Мамам сыновей Это — знать, что никто, никогда, и вот так — безответно, безоглядно и безоговорно, и.…

Мамам сыновей

Это — знать, что никто, никогда, и вот так — безответно,

безоглядно и безоговорно, и. без причин,

не полюбит тебя —… как спросонья обнимут эти,

руки самые нежные из миллиардов мужчин…

«Я люблю тебя, мама!» — прильнет бархатистая щечка,

и душа замерла от впервые услышанных слов,

и внутри так предательски что-то впервые щекочет…

и — уткнешься ты носом в любимейшую из голов…

Это — знать, что сыновья любовь, как любое — не вечна…

и в тринадцать — упрямо плечами она поведёт,

от вечерних объятий она отмахнется конечно,

и от губ материнских насупленно лоб отведёт…

Это — знать, что однажды Она, так юна… тонконога,

будет с вызовом, или, робея, тебя изучать,

и стоять за плечами, осматриваясь у порога.

и те плечи, родные, — руками своими сжимать…

А потом, наблюдая, как сын ест блины со сметаной,

спрятав глубже в себя непривычную новую боль,

просто тихо сказать «дай же Бог тебе, милый, как мамой,

хоть на сотую долю быть так же любимым женой»

…Это — знать, что когда даже радость — проснуться с рассветом,

не дождавшись звонка, себе новых прибавив морщин,

Просто верить — никто, никогда, и вот так, безответно,

безоглядно и безоговорно, и, без причин,

не полюбит тебя! … И опять, обреченно- упрямо,

сына ждать. Может быть, только сверху увидев потом,

как губами дрожащими шепчет «люблю тебя, мама!»

от дождя пряча ворох пионов под мокрым пальто…