Домой я приехала без ребенка и живота, держа его конвертик в руках. В роддоме я сбросила наверное 15…

Домой я приехала без ребенка и живота, держа его конвертик в руках. В роддоме я сбросила наверное 15 кг сразу. Меня все уговаривали хотя бы есть, недоношенному ребенку важно получить молоко. Дома я удалилась из соцсетей и не отвечала на звонки. В больницу муж меня привозил к 8 утра и забирал в 6 вечера. В палате нас было 7 человек и мы сидели у маленьких кроваток или даже не знаю как их назвать на стульчиках целый день. Каждое утро взвешивали, протирали глазки , ставили лампы от желтушки и бесконечно сцеживали молоко итд. Вокруг были одни слезы мам и боль. Я молилась, а врачи писали диагнозы на 3х листах. Но самое страшное осознание пришло наверное через неделю, что мой ребенок скорее всего будет особенный и в этом виновата я, я недосмотрела чего то, какая я после этого женщина если не смогла выносить нормально ребенка и я не достойна жить вообще. Приходя из больницы я рыдала и затыкала рот чтоб не стонать и не орать от душевной боли. По ночам мне снился плачь ребенка и я просыпалась, а его не было рядом. Я не могла смотреть на детские вещи и даже ходить по магазинам в которые ходила с животом. Муж все переносил легче и говортл, чтоб я не парилась, все обойдется. По узи были проблемы с мозгом. Жизнь рухнула