В реанимации спасают жизнь. Туда родных и близких не пускают. За дверью шёпот: «Милая держись. Я буду здесь. Дождусь…

В реанимации спасают жизнь.

Туда родных и близких не пускают.

За дверью шёпот: «Милая держись.

Я буду здесь. Дождусь тебя, родная».

Четвертый день на лавочке сидит

Седой мужчина, чуда ожидая.

На дверь реанимации глядит.

Не ест, не спит, лишь головой качает.

Медбрат к мужчине ночью подошёл

И, кофе протянув из автомата,

Спросил негромко: «Вам нехорошо?

Вы шли б домой. Придёте снова завтра».

Тот благодарно кофе взял, отпил,

На парня посмотрел предельно строго,

И произнёс: «Сынок, а ты любил?

С женой по жизни шёл одной дорогой?

Делил с ней радость, горе и печаль?

Встречал рассветы? Провожал закаты?

Детишек на руках её качал?

Цветочки покупал ей в день зарплаты?

Бывает так, сынок, что больно здесь, —

— Мужчина положил ладонь на сердце.

— От мысли только той, что мир мой весь

В её руках. Лишь с ней могу согреться".

Задумался молоденький медбрат.

Не знал любви такой он долговечной.

Мужчина продолжал: «Я очень рад,

Что судьбоносной стала наша встреча.

Свою шестидесятую весну

С ней встретил. Внуки наши повзрослели.

И знаю я, что точно не усну

Один в холодной без неё постели".

Тот диалог оставил в парне след,

Он утром позвонил подруге бывшей.

Её любил он пять волшебных лет,

Но ссора глупая меж ними вышла.

«Устроим свадьбу. Я тебя люблю.

Роди мне обязательно детишек.

Хочу шестидесятую весну

С тобой лишь встретить.

Милая, ты слышишь?»…