Смеялась до конца рассказа.

Еду недавно в маршрутке. У «Космоса» входит папаша с трёхлетним на вид дитёнком. Высокий такой дядечка. Мальчуган рядом с ним выглядит вообще крохой. Папа усаживается рядом со мной, пристраивает малыша на коленках. Едем все дальше. Малец спокойный такой, разглядывает салон, пассажиров, меня.

Вдруг папа спрашивает его:

— Игорёк, какого цвета у дяди куртка?

Мальчик, внимательно глядя на меня:

— Чёлнава.

— А у тёти сумка какого цвета?

Мальчик, воззрившись на тётю:

— Белава.

— А у дяди ботинки?

Молчание.

— Ну, чего? Не знаешь, что ли?

Мальчик, удивлённо:

— Чиво батинки?

— У дяди?

Мальчик, долго разглядывая папу:

— Батинки? (поглядев на мои ноги) Какии батинки?! У дяди класовки!

Папа, поперхнувшись:

— Какого они цвета?

Мальчик, очень недовольно:

— Ты чиво как малинький?! Лазнацветнаи ани. И пилистань, пажалуста, задавать глупаи ваплосы!!!

Папа, натурально обалдев:

— Я проверяю, знаешь ли ты цвета.

Мальчик, раздражённо:

— Ты миня ищё писать паучи. В машлутке.

Тут я не выдерживаю и прыскаю со смеха. Извиняюсь, конечно. Мальчик, удивлённо глядя на меня:

— Дядя, чиво ты смиёся?

Тут папа начинает ёрзать. И дёргать малыша за рукав. Я, очень вежливо и серьёзно:

— Извините, молодой человек. Я не хотел вас обидеть.

Мальчик, недовольно:

— Папа! Пилистань миня дёлгать! Ты чиво, в самам дели?

Мальчик, обращаясь ко мне:

— Дядя! Я ищё малинький! Низя миня выкать!

Тут я уже натурально умираю со смеху. Приходится опять извиняться.

— Ладно, малыш, извини, я больше не буду.

Тут папа что-то шепчет на ухо сыну. Тот внимательно смотрит на папу и вдруг выдаёт:

— Чиво «пилистань»? Мне нипанятна. И ни мишай, пажалуста, мне лазгаваливать с дядий!..

Мальчик, обращаясь ко мне, очень строго:

— Смех бис пличины — плиснак дулачины. Нам васпитатильница так гавалит.

Тут умирать со смеху вместе со мной начинает уже весь салон.

Какая-то тётка, сидящая позади нас, говорит, утирая слёзы:

— Какой общительный и развитый не по годам ребёнок!

После этих слов бедный папаша (с его почти двумя метрами росту) пытается выйти из салона.

Но не тут-то было! Мальчик, ухватив огромного папу за воротник, на весь салон:

— Папа! Эта не наша астанофка! Ты што, забыл?! Нам маму нада всличать!!!

Бедняга-папаша совсем растерялся. Папа, жалобно-просительно:

— Сына, ну, пожалуйста! Мы едем дальше, но ты немного помолчишь, ладно?

Мальчик, великодушно:

— Халашо, папа! Но ты же сам пелвый начал!..

Салон продолжает помирать со смеху, а бедолага-папа, наконец, находит выход из положения — садится и, крепко прижимая к себе общительного сынишку, что-то тихо шепчет малышу на ухо. Долго шепчет Малыш внимательно слушает — ну, ещё бы не слушал, так крепко стиснутый таким-то громилой. А когда папа ослабляет свою железную хватку, ребёнок вдруг выдаёт в некоторой задумчивости:

— А у Миши сислёнка есь! Вот ему халашо — папа на луках не иво делжит, у папы луки делам заняты.

Народ уже в натуральном трансе. Похоже, многие проехали свою остановку И тут мальчуган выдаёт такое, после чего маршрутка останавливается — водитель попросту не может продолжать движение, истерика же натуральная.

— Папа! А давай мы завидём сислёнку? Или блатишку? Ты будишь иво на луках делжать и васпитывать. А я буду с ним иглать и спакойна ехать в машлутке.