Лешку увезли. Мы с Мариной сидели друг напротив друга.

- Как Эдуарду рассказать? Я не решусь, - женщина заплакала.

- И я. Но следователь точно это сделает. И будет только хуже.

- Что делать? Мне идти все же?

Я не успела ответить, в коридоре послышались шаги, и в комнате появился Матвей. Он взглянул на меня, его глаза стреляли молнии.  Я не к месту подумала, ну до чего ж он хорош, а потом стало стыдно за свои подозрения в его адрес. Сейчас все ночные страхи казались такой глупостью. Марина напряжения между нами не заметила:

- Ох, Матвей! Хорошо, что ты пришел. У нас тут такое случилось!

Женщина заплакала, а Матвей уселся рядом с нами:

- Рассказывайте.

Я быстро и тихо всё объяснила ему. Он выслушал, немного подумал и заговорил:

- Рассказать Эдуарду надо. Марина, это сделаешь ты. Вы, считай полжизни вместе. А Саша, - он недовольно взглянул на меня, - пусть сразу вызовет врача. Уверен, он ему понадобится.

Мы рассредоточились по дому. Марина поднялась к Эдуарду, я позвонила в частную скорую. Матвей на это время куда-то исчез. Минут через десять приехали врачи. Мы прошли в гостиную, и тут со второго этажа послышался протяжный вой. По телу забегали мурашки, точно также Эдуард рыдал над телом Сони. Я махнула врачам, и они быстро поднялись наверх. От рассказа Марины, мужчину снова хватил приступ. В конечном итоге, Эдуарда в прединсультном состоянии госпитализировали. Марина отправилась с ним, поручив мне выключить электричество и закрыть дом. Я осталась одна, Матвея нигде не было.

- Матвей, - мой голос эхом раздался в этом огромном доме, - Матвей, Матвей, Матвей.

Стало жутко. А еще тревожно от того, что его нет рядом. Быстро выключив свет в комнатах, еще раз убедилась, что нахожусь здесь одна. Я закрыла дом, ворота и поехала в квартиру к Матвею.

Дорога длилась бесконечно долго. Два этажа остались за плечами, и я нервно постучала в дверь. Только бы он был дома. Но мне никто не открыл. Постучав несколько раз, я застонала от безысходности и съехала спиной по входной двери.  Он ведь просил меня больше никогда не врать. А я снова предала его и сбежала прошлой ночью. Слезы выступили на глазах. От нервов тряслись руки.

Вдруг щелкнул замок с внутренней стороны. Я вскочила, вытерла глаза.

Дверь открылась, Матвей стоял, оперевшись на косяк.

- Что, не нравится, когда я исчезаю?

- Нет.

- Вот и мне так же гадко, когда сбегаешь ты.

- Прости, - я опустила голову. Впервые мне не захотелось ему перечить.

-Я чуть с ума не сошел, ты это понимаешь? Телефон выключен, нигде тебя нет. Что мне надо было думать?

- Прости, - как эхо повторила я.

- Почему ты сама отправилась в другой город? Почему не рассказала все мне.

- Понимаешь, когда вы уехали на похороны Анны, Марина мне рассказала, как они сына оставили в роддоме. Потом ты упомянул, что рос в детском доме. И я решила, - договорить оказалось трудно, Матвей мне помог.

- Что я тот самый брошенный сын и убил твою подругу?

- Да.

- Зашибись. Я тут ношусь с ней, играю в детектива, людей обманываю, в лепешку расшибаюсь, дабы только угодить. И вот она благодарность.

На глазах выступили слезы.

- Запомни, Саша, это был твой последний побег. Еще раз, и можешь забыть обо мне. Никаких причин, отговорок не приму. Уходя уходи.

- Хорошо.

Он отлепился от стены, пропуская меня в квартиру.

- Не могу смотреть, как ты плачешь. Успокойся и прими душ, я пока приготовлю ужин.

Матвей стоял у стола и что-то мешал в тарелке. В легкой футболке, домашних шортах и тапках. Сейчас он казался таким уютным, и не верилось , что этот мужчина принадлежит мне. Я подошла и обняла его со спины:

- Так соскучилась, будто не виделись целую вечность.

- Ты заставила меня переживать. Я решил, что ты не вернешься. Представил жизнь без тебя, и знаешь, оказывается я не готов к этому.

Его слова заставили сердце сжаться.

- Я люблю тебя, - сама не понимаю как эти слова слетели с губ. Матвей прекратил готовить и  напрягся, а мне захотелось повторить, - я люблю тебя.

Он отставил чашку и повернулся ко мне. Заглянул в глаза, стало жарко. Тело Матвея тоже горело, он наклонился и поцеловал меня. Приготовление ужина мы отложили на потом.

Ближе к ночи позвонила Марина. Эдуард находился в реанимации. Состояние стабильно тяжелое.

- Так жаль его. Еще месяц назад он мог похвастаться отменным здоровьем. А сейчас остался один и еле живой.

- А мне не жаль, - пожал плечами Матвей, - сам свою судьбу выбрал. Когда у него деньги появились, он ведь даже не пытался сына найти. Не захотел узнать, жив он или мертв.

- Ты прав. Но я пока не осознала произошедшее. И думать об этом не готова.

Матвей улыбнулся и погладил меня по голове:

- Отдохни, девочка.

Я последовала его совету и , свернувшись клубочком рядом с ним, уснула.

Открыла глаза я уже утром. Матвей сопел рядом. Я отправилась в ванную, а затем на кухню готовить завтрак. Мои кулинарные способности оставляли желать лучшего. Поэтому я ограничилась тостами и вареными яйцами.

- Шикарная картина, - Матвей застыл в пороге и наблюдал за мной, - всю жизнь мечтал, чтоб такая красотка готовила мне завтраки по утрам.

- Ну это вряд ли можно назвать словом "готовила", - фыркнула я.

Матвей не выдержал, подошел и поднял меня на руки. Я закинула ноги ему за спину.

- Ничего. Можно вообще обойтись без еды. Позавтракаю тобой.

Он легонько укусил меня за плечо. Затем поцеловал шею. Стало щекотно,  я захихикала и укусила его в ответ. Матвей тихонько зарычал и отнес меня в кровать. Через некоторое время мы все же добрались до уже остывших тостов. Ели их прямо в кровати, запивая кофе.

- Это все конечно хорошо, но жутко хочется мяса, - сказал Матвей.

- Я бы тоже не отказалась.

- Нужно выбраться на природу и пожарить шашлык.

- Отличная идея. Уверена, он у тебя получается, что надо.

- С чего это ты взяла? - прищурился Матвей.

- Просто у тебя все выходит как надо.

-Например? - он отставил тарелку и игриво улыбнулся. Я поняла, к чему клонит мой собеседник, но решила немного позабавиться.

- Например, машину водишь классно.

- И всего-то? - в его глазах заплясали такие знакомые чертики. Он одной рукой откинул меня на подушки, а сам устроился сверху, жарко целуя в шею.

- Невозможно так любить, - простонала я и ответила на его поцелуи.

Матвей вышел из душа. Я до сих пор лежала в кровати обнаженная и приходила в себя от недавно закончившейся страсти.

-Саша, что ты со мной делаешь? - простонал Матвей, - оденься. Или я за себя не отвечаю.

Я вскочила с кровати, поцеловала Матвея в нос и скрылась в ванной.

К вечеру, наконец, удалось попасть к Валентине. В связи с последними событиями, я совсем забыла о ней и Митьке. Женщина звонила несколько раз за это время, но я, естественно, ответить не могла. Теперь мучала совесть. Матвей вызвался меня отвезти, я пригласила его зайти со мной. Надеялась, Валентина не будет против.

Женщина открыла дверь почти сразу и приятно удивилась:

- Александра, здравствуйте! Только собиралась вам звонить. Тут такое творится! Заходите!

- Я не одна, - головой  кивнула ей в сторону Матвея

- Ничего страшного, - Валентина предложила нам тапки. В ее большой квартире было чистенько и уютно. Женщина проводила меня в кухню, - чай?

- Если можно, лучше кофе.

- Конечно, - Валентина засуетилась, - я кекс как раз испекла. Никак не привыкну, что Митька в тюрьме. Все жду его с учебы.

- Ничего, скоро вернем вашего Митьку домой,- она повернулась ко мне, в глазах стояли слезы.

- Простите, это я от радости. Хоть надежда появилась. Новый юрист у сына. Государственный, но такой толковый. Вы бы слышали, как он всех на место ставит. Это ж вы нам с адвокатом помогли, да? - я кивнула, Валентина продолжила, - сказал, дело шито белыми нитками, и что добиться освобождения Митьки вопрос времени.

- Если сказал, значит так и есть.

- Как такое возможно? Чуть больше недели прошло с момента нашего разговора, а уже такие подвижки?

Я улыбнулась и подмигнула Валентине:

- На любые связи найдутся связи помощнее.

- Мне Морозов, кстати, звонил, и ни один раз, - заговорила Валентина, - сначала угрожал, потом просил. Даже предложил, мол, вы все забываете. А я тут сам вопрос улажу, на месте. Зачем, говорит, нам посторонних вмешивать.

- Не поддавайтесь, главное. Ваше дело на контроле в столице.

Валентина прикрыла рот рукой, а потом ахнула:

-То-то мне следовать по делу Митькиному звонила, на беседу снова вызвала. Змея змеей, все на Митьку моего валила, а сейчас прям сама любезность!

- Антонина? - подняла я бровь.

- Ой, вы знакомы? А я такое про нее несу, - женщина прикрыла рот рукой, - воистину говорят, язык мой, враг мой. Точно про меня!

- Не переживайте, - не сдержалась я, - у меня о ней такое же мнение.  Мы улыбнулись друг другу. Затем продолжили пить кофе с кексом. Матвей рассказывал смешные истории, Валентина смеялась, а я не могла насмотреться на свою неожиданную любовь. Жизнь начинала налаживаться.

Несколько дней нас с Матвеем никто не беспокоил. Мы валялись в кровати, и не выходили из дома. Я лежала на груди у Матвея, потом перевернулась на живот и подумала вслух:

-Интересно, если б Сонька не погибла той ночью, она уехала бы к Вовке?

- Думаю нет, - Матвей играл с моими волосами, - она замуж в этот день вышла, забыла? Что-то ж для нее это значит.

- И что? Я тоже замужем была, но это не помешало мне влюбиться в тебя с первого взгляда.

- Одним словом, женщины. Если ты не любила мужа, то зачем жила с ним столько лет?

Я пожала плечами:

-Сначала-то неплохо все было, ну или так казалось. Севальский ухаживал красиво. Я в свои двадцать с небольшим растаяла от букетов, ресторанов и подарков. А потом - уже привыкла.

- Странная привычка. Жить с человеком, к которому ничего не чувствуешь.

- А ты, любил когда-нибудь? - рискнула спросить я.

- Мне некогда было. Там, где я служил совсем не до романтики.

Матвея прервал мой телефон. Он зазвонил громко и неожиданно.

-Кому что понадобилось! - пробурчала я. Оказалось, звонили из прокуратуры, вызывали на допрос.

#уйти_pisatelllnicha_tvoya