У меня сегодня нет слов...

ссылка

Когда мне было 5 лет, и друг нашей семьи погиб в авиакатастрофе, я спросил отца:

— А мы что, тоже можем вот так же разбиться? Ведь мы часто летаем…

— Можем, — ответил тогда отец. — Но, надеюсь, не разобьемся. Не думай об этом.

— А можно что-то сделать, когда самолет падает? — уточнил я.

— Нет, — честно ответил отец. — Сделать нельзя ничего.

Я не знаю, что скажу сегодня своей 5-летней дочке, если вечером она спросит меня, что случилось в Кемерове и можно ли спастись из огня.

Мы тоже часто ходим всей семьей в кино, заглядываем в фудкорты, играем на детских площадках. Мы тоже можем оказаться в эпицентре пожара. И мы тоже не будем знать, куда бежать, а даже если будем, нет никаких гарантий, что двери не окажутся заблокированными, и благодаря каким-то особенным стройматериалам для того, чтобы умереть, окажется достаточным сделать три-четыре вдоха.

Человек так устроен: переживая из-за трагедии с другими, он неизменно, осознанно или нет, представляет на месте этих других себя и своих близких. Такие минуты, часы, дни очень тяжело переживать.

Обращаясь к тем, кому сейчас больно и вообще психологически непросто, хочу напомнить банальное, но на сто процентов верное, о чем нужно не просто вспомнить, а непременно сделать

Именно поэтому сегодня утром я впервые за много лет видел мою жену заплаканной, потерянной и абсолютно беспомощной — она первая из нас прочла все ужасные подробности, чуть ли не вся ее лента в Фейсбуке состояла из перепостов страшных видео и последних эсэмэсок заживо сгоревших взрослых и детей. А потом она отправляла в «Красный крест» деньги, а потом пересылала мне посты, в которых знающие люди категорически советовали никаких денег никому не переводить, потому что этими схемами уже вовсю пользуются мерзавцы…

Как эта чудовищная трагедия стала возможной? Как помочь тем, кому еще можно помочь? Как сделать так, чтобы подобного не произошло с тобой и твоими близкими? У меня нет абсолютно точных ответов на вопросы, которые беспокоят сейчас всех, кому не все равно, у кого болит душа, кто ощущает себя потенциальной жертвой или просто игрушкой непонятно в чьих руках. Наверное, эти ответы появятся, мы в нашей редакции, конечно, тоже их ищем, но сейчас я хочу поделиться кое-чем, что знаю наверняка и чем уже однажды делился с вами — в ночь с 31 октября на 1 ноября 2015-го, когда в небе над Синаем случилась авиакатастрофа, приведшая к самой массовой гибели граждан России за всю историю мировой авиации: погибли 224 человека, в том числе 25 детей.

Страх, горечь, негодование, возмущение — все это очень естественные эмоции, я сам их испытывал тогда, два с половиной года назад, и снова испытываю сейчас. Но я точно знаю, что мои переживания не помогут ни тем, кто погиб в этой страшной трагедии, ни их родным, ни моим близким, ни мне самому. А потому, обращаясь к тем, кому сейчас больно и вообще психологически непросто, хочу напомнить банальное, но на сто процентов верное, о чем нужно не просто вспомнить, а непременно сделать.

Превратить боль и страх в сочувствие и любовь — вот главное, чем мы можем помочь себе и всем, кому сейчас больно и страшно

Кто-то опубликует свечу в память о погибших, кто-то поставит свечку в церкви. Кто-то помолится, кто-то помянет наших соотечественников рюмкой, кто-то переведет деньги, куда сочтет нужным. Пусть каждый сделает то, что ему кажется правильным.

Но главное, пусть каждый, вне зависимости от того, насколько сильно ранила его эта трагедия, вспомнит о тех, кто рядом — родных, детях, родителях, друзьях, добрых знакомых. Особенно — о тех, с кем по глупости или на эмоциях поссорился, кого обидел, на кого обиделся сам. Вспомнит — и представит, что в кемеровском ТЦ «Зимняя вишня» могли оказаться они. Представит — и направит этим живым людям всю любовь, на которую только способен. Словами, телом, делом — если они рядом. Письмом, эсэмэской, звонком — если далеко.

Превратить боль и страх в сочувствие и любовь — вот главное, чем мы можем помочь себе и всем, кому сейчас больно и страшно.

Требовать ответов на вопросы «Кто виноват?» и «Что делать?» могут и должны все. Искать ответы обязаны журналисты, чиновники, пожарные, спасатели. Сделать то, о чем написал я, способен, повторю, каждый. Если мы на самом деле хотим что-то важное сегодня сделать.