Часть 6 Я совсем не думала, что моя выписка из роддома пройдет именно так. Никто не думает об этом, когда едет рожать.…

Часть 6

Я совсем не думала, что моя выписка из роддома пройдет именно так. Никто не думает об этом, когда едет рожать. Бледная из-за анемии, опухшие глаза, понятное дело. Так странно было одевать на себя штаны для беременных, в которых приехала. Я вообще люблю этот роддом. Всегда любила его из-за того, что там кафедра моя, из-за того, что занималась там, родное что ли все. Но моя ситуация повернула все с ног на голову . Я уезжала , не оглядываясь. Ноги моей больше здесь не будет. Муж выглядел тоже не ахти. Как он сказал мне позже " ты переживаешь только за Стёпу, а я за Степу и за тебя". Это мужчины, они все в себе держать умеют.

Когда кто-то спрашивал, как моё самочувствие, этот вопрос казался неуместным. Причем тут я? Я словно забыла, что после операции.

С роддома мы сразу поехали в медтехнику за бахилами-накидками и к сыну. Первый раз очень страшно было идти к нему. Как он там? Как его показатели? Каждый врач говорил по разному. Кто-то говорил, хорошо, он стал спокойнее, на следующий день другой врач говорил плохо, он стал вяленький. Кушал то из бутылочки, то через зонд. Вес упал до 2 кг. Мне разрешили привозить молоко и в моей жизни появилась цель. 3 раза в день сцеживала и возила сыну грудное молоко, вечером уже с мужем посещали. Я со Степой разговаривала, уговаривала поправляться. Редко его сердцебиение было выше 100. Муж чаще просто смотрел, потом стал разговаривать тоже. Первый раз, когда я увидела сына увидела после выписки.,он был с масочкой на носу, ему давали немного кислорода , в повязке на глазах (светили желтуху). Потом повязочку и маску убрали, можно было полюбоваться на его личико и чудесные большущие глаза. Пневмония ушла быстро, а вот последствия кардита (воспаление сердца) разгребали. Приступы стали реже, маленькими шагами становилось лучше. Лечение сердца по телемедицине обсуждали с Минском.

После выписки мы сразу же договорились о крещении. Батюшка, довольно моложавый, приехал в своё свободное время и провел обряд. Совершенно бесплатно. Конечно, ни о каких крестных речь не шла. 3 сентября мой сынок уже был под защитой бога. Мне стало легче. Все следующее утро мы объезжали церкви и заказывали молитвы.

Через пару дней врач сказала, что мы можем купить обогатитель грудного молока, чтобы быстрее шел набор веса. Мы тут же поехали в "Буслик". Там нужного не оказалось, мы поехали по другому адресу. Там уже выяснилось, что в первом магазине я забыла карточку, во втором магазине забыла телефон. Просто я была очень взволнована и возбуждена, что могу помочь сыну еще хоть чем-то, что не думала ни о чем другом. Первую неделю мне было очень тяжело к нему ездить. И хотелось и было страшно. Идти по полутёмному коридору к своей палате, шурша бахилами. Там наблюдать, как Стёпа спит. Он спал почти всегда. Один раз был голодный и искал меня, мою грудь. Как мне хотелось взять его на руки. Разрешали трогать его. Я гладила эти пальчики и умоляла, чтобы он скорее поправился. Иногда я рыдала, иногда я смеялась, рассказывая о чем- то забавном. Иногда уходила с лёгким сердцем, иногда на душе был камень.

Один раз днем , стоя у входа в отделения и ожидая кого-нибудь, кто передаст молоко, я услышала свою фамилию и какую то движуху. Нужно было срочно нести кровь в лабораторию, а санитарка (или кто это был?) Возмущалась, что должна бегать по всей больнице. Я думала, что убью ее силой мысли. Пришла доктор. Рассказала, что у сына не сворачивается кровь после взятия анализа с пальчика. Взяли анализ на свёртываемость крови, ждали результат . Готовились капать плазму. Геморрагическая болезнь новорожденного. Из-за недостатка витамина К. Если есть возможность, сказали купить Конакион (у нас не зарегистрирован). Ему ампулу ввели, но нужно повторно тоже. Каким то чудом нашли в Минске, мужчина нам передал маршруткой. Уже тогда врач сказала, что может быть анемия. Хорошо, что плазма помогла. Анализ нормализовался.

Моему малышу по-тихоньку начали давать порошки вместо капельниц, начали подготавливать к переводу. И вот я приезжаю в сб передать молоко и мне говорят, что врач хотел поговорить со мной. Опять голова закружилась. О хорошем в такие ситуации не думаешь. Суть его разговора была в том, что у них много деток поступило и наш уже особо в услугах реанимации не нуждается и его переводят в отделение! Мол, мама, едьте пулей за вещами. В субботу, в выходной день! Я ехала домой в слезах. От радости. Конечно, было страшно очень. Дома побросала самое важное и поехали мы в больницу.

В итоге в отделении реанимации и интенсивной терапии мой сынок был 18 дней

Не дай бог оказаться в такой ситуации