В небольшой раздевалке детского дома №7 на низенькой скамеечке сидел мальчик лет четырех. Рядом возились двое взрослых: молодая женщина и мужчина чуть постарше.

Они нервно стаскивали с ребенка мокрые ботинки, комбинезон и вязаную шапочку. Затем женщина ловко втиснула его в миниатюрную джинсовочку, а мужчина попытался надеть сандалии. Да все не на ту ногу. Мальчик безропотно подставлял то одну, то другую...

- Ну, вот Тема! - тарахтела без умолку дама. – Вон, видишь, ребятки твои уже обедать сели! Давай, быстрее...!

Мальчик медленно поднял голову и посмотрел ей прямо в глаза:

- Ле-на! - прошептал он, едва шевеля губами. - Когда заберете? А...? После сна ...!?

- Ну вот... опять ты! – застегнул, наконец сандалии мужчина. - Сколько говорить! Сегодня не получится. Нас не будет в городе.

- А когда! - перевел на него взгляд мальчик. - Когда получится?

- Надо машину переставить! - засуетился мужчина и исчез в дверях. - Лена! Поторопись, ради бога! Самолет ждать не будет! - крикнул он с порога.

Еще мгновенье назад излишне суетившаяся дама как-то сразу обмякла и присела, будто лишившись сил. Руки ее безвольно упали на колени. Мальчик прижался к ней маленьким теплым тельцем и сомкнул ее руки уже за своей спиной.

Прошло несколько минут.

- Я тебя люблю! - прошептал он.

- Ну что ты, Тема? Что ты...

Женщина прижала мальчика к себе и легонько погладила его по худенькой спинке.

- Мы же ненадолго! А ты тут с ребятами побудешь денька три-четыре! А мы тебе позвоним...!

- А подарок! - опять заглянул ей в глаза мальчик. - Про подарок не забыли, если все хорошо будет.

- И подарок, и подарок..., конечно! - еще крепче прижала его к себе женщина. По щеке ее лениво сползла первая слеза.

- Ты чего, Лена? - принялся размазывать уже побежавшие тонкими струйками слезы мальчик. - Три дня же...!

- Три дня! Три дня! - затрясла головой женщина и подтолкнула мальчика в общую комнату.

Он не спеша вошел, чуть припадая на правую ногу, осмотрелся и присел за свободный столик. Все шестнадцать детей перестали греметь ложками и разом обернулись на него.

Пожилая женщина в белом халате поставила перед ним тарелку с первым. На второе – макароны по-флотски. Рядом стоял уже наполненный стакан компота.

- Вернулся... Степа? - чуть шевельнулся она рукой его русые шелковистые волосы.

- На три дня всего! - прошамкал набитым ртом мальчик. - Через три дня заберут!

И зарылся ложкой в суп.

- Да..., да, конечно...! Три дня...! - прошептала нянечка, прошла в раздевалку и прикрыла за собой дверь.

Из коридора появился давешний мужчина. Рядом стоял объемистый чемодан на колесах.

- Вот! - повел глазами на чемодан мужчина. - Вещи разные...!

- Вот! - повторила вслед за ним женщина. - Накупили...всего! Куда их?

- Шкафчики у нас ..., сами видите! – пробурчала, не глядя в их застывшие лица нянечка. - Самое необходимое, остальное забирайте!

- Да куда нам...!? - растерялся мужчина. - Нам-то зачем..., теперь?

- Не знаю! Думать надо было! Прежде чем покупать...

Мужчина положил чемодан на скамеечку, расстегнул молнию. Женщина торопливо, путаясь в детских одеждах, принялась перекладывать вещи в шкафчик. Тот быстро заполнился до отказа, дверцы не закрывались.

- Ну... мы поехали!? - натужно проговорил мужчина. - Самолет у нас!

- Летите! - махнула рукой нянечка. - ... Летуны...!

Пара заторопилась к дверям. На выходе женщина обернулась:

- Нельзя! Вы не должны... так!! Год по больницам, ночи бессонные, уколы, капельницы…, приступы эти! Мы пытались...! Не всем дано!

Нянечка молча напирала всем телом, пытаясь прикрыть дверцу шкафчика. Наконец у нее получилось.

- Про три дня... - зря это! - посмотрела она в окно. - Ждать будет, минутки считать! Зря...! Не по-людски это!

- Не могли мы, вот сразу..., с плеча! - прохрипел мужчина. - Мы ..., как учили, постепенно. Через три дня позвоним, мол, задерживаемся. Потом... еще как-то!

- Не судья я вам, решили так решили! Чего теперь? Да и поздно уже. Директор приказ подписал. Степа ваш назад принят, на довольствие поставлен и все такое!

- Он привык на ...Тему отзываться!

- Степан по документам! Чего имя коверкать. ... Летите уже! И... не звоните! Не надо! Чем быстрее он поймет, тем лучше будет! Летите, самолет ждать не будет!

Мужчина и женщина, не сказав больше ни слова, не попрощавшись даже, тихо вышли. Входная дверь чуть скрипнула, послышался шум отъезжающей машины и все стихло.

Дверь в раздевалку слегка приоткрылась. Нянечка обернулась. Мальчик молча смотрел в щелочку.

- Ты чего Степан!

- Уехали...?

- Уехали! Поел!? Иди милый, иди раздевайся. Тихий час скоро!

Мальчик вернулся в группу, не спеша разделся, аккуратно повесил на спинку стульчика одежду и забрался в кроватку.

Два часа пролетели как один миг. Он так и не заснул, просто лежал глядя в потолок. Прозвенел колокольчик. Дети повскакали, напяливали на себя костюмчики и платьица, шумели, проказничали. Мальчик встал вслед за ними, оделся, подошел опять к дверям, ведущим в раздевалку и заглянул в щелочку.

Потом раскрыл дверь побольше, еще шире, и наконец, распахнул совсем - Тема! - воскликнула женщина. – Ну, сколько можно спать!?

- Мы уж тебя заждались! - гремел чемоданом мужчина.

- ...А три дня!? - только и смог промолвить мальчик.

- Рейс отменили! - хором воскликнули мужчина и женщина.

- Погода нелетная! Не полетим никуда!...Без тебя…никуда!

Нянечка, повернувшись к ним спиной, торопливо перекладывала вещи из шкафчика обратно в чемодан. Плечи ее мелко подрагивали...

(Игорь Гудзь)