Или что происходит, когда в паре тревожный (тревожный тип привязанности) и изолированный (изолированный тип привязанности).
— Допустим, она просит его купить молоко, какое-то определенное. Он забыл, какое, или не было такого — купил другое, приносит ей. Она – тревожная. Пришел любимый человек, которого она просила позаботиться о ней, ответить на ее потребность, и принес НЕ ТО. И для нее это история не про молоко вообще. Для нее это история про то, что ее потребности опять оказались неважны. Про то, что ее не любят, что на нее плевать хотели. И как вся ее предыдущая жизнь перед ней доказательство, что любить ее невозможно, что ее никто никогда не поймет. Она проваливается в панику привязанности. Для нее история про не то молоко становится историей отвержения и одиночества.
Дальше она реагирует в силу своего темперамента.
А что понял он? Он понял, что им недовольны, что он не соответствует ожиданиям, что он не смог удовлетворить потребности любимого человека. Он ей притащил мамонта, а она говорит: фу, это разве мамонт, это какая-то фигня. Причем он старался, он даже не забыл про молоко, только забыл, какое. И он не видит в этом проблемы. Сначала у него оторопь, потом он начинает внутри себя приводить аргументы, почему она не права. Молча, потому что он изолированный, он привык все держать в себе. И у него этот процесс какое-то время длится. В это время тревожная громко стучит на кухне тарелками, возмущенно моя посуду. Ей уже плевать на молоко, она начинает плохо себя чувствовать из-за того, что они поругались. Она не переносит дистанции, для нее это мучительно. Он закрылся и ушел в свою комнату, за компьютером сидеть — для него это привычно, он так все детство просидел. А ей плохо уже не от того, что он не то молоко принес, а от того, что она опять одна. И она ждет, что он, наконец, придет мириться, а он не идет, у него процесс только еще разворачивается, он еще только дошел до седьмого аргумента, впереди еще двадцать восемь. С этого момента она злится на него за то, что он, сволочь, не идет мириться — потому что не любит, ежу понятно.
Через некоторое время терпение у нее заканчивается — у тревожных никогда нет терпения – она идет сама и говорит что-нибудь типа «иди ешь», нейтральным голосом, как будто ничего не было. А он как раз до девятнадцатого аргумента дошел, у него уже инерция набралась, его так легко не остановишь. Он отвечает что-то неласковое: «Ешь сама, спасибо не надо». Она еще больше проваливается в панику привязанности, потому что она-то пошла мириться, предъявила свою уязвимость, а он отверг — точно не любит.
Через какое-то время он перечислит все аргументы и начнет остывать. Три часа игры в компьютер, и ему тоже надоедает дуться. Он уже тоже соскучился, ему хочется контакта, хочется помириться, мирно попить чай. Он идет к ней. А она за это время дошла до крайних степеней паники привязанности. Уже не из-за молока, к этому моменту здравый смысл к ней вернулся, она уже понимает, что молоко неважно. А вот когда к нему любимая жена пришла мириться, а он буркнул и с тех пор еще полтора часа играет в свой гребаный компьютер... И вообще, ему было бы лучше, если бы она исчезла из его жизни, он бы со своим компьютером остался, и ему было бы хорошо. У нее нарастает паника, она все это время в нее погружается, и тут он такой появляется и говорит: давай чай попьем...
Дальше как повезет.
Это повторяется раз за разом, накапливается память, накапливаются обидные слова и мысли, опыт непонятости и отвержения. В эмоциях люди делают всякие нехорошие вещи. Каждое такое деяние делает все более сложным примирение, подкрепляет панику привязанности, все сокращаются светлые промежутки. И так изначально любящие пары иногда доходят до развода.
По мотивам лекции Людмилы Петрановской «От конфликтов к принятию: учиться быть вместе»
взаимоотношения в семье такая тонкая штука, часто стала задумываться, что могу обидеть словом, еще и специально уколоть по больнее😔 и самп могу обидеться из-за того же неверно купленного продукта причём до слез, вот так же как написано, все в клубок соберу и ною, что меня никто не понимает 😅
Бывает подобная хрень😂у мужа, я сразу говорю где накосячил и что сто меня бесит, он обижается и не ест дома 3 дня.... Меня это дико накаляет. Ходит голодный, либо на работе жрет анакомы.... Пока не признает что ну реально ж не прав. Но у нас нет такого, просить прощения, есть "да я был/была не права". Я не иду мирится первая, потому что я не ругаюсь, я еще на берегу объяснила свою позицию... Мне не нравится я иду об этом говорить и выйти на результат, а не вот эти бессмысленные ругачки, биение посуды, обидульки... Но муж хочет биение посуды... Вот ждёт, надеется и верит что доведет меня до этого..... Наивный албанец😂🤦♀️
не у всех есть достаточно ресурса и осознанности, чтобы выяснять все вопросы сразу. Да и выяснять сразу тоже можно по-разному🙈 и не факт, что все возможные варианты такого выяснения будут экологичны и приемлемы для обоих партнеров🤷🏼♀️
Я не знаю к какому типу женщин я отношусь, может @kitulya, сможет сказать )))? Но, невнимательность и аргументы какого-то уровня, обиды и т.п не приемлемы в нашей семье. Я не позволю сама обидеть мужа, детей и они в свою очередь так же. Я чётко знаю как угодить мужу, все его вкусы и предпочтения, и он. Я не смогла бы жить с несамостоятельным мужчиной, с тем который может обижаться и забить в этот момент на всех. Мое доверие мужу должно быть как себе, даже выше, знать, что некоторые вещи он сделает лучше чем я!!! Наша семья, наш дом - это все, остальное где-то там!!! И не приходится быть в тонусе, это просто делается с любовью и в кайф!!!
если нет травмы привязанности, то и говорить не о чем🤷🏼♀️ но хотела бы я посмотреть на того человека, у которого ее нет😜 в этом отрезке лекции шёл разговор о двух конкретных типах травмированных людей. Если б это были бы, к примеру, изолированный и изолированный, то они в этой ситуации вели бы себя совершенно по-другому, тревожный и тревожный по третьему. И таких вариантов «подбора» людей в супружеские пары весьма велик. Тут написано только про один из возможных вариантов
@kitulya, неее, без мужа я не могу ))))), в эти разы по 10 дн страдала.
В этот раз в начале месяца уезжал, я понятия не имела сколько вещей надо сделать, уже столько лет я этого не касаюсь... а оказывается есть коммунальные платежи, куда ехать, где платить?? И на телефоне оказывается у меня деньги кончаются.... я не говорю уже о походе в магазин, где надо все самой сгрузить, а потом ещё и домой затащить. Машину съездить помыть. Да и многое другое.
Короче я привязана ))), ещё как привязана )))), может только не травмирована )))
КАК РАЗВОДЯТСЯ ИЗ-ЗА ПАЧКИ МОЛОКА Или что происходит, когда в паре тревожный (тревожный тип привязанности) и изолированный (изолированный тип привязанности). — Допустим, она просит его купить молоко, какое-то определенное. Он забыл, какое, или не было такого — купил другое, приносит ей. Она – тревожная. Пришел любимый человек, которого она просила позаботиться о ней, ответить на ее потребность, и принес НЕ ТО. И для нее это история не про молоко вообще. Для нее это история про то, что ее потребности опять оказались неважны. Про то, что ее не любят, что на нее плевать хотели. И как вся ее предыдущая жизнь перед ней доказательство, что любить ее невозможно, что ее никто никогда не поймет. Она проваливается в панику привязанности. Для нее история про не то молоко становится историей отвержения и одиночества. Дальше она реагирует в силу своего темперамента. А что понял он? Он понял, что им недовольны, что он не соответствует ожиданиям, что он не смог удовлетворить потребности любимого человека. Он ей притащил мамонта, а она говорит: фу, это разве мамонт, это какая-то фигня. Причем он старался, он даже не забыл про молоко, только забыл, какое. И он не видит в этом проблемы. Сначала у него оторопь, потом он начинает внутри себя приводить аргументы, почему она не права. Молча, потому что он изолированный, он привык все держать в себе. И у него этот процесс какое-то время длится. В это время тревожная громко стучит на кухне тарелками, возмущенно моя посуду. Ей уже плевать на молоко, она начинает плохо себя чувствовать из-за того, что они поругались. Она не переносит дистанции, для нее это мучительно. Он закрылся и ушел в свою комнату, за компьютером сидеть — для него это привычно, он так все детство просидел. А ей плохо уже не от того, что он не то молоко принес, а от того, что она опять одна. И она ждет, что он, наконец, придет мириться, а он не идет, у него процесс только еще разворачивается, он еще только дошел до седьмого аргумента, впереди еще двадцать восемь. С этого момента она злится на него за то, что он, сволочь, не идет мириться — потому что не любит, ежу понятно. Через некоторое время терпение у нее заканчивается — у тревожных никогда нет терпения – она идет сама и говорит что-нибудь типа «иди ешь», нейтральным голосом, как будто ничего не было. А он как раз до девятнадцатого аргумента дошел, у него уже инерция набралась, его так легко не остановишь. Он отвечает что-то неласковое: «Ешь сама, спасибо не надо». Она еще больше проваливается в панику привязанности, потому что она-то пошла мириться, предъявила свою уязвимость, а он отверг — точно не любит. Через какое-то время он перечислит все аргументы и начнет остывать. Три часа игры в компьютер, и ему тоже надоедает дуться. Он уже тоже соскучился, ему хочется контакта, хочется помириться, мирно попить чай. Он идет к ней. А она за это время дошла до крайних степеней паники привязанности. Уже не из-за молока, к этому моменту здравый смысл к ней вернулся, она уже понимает, что молоко неважно. А вот когда к нему любимая жена пришла мириться, а он буркнул и с тех пор еще полтора часа играет в свой гребаный компьютер... И вообще, ему было бы лучше, если бы она исчезла из его жизни, он бы со своим компьютером остался, и ему было бы хорошо. У нее нарастает паника, она все это время в нее погружается, и тут он такой появляется и говорит: давай чай попьем... Дальше как повезет. Это повторяется раз за разом, накапливается память, накапливаются обидные слова и мысли, опыт непонятости и отвержения. В эмоциях люди делают всякие нехорошие вещи. Каждое такое деяние делает все более сложным примирение, подкрепляет панику привязанности, все сокращаются светлые промежутки. И так изначально любящие пары иногда доходят до развода. По мотивам лекции Людмилы Петрановской «От конфликтов к принятию: учиться быть вместе»
Девчонки, есть здесь те, кто привился во время беременности? Или подружки-родственники? Что вами (ими) двигало? Какие аргументы были решающими? Я вот уже с неделю колеблюсь. У меня есть подруга, которая работает в больнице в ковидном отделении, и она рассказывает свои истории. Чем больше слушаю, тем страшнее заболеть. Если бы не была беременна, уже бы точно привилась. Вот эти случаи с умершими роженицами, про которые рассказывают, вообще ужас навевают. И то, что при заболевании дети рождаются путём кс на том сроке, когда начинаются осложнения, вообще 🤯 если это, не дай бог, 30-32 недели... в общем, и страшно от историй, и страшно от того, что хз, как эта вакцина на плод влияет.
Как люди разводятся из-за пачки молока Как разводятся из-за пачки молока или что происходит, когда в паре тревожный (тревожный тип привязанности) и изолированный (изолированный тип привязанности)… Допустим, она просит его купить молоко, какое-то определенное. Он забыл, какое, или не было такого — купил другое, приносит ей. Она — тревожная. Пришел любимый человек, которого она просила позаботиться о ней, ответить на ее потребность, и принес НЕ ТО. И для нее это история не про молоко вообще. Для нее это история про то, что ее потребности опять оказались неважны. Это история про то, что ЕЁ не любят, что на нее плевать хотели. И как вся ее предыдущая жизнь перед ней доказательство, что любить ее невозможно, что ее никто никогда не поймет. Она проваливается в панику привязанности. Для нее история про не то молоко становится историей отвержения и одиночества. Дальше она реагирует в силу своего темперамента. А что понял он? Он понял, что им недовольны, что он не соответствует ожиданиям, что он не смог удовлетворить потребности любимого человека. Он ей притащил мамонта, а она говорит: фу, это разве мамонт, это какая-то фигня. Причем он старался, он даже не забыл про молоко, только забыл, какое. И он не видит в этом проблемы. Сначала у него оторопь, потом он начинает внутри себя приводить аргументы, почему она не права. Молча, потому что он изолированный, он привык все держать в себе. И у него этот процесс какое-то время длится. В это время тревожная громко стучит на кухне тарелками, возмущенно моя посуду. Ей уже плевать на молоко, она начинает плохо себя чувствовать из-за того, что они поругались. Она не переносит дистанции, для нее это мучительно. Он закрылся и ушел в свою комнату, за компьютером сидеть — для него это привычно, он так все детство просидел. А ей плохо уже не от того, что он не то молоко принес, а от того, что она опять одна. И она ждет, что он, наконец, придет мириться, а он не идет, у него процесс только еще разворачивается, он еще только дошел до седьмого аргумента, впереди еще двадцать восемь. С этого момента она злится на него за то, что он, сволочь, не идет мириться — потому что не любит, ежу понятно. Через некоторое время терпение у нее заканчивается — у тревожных никогда нет терпения — она идет сама и говорит что-нибудь типа «иди ешь», нейтральным голосом, как будто ничего не было. А он как раз до девятнадцатого аргумента дошел, у него уже инерция набралась, его так легко не остановишь. Он отвечает что-то неласковое: «Ешь сама, спасибо не надо». Она еще больше проваливается в панику привязанности, потому что она-то пошла мириться, предъявила свою уязвимость, а он отверг — точно не любит. Через какое-то время он перечислит все аргументы и начнет остывать. Три часа игры в компьютер, и ему тоже надоедает дуться. Он уже тоже соскучился, ему хочется контакта, хочется помириться, мирно попить чай. Он идет к ней. А она за это время дошла до крайних степеней паники привязанности. Уже не из-за молока, к этому моменту здравый смысл к ней вернулся, она уже понимает, что молоко неважно. А вот когда к нему любимая жена пришла мириться, а он буркнул и с тех пор еще полтора часа играет в свой гребаный компьютер… И вообще, ему было бы лучше, если бы она исчезла из его жизни, он бы со своим компьютером остался, и ему было бы хорошо. У нее нарастает паника, она все это время в нее погружается, и тут он такой появляется и говорит: давай чай попьем… Дальше как повезет. Это повторяется раз за разом, накапливается память, накапливаются обидные слова и мысли, опыт непонятности и отвержения. В эмоциях люди делают всякие нехорошие вещи. Каждое такое деяние делает все более сложным примирение, подкрепляет панику привязанности, все сокращаются светлые промежутки. И так изначально любящие пары иногда доходят до развода. Текст #Людмила_Петрановская
А знаете, что меня больше всего убивает в аргументах бить / не бить? Эти рассказы о не управляемых детях и возгласы "что из них вырастет тогда?" Ептвоюмать. Люди вырастут. Люди. Нормальные такие, уравновешенные. И сын твоей подруги, которая не орёт и не лупит его, не смотря на его блевотное поведение - это не о принятии и привязанности. Это о вседозволенности. Почему эти дамы с Стокгольмским синдромом все время путают вседозволенность и привязанность? Бесит, аж не могу.
Алена Потапова·
Мама дочки (1 год)
Прям про нас с мужем 👌