#моя_история_родов_или_пздц_что_это_было Часть 3 Меня возвращают в палату реанимации, прикольное такое ощущение, когда…

#моя_история_родов_или_пздц_что_это_было

Часть 3

Меня возвращают в палату реанимации, прикольное такое ощущение, когда пол тела не чувствуешь вообще. Откуда-то материализовалась капельница, к тому моменту катетер мне уже был как родной хДД. Разрешают позвонить, звоню маме, мы с ней навзрыд ревем по обе стороны трубки, медсестра ругает меня, что океан тут разводить не стоит, нужно ложится отдыхать. Муж по прежнему не на связи, пишу смс его другу, что он стал папой, отключаю телефон. К тому времени, чувствую только сокращения матки и тихонько шевелю пальцами ног. Проваливаюсь в сон.

Просыпаюсь под вечер от дикой боли, меня снова обкалывают, а уколы это прям моя страсть, я буду грызть тонну таблеток, но лишь бы не уколы. А тут я их за сутки получаю больше, чем за всю жизнь.

Включаю телефон - миллион и два пропущенных вызова. Звоню, выходит на связь муж, с фразой "солнышко, ты у меня как???" у меня снова прорывается поток слез. У него дрожит голос, я реву, медсестра снова ругает.

Сказали, можно попить куриный бульон. Аппетита нет, хотя кроме воды я больше суток ничего и не ела. Позвонила, привезли. Медсестра сказала тихонько пытаться встать. Какой там.. Кровать неудобная, схватиться не за что, да ещё и не вставала почти два дня. Реву от боли, переворачиваюсь, спустя два часа аккуратно сажусь на край кровати. Поскольку были такие серьёзные осложнения, сказали особо не геройствовать, не вставать. Ещё на ночь оставляют в реанимации, сын далеко, я не имею представления что с ним и как. Приходит заведующий детским отделением, говорит, что сын у меня под наблюдением, остальное все утром. Видимо, на анестезию пошла реакция, сильно заложило нос, всю ночь крутилась, практически не спала.

Рано утром, в 6 часов, я тихонько, с боем начала вставать. Описать эту боль просто невозможно, плюс, столько времени лежала, голова моментально начала сильно кружится. Ко мне пришла медсестра с моими любимыми уколами, взяла анализы и оставила дожидаться обхода.

Чуть позже, пришли врачи, обрадовали, что переводят в палату, ради такого случая я могу выбрать, где буду лежать, на 3 этаже поближе к детскому отделению или на 2,где лежат все после кесарева. Попросилась на 3,ближе к сыну, с мыслью, что я есть не буду ходить (столовая на 2), но к ребёнку буду ближе.

Вся эта информация меня очень приободрила, вставать было адски больно, но мысли о сыне заставляли вставать. Наконец-то, был снят этот ненавистный мочевой катетер))) Ко мне на помощь пришла медсестра и повела в туалет,чтобы переодеться. Дорога далась тяжело, каждый шаг был похож на походку пьянющего в стельку человека, меня болтало по всему коридору и если бы не медсестра, я бы точно упала. Как я умудрилась переодеться и хоть как-то помыться, вообще что-то с чем-то, дважды едва не вписалась носом в стенку кабинки. Как и все после родов, я чувствовала себя ниагарским водопадом, а при том моём состоянии идти-то было тяжело, а ещё и пыталась не уронить злощастную пеленку, зажатую между ног.. Наконец-то меня перевели в палату, принесли мои вещи, даже принесли завтрак в палату.

Ко мне пришёл заведующий детским отделением - Зайниев Тагир Рашитович и я узнала о состоянии своего ребёнка.. Он в тяжёлом состоянии, сосательного рефлекса нет, ИВЛ, незрелость ЦНС, ВПС, ишемия мозга. Чувствовала, как тихонько стекаю по стене, от услышанного. Но Тагир Рашитович объяснил, что все это лечится, ребёнка выхаживают и у нас есть все шансы догнать по развитию детей, рождённых в срок. Мне разрешается видеть сына два раза в сутки, в 9 утра и в 9 вечера, как только появится молозиво/придёт молоко, сразу дать знать им, чтобы кормить сына моим молоком.

В детскую реанимацию можно было заходить только в халате, маске и со стерильными руками, и вот, я иду знакомиться с сыном. Увидя его, снова не смогла сдержать слез.. Он маленький, красный, по телу ещё не сошёл пушок, сын практически не открывает глаз, не плачет, не шевелится. Долго стоять с ним мне не позволили, медсестра отругала, что у них плакать нельзя, дала постоять ещё несколько минут и попросила уйти. Выйдя из отделения я просто ревела, беззвучно, но изнутри просто рвало на части. В тот момент я решила, что во что бы то ни стало, теперь я должна помочь сыну выкарабкаться, чего бы мне это не стоило... Молозиво появилось почти сразу, сцеживаться я не умела, задалбливала вопросами всех и каждого, как правильно это делается. Врач показывает-у нее получается, я пробую - у меня нет ничего. Снова в слезы. В итоге я носила сыну по несколько миллилитров молозива, постоянно психуя, что не могу собрать даже полные 10 мл. Садилась за час до назначенного медсестрой времени и сцеживала, сколько успевала и бежала в детское. Дошло до того, что в сутки я спала по 40 минут, каждые 3 часа бегая в детское отделение, чтобы хоть какие-то крохи молока сыну достались.

На 5 день нашего пребывания в роддоме, сына у меня забрали в опн 17й больницы, а для меня, как на тот момент мест не было. Переговорив с врачом, я подписала документы на перевод и ушла в палату, дабы не видеть, как увозят моего ребёнка. Тагир Рашитович уверил, что он полежит один всего пару дней, а потом и сама смогу к нему лечь.

После обхода врач сообщила, что после таких осложнений, как у меня, на выписку я могу даже не надеяться, поскольку они обязаны наблюдать за моим состоянием, хотя к тому времени лечения, кроме уколов в живот я уже не получала. К слову, сразу после родов, все показатели пришли в норму, белок исчез, давление тоже. Под свою ответственность, через заявление об отказе от госпитализации, меня выписали на 6 день пребывания в роддоме. Насколько мерзко было уходить оттуда одной и не через торжественный зал, а через приёмный покой, знают наверное только те, кто это пережил..

Так на свет появился мой любимый сыночек.. Так началась бесконечная вереница больниц, лечения, массажей и прочих процедур. Сегодня моему сыну 7 месяцев, как и говорил мне Тагир Рашитович, он уже ничем не отличается от сверстников внешне и по развитию, только что немного позже нам даются навыки и умения. Сейчас моё сокровище спит, а я смотрю на него и благодарю бога и врачей, за то, что он у меня есть..

Боль все же забывается, но я больше не хочу рожать, ни одним из способов, при виде недоношенных детей в новостях, у меня начинается истерика, я плачу.. Все говорят, что это я "пока так говорю", но нет, всё.

***

Анестезиолога зовут Костромин Владимир Владимирович, санитарка Салимгареева Р. Р., имён всех, кто помог появится на свет моему сыну я не знаю, но всем этим людям я буду благодарна всю жизнь...

***

Спасибо всем, кто прочитал это все до конца))