотел оставлять ни на минуту. Как оказалось, Василий был тоже сиротой, его воспитывал старенький дядя. Парень жил в селе, недалеко от города.

— Настя, я тут подумал... Выходи за меня! — произнёс парень через несколько дней знакомства. — У меня дом хороший, хозяйство... Чего тебе в этом городе делать? Кому ты здесь нужна?

Не помня себя от счастья, девушка с радостью согласилась. Может потому, что никто и никогда не заботился о ней по настоящему, а может, это действительно была любовь с первого взгляда.

— Настя! Не дури! — пыталась отговорить Катя. — Ты знаешь его несколько дней, и уже готова бросить учёбу, и ехать с ним неизвестно куда и зачем! Ты совсем не знаешь Василия!

— Во-первых, мы едем к нему домой. А во-вторых — Вася замечательный человек. Он добрый, и любит меня! — сияла от счастья девушка.

Так и не вняв советам подруги, Анастасия бросила учебу, и уехала к Василию в деревню. Вскоре молодые люди сыграли скромную свадьбу, и стали заниматься хозяйством.

Первое время, всё шло замечательно. Василий действительно оказался заботливым мужем. После работы помогал Насте по хозяйству. Молодые строили огромные планы на будущее. Иван Леонидович, дядя парня, не мог нарадоваться счастью двух сирот.

Всё изменилось в один миг. После рождения близнецов, Василия как будто подменили. Мужчина стал часто выпивать, был очень раздражительным и злым. Настя очень осунулась, похудела, ведь на ней одной держалось всё хозяйство и младенцы.

— Вася! Что же ты творишь? — вмешался дядя. — Жену превратил в рабыню. Посмотри, на ней же лица нет! Настя долго так не выдержит! Она спит по два часа в сутки, дети морочат, ещё и ты скандалишь каждый день, вместо того, чтобы помочь...

— Молчи, старый! Я сам знаю, как мне жить! А ежели что-то не нравиться, могу тебя в дом престарелых определить! — рявкнул Вася.

— Не смей голос повышать на дядю! — вмешалась женщина. — Как не стыдно, он ведь тебя вырастил, не отдал в детдом!

— Замолчи! Иначе оба будете ночевать в хлеву! — пригрозил супруг.

Анастасия надеялась, что Вася измениться, что у него временное помешательство, что однажды он опомнится, и станет таким как раньше: добрым и заботливым. Но дальше — становилось только хуже.

Однажды, как обычно супруг пришел с работы пьяным. Поужинав, он стал скандалить по поводу того, что в доме не убрано. Настя пыталась оправдаться, объяснить, что у детей зубки режутся, что у неё нет ни минуты покоя.

— Что же ты за хозяйка, что не можешь справиться с детьми и хозяйством? — орал Вася. Потом развернувшись, перевернул обеденный стол с посудой. — Быстро убрать! — приказал супруге.

От сильного шума, проснулись дети, которых Настя еле уложила. Естественно, мальчишки стали плакать, требуя внимания.

— Да что же это такое?! — взревел мужчина. — В собственном доме нет покоя! Значит так, поживешь пока в хлеву, с коровой и свиньями! Может придешь в себя, и станешь такой как раньше! В данный момент, ты мне противна! — кричал Василий, волоча супругу в сарай.

— Что ты делаешь? У нее ведь дети! — вступился Иван Леонидович.

— Молчи! Разве не видишь, никудышная с неё мать! Не может справиться с детьми. Завтра с утра отвезу их в дом малютки. Пусть чужие люди растят, если родная мать не может. А потом... займусь её воспитанием!

Закрыв жену в сарае, Василий наконец-то улёгся и захрапел. Старик качал младенцев в люльке, боялся разбудить племянника тирана. Вытащив у него ключи, пошел спасать Настю.

— Выходи, дочка! Он спит! — произнес тихо старик.

Настя сидела в углу, и заливалась горькими слезами. Молодая женщина была в отчаянии, не знала куда бежать, у кого просить помощи...

— Настя... Я тут подумал... Бежать тебе нужно от него. Не даст он тебе жизни. Весь в отца своего покойного, тот таким же извергом был, всю жизнь издевался над матерью Василия, пока не свёл беднягу в могилу. Боюсь, тебя ждёт та же участь.

— Куда же мне деться с двумя детьми? Я сыновей не оставлю! У меня ведь нет никого..., — рыдала Анастасия, понимая, что старик прав.

— Есть у меня кое-какие сбережения. На первое время вам вполне хватит. Только уезжай подальше, в другой город. Он ее успокоится, искать будет. Тогда нам обоим не поздоровится..., — произнес старик.

Настя поняла, что он прав. Что нужно бежать прямо сейчас, ведь не известно, что произойдет утром, когда Василий проснется.

***

Наспех одев сыновей, Анастасия обняла Ивана Леонидовича пытаясь скрыть слёзы. На сердце было очень тяжело, они оба понимали, что вряд-ли свидятся когда нибудь...

— Счастья тебе, дочка! — тихо прошептал старик. — Ты светлый человек. Я уверен, что всё у тебя в жизни будет хорошо. Береги деток...

— Спасибо за все! — Настя обняла Ивана Леонидовича, бросила взгляд на спящего мужа, и взяв детей на руки, вышла из дома.

Близился рассвет. Женщина надеялась поймать попутку к городу. С близнецами на руках ей не уйти далеко. Василий сразу же бросится в погоню, как только заметит пропажу супруги с детьми.

К счастью, на пустынной дороге показался грузовик с надписью «Хлеб». Сонный водитель резко притормозил увидев женщину с двумя младенцами на руках.

— Куда собралась в такую рань, красавица? — крикнул через окно. — Одна, с такой ношей...

— В город срочно нужно! Дети заболели! — соврала молодая женщина.

— Сейчас, помогу! — произнес водитель, выходя из машины.

После того, как грузовик отъехал на достаточно большое расстояние от села, Настя вздохнула с облегчением. Женщина решила ехать к Ольге Владимировне. Бывшая воспитательница, была единственным близким человеком в городе.

— Тебе к детской больнице? — спросил водитель.

— Если можно, подвезите меня к интернату, — попросила она.

— Детей хочешь отдать? — вытаращился мужчина.

— Нет, — засмеялась Настя. — С близким человеком необходимо увидеться.

К большому разочарованию Насти, Ольги Владимировны не оказалось на работе. По словам дежурной, женщина уволилась полгода назад, и уехала жить к матери в Сибирь.

Добравшись до вокзала, женщина купила билет на ближайший поезд. Только после того, как поезд тронулся, Настя почувствовала себя в полной безопасности.

«Прощай, Василий... Надеюсь, больше мы не встретимся», — прошептала женщина, глядя в окошко оставшемуся за спиной городу.

Покормив и переодев сыновей, Настя с малышами уснула. Впервые за долгие месяцы, она спала спокойно и крепко. Хоть впереди и была полная неопределенность, но женщина верила, что сумеет выстоять. Тех денег которые дал Иван Владимирович, хватит на долго. По приезду на новое место, Настя планировала снять квартиру на пару лет, а дальше, будет видно.

Проснувшись утром, Настя с ужасом обнаружила, что у неё украли сумку в которой были документы и деньги. Сразу же бросилась к проводнику, но тот, только руками развёл. Мол, что же вы ценные вещи на виду оставляете. Не дома ведь!

— Что же мне делать? — плакала женщина. — Нужно срочно обыскать пассажиров, вор где-то среди них, ведь с ночи поезд остановок не делал!

— Я доложу начальнику поезда, а он сообщит в милицию. Не кричи и успокой детей. Крик подняли на весь вагон! — отмахнулся проводник.

Больше всего Насте хотелось проснуться, и понять, что всё это всего лишь дурной сон. Она не представляла, что будет делать с двумя младенцами, в чужом городе и без денег...

Выйдя на пустынный перрон, женщина хотела пойти в милицию, попросить защиты и помощи. Но поняв, что ей уже никто не в силах помочь, решила найти ближайшую больницу.

Было ранее утро. Одинокий прохожий объяснил женщине как пройти к приемному покою. «Только бы близнецы не проснулись», — шептала она.

Анастасия вошла в пустынный холл больницы. Как она и предполагала, вокруг никого не было. Оглянувшись по сторонам словно воришка, поцеловала детей. Положив их на журнальный столик, побежала к выходу. В этот момент раздался плач ребенка.

Закрыв уши руками, она бежала как ненормальная, без передышки и оглядки. Сердце рвалось на части от боли и безысходности. Хотелось выть от бессилия. Больше всего, Настя хотела, чтобы это всё поскорее закончилась.

«Простите меня, мои милые... Простите, если сможете. У меня не было другого выхода», — прошептала в отчаянии женщина.

Анастасия не знала, куда идти и что дальше делать. Без денег и документов, без единого близкого человека на земле. В какой-то момент, она горько пожалела о том, что бежала от мужа-тирана. Но обратного пути не было. Что сделано, то сделано...

***

Настя стояла у зеркала, примеряла свадебную фату. Женщина боролась с двояким чувством. С одной стороны, она была счастлива тому, что встретила Виталия, и сегодня у молодых людей свадьба. С другой — она так и не смогла признаться, что у неё двое детей, которых она подбросила в больницу, полгода назад...

Анастасия понимала, что давно должна была поведать правду, но не могла рассказать. Боялась потерять любимого человека.

— Детка моя! Я так рада за вас! — в комнату вошла Светлана Федоровна, мать жениха. — Кто бы мог подумать, что несколько месяцев назад, сын привел в дом не затравленную девушку, а свою судьбу!

— Я тоже очень рада! До этого не понимала, что значит любить по настоящему и быть любимой, — улыбнулась Анастасия.

— Какая же ты у меня красавица! — в комнату вошёл Виталик, расплывшись в счастливой улыбке.

— Сынок! Выйди! Нельзя невесту видеть в фате до свадьбы! Примета плохая! — вскрикнула мать.

— Не будьте занудами! — засмеялся парень. — Какие приметы? Завтра мы с Настей поженимся, и всё у нас будет хорошо!

В ту ночь Анастасия не могла сомкнуть глаз. Тяжёлые мысли одолевали молодую женщину. Она понимала, что не имеет права обманывать Виталика и Светлану Фёдоровну. Эти люди дали ей всё: приют, заботу, любовь...

Рано утром Настя вышла из комнаты, и отправилась на кухню. Виталик с матерью пили кофе, обсуждая сегодняшнее торжество.

— Доброе утро! — серьезно произнесла Настя.

— Здравствуй, солнышко! Ты почему так рано встала? — Виталик подбежал к невесте. — Волнуешься перед росписью? Не стоит! Это обычная формальность, не более...

— Виталик, Светлана Федоровна, мне нужно вам кое в чём признаться. Я понимаю, что должна была сказать это сразу, ещё в первый день нашего знакомства...

— Дочка, что случилось? Не пугай нас! — встревожилась Светлана Федоровна.

— У меня есть дети... Двое мальчишек близнецов. Вчера им был годик..., — женщина опустила голову, понимая, что это конец.

Виталик нахмурился, и молча смотрел на Анастасию. Он не ожидал такого сюрприза от невесты. Парня пугало не наличие детей у женщины, а то, что она полгода обманывала их с матерью. Сейчас он уже сомневался, в её чувствах к нему. Не может быть доверия к человеку, который начинает отношения с обмана...

— Настя! Почему ты молчала всё это время? Где же твои дети? Ты оставила из с бывшим мужем: пьяницей и тираном? — недоумевала Светлана Федоровна.

— Нет. Я подбросила их в городскую больницу, как только сошла с поезда. Оставила, и пошла на мост... Именно там меня увидел Виталик, и остановил от рокового шага.

Виталик молча допил кофе, и стал собираться. Он был под впечатлением. Парень помнит тот случай с близнецами, помнит, как искали горе-мать всем отделением. Искали... А она в это время находилась в его доме...

.

— Мать! Отмени свадьбу! Обзвони пожалуйста гостей, — произнес безжизненным голосом. — Я пока у деда поживу.

Светлана Федоровна присела на стул. Женщина была ошарашена происходящем, и не понимала, что делать дальше. Она знала, что Виталик очень любил Настю, любил по настоящему.

— Что же ты наделала? Почему сразу не рассказала?..— обратилась к Насте.

— Светлана Федоровна! Умоляю, не держите на меня в зла! Да, я виновата, но к сожалению уже ничего исправить нельзя, — заплакала женщина, опускаясь на колени. — Я сегодня же уйду, только прошу, не держите зла.

— Куда ты пойдешь? Снова на улицу? Нам следует успокоится всем, и не пороть горячку, иначе наделаем много глупостей! Сейчас Виталик успокоится, потом всё обсудим. Скажи, ты не хочешь увидеть детей, совсем за ними не скучаешь?

— Хочу. Они мне сняться каждую ночь. Постоянно стоят перед глазами. Мне почему-то кажется, что им очень плохо! — рыдала Анастасия.

— Сейчас позавтракаем, и сходим в больницу. Выясним всё, — решительно произнесла Светлана Федоровна.

***

Прошло три месяца. Анастасия с малышами сидела в цветущем саду. У стола хлопотала Светлана Федоровна, разливая свой фирменный чай.

— Ой, я не могу! Какие же они потешные! — смеялась женщина. — Похожи как две капли воды, а характеры разные... Петенька серьезный и спокойный, а Серёжа наоборот, весёлый непоседа!

— Я тоже заметила, что они полностью разные, — улыбнулась Анастасия. — Виталик не звонил?

— Нет... Не звонит, не приходит... Обижен очень. Он у меня слишком честный и справедливый, на дух не переносит лжи, — тяжело вздохнула Светлана Федоровна. — Хорошо, хоть с детьми помог. Без его помощи, нам бы не скоро их отдали.

— Я много думала... Нам с детьми нужно уйти. Это не нормально, что из-за меня Виталик ушел из дома. Я же вижу, как вам плохо без сына... Я всё обдумала. Устроюсь нянечкой в круглосуточный садик, и детей определю туда. Будет у меня и работа, и крыша над головой.

— Нет, Настя! Это не выход. Прости, но я против. Мне кажется, что я имею право на свое мнение, ты мне практически как дочь!

В этот момент, во двор зашёл Виталик. В одной руке держал два плюшевых зайца, в другой торт и два букета цветов. Один для матери, второй для Насти...

— Сынок! А мы как знали, только самовар вскипятили! Проходи! — сияла от радости мать.

Виталик вручил мальчишкам игрушки, женщинам цветы, и улыбнулся.