Мама двоих (младенец)

✨«ОСКОЛКИ НАСИЛИЯ», ИЛИ «ПОЧЕМУ Я КРИЧУ НА СВОИХ ДЕТЕЙ?!» ✨

Почему женщина, которая любит своих детей, заботится о них и всячески оберегает, вдруг превращаться в разъярённого монстра и делает то, после чего испытывает жуткое чувство вины?

Откуда в нас эти «осколки насилия»?

Почему, будучи в здравом уме и твёрдой памяти, мы – в большинстве своём разумные, заботливые родители – в состоянии стресса начинаем делать вещи, о которых потом сильно сожалеем?

«Когда моему сыну было 4 года, он не хотел есть и долго сидел над тарелкой с кашей. Я завела его в ванную и вылила кашу ему на голову. Тогда я считала, что делаю совершенно правильные вещи. Прошло уже много лет, но это история не отпускает меня. Я вспоминаю её с ужасом и невероятной жалостью к сыну. Бедный мой мальчик. В своём ли я уме была?..» (история приводится с разрешения)

Сейчас, спустя много лет эта женщина способна признать, что выливать кашу на голову ребёнку – это безумие, и она испытывает чувство сострадания к сыну и вину за свой поступок.

Но тогда, в тот момент, она была совершенно уверена, что поступает правильно.

В момент, когда «планка падает», когда человек начинает совершать агрессивные действия со своими детьми и близкими, именно в этот момент он верит, что поступает правильно.

Когда женщина кричит и лупит своего малыша, который не хочет идти в садик или только что упал и испачкал комбинезончик; когда орут и наказывают за двойки; когда избивают ремнём за непослушание – во все эти моменты люди верят, что поступают правильно.

Есть те, которые и после рационализирует свои действия, объясняя, что избить ребёнка был самый лучший выход. «Да и ничего страшного с ним не произошло, сам вывел и т.д.»

Конечно, глубина семейного насилия бывает разная.

Где-то детей жестоко наказывают за любой проступок, где-то достают эмоционально, постоянно высмеивая и унижая, где-то мама и папа иногда срываются, орут и несправедливо наказывают, о чём потом жалеют.

Цель же моей статьи – объяснить, что происходит с человеком в этот момент и почему.

Для того чтобы вы, столкнувшись с такой реакцией у себя, смогли её распознать и вовремя себя остановить.

Начнём с того, что человек запоминает любой опыт, который с ним происходит.

А травмирующий опыт, опыт эмоционального или физического насилия над нами мы не просто запоминаем. Этот опыт расщепляет, меняет нашу личность.

Мы помним, что над нами издевались, и свои ощущения беспомощной жертвы мы тоже помним. Через 72 часа после совершения над человеком насилия в его личности капсулируется жертвенная часть, теперь в одной из частей себя он – Жертва.

Но мы помним и насильника, человека, который совершал это с нами. Мы не просто его помним, а делаем слепок с него, его «резервную копию».

Этот слепок теперь всегда будет храниться в нас. Станет одной из частей нашей идентичности, нашим «внутренним насильником».

В другой части себя мы – Насильник.

Люди, соприкасавшиеся в детстве с насилием, имеют в себе память о насилии и в момент стресса, в момент сходной ситуации, когда рядом оказывается беззащитное существо, жертва, могут повести себя как насильник, который совершил это с ними.

Женщина, вылившая кашу на голову своему ребёнку, вспоминала, что в детстве, в яслях, куда её водили, это было обычной практикой. Она не помнит, выливали ли ей кашу на голову, но помнит, что она это точно видела, а ещё – как кашу лили за пазуху и в колготки.

Когда в её жизни сложились похожие обстоятельства – вот она, взрослая тётя, а рядом маленький ребёнок, отказывающийся есть кашу, она вдруг стала той самой бабой Маней – нянечкой из яслей. Она стала ей. В ней проснулся её «внутренний насильник».

И она проиграла сценарий из своего детства, став насильником для своего ребёнка. Мужчины, бьющие своих жён и детей, имели тяжёлый опыт насилия в детстве. Нет, они не мстят за свои страдания.

Они просто попадают в своего «внутреннего насильника» и в этот момент действуют только из этой части своей личности.

Я недавно смотрела фильм «Список Шиндлера» (1993). В нём рассказывается реальная история немецкого коммерсанта, который во время Второй мировой войны спас 1200 евреев – мужчин, женщин и детей. Смотря ужасающие кадры этого фильма, я задавала себе вопрос: «Почему кто-то остаётся человеком в этом всеобщем безумии?».

Люди, у которых нет опыта насилия в детстве, не соблазняются на запах крови, стоны жертв в них не пробуждают «внутреннего насильника».

В них его просто нет.

Вот здесь самое место вспомнить известную истину: «Насилие порождает только насилие».

Кто-то из нас переживал насилие в детстве, кто-то только эмоциональное, кто-то физическое, а кто-то и сексуальное.

И тогда в нашем сердце хранятся «осколки насилия», запечатлевшие весь ужас, произошедший с нами.

В обстоятельствах, близких к исходным, эти «осколки» оживают и могут затуманить наш разум – мы уже смотрим на мир и того, кто рядом с нами, не своими глазами, а глазами бабы Мани, или озлобленного отца, или холодной, презрительной матери.

Мы становимся тем человеком, который когда-то совершил это с нами. Не стоит. Не стоит клонировать насилие, передавать его как эстафетную палочку своему ребёнку, чтобы он передал своим детям.

Слава богу, сейчас современное общество поддерживает гуманное отношение к детям, всё меньше людей с пеной у рта будут отстаивать полезность физических мер или воспитывать младенцев по Споку. Сейчас принято разговаривать с детьми, учитывать их потребности, слышать своих детей.

Мы всё больше напитываемся полезной информацией, становимся разумнее и добрее.

Но то, чему мы научились в своей взрослой жизни и учимся сейчас, – это только тонкая корочка над тёмной бездной бессознательного. Нет-нет, да и поднимут головы монстры, и взмахнёт баба Маня мокрой тряпкой и вырвется мамино «Ты что, смерти моей хочешь?!».

Всё записано, всё помнится, ничего не стереть. Но замечать в себе можно, отслеживать и дифференцировать, где я говорю, а где мама во мне или бабушка.

И пусть будет больше своего.

Доброго, настоящего, живого и любящего, уважающего себя и своих детей.

Автор:Ирина Дыбова

Вот я прочитав этот пост сразу вспомнила свою учительницу по математике которая не кричала,а давила морально,ставила в угол и позорила перед всем классом,выбирала себе жертву и могла несколько дней танком проходится и давить садистки морально. Кстати осталось что то от нее,я ходила к психологу что бы избавиться от чувства удовольствия от морального давления на людей,иногда и сейчас проскальзывает этот монстр,но ооочень редко.(((( Спасибо психологу что до рождения сыночка мы избавились от этого груза(мужу повезло меньше)))))). Действительно все идет из детства.

Эля Саяпова06.09.2017

Мама двоих (младенец)

@jekovi2824, точно ☹️как хорошо, что вы оставили этот прошлом и не зеркалит в настоящем. Просто я подумала, полезно кому-то будет почитать 🌹

Почему насилие - выбор насильника, а не одежды?

Навеяно постом из топа, про трусы девочек под платьями, который к сожалению не прокоментить. Это выставка одежд женщин, которые подверглись сексуальному насилию. Как видите, там нет латексных костюмов и мини юбок. Возможно на них даже одеты панталоны и боксеры, вместо обычных трусов которые так тригернули автора. Это про то что, насильнику не важен предмет одежды. Самое ужасное там, детское платье и наверное по мнению Елены, она спровоцировала, сверкнув трусами в песочнице. Насилие - это всегда про выбор насильника, про его больную голову. Сначала начнем думать про трусы маленьких девочек, потом заговорим про паранджу для них. Но это тоже не гарантия. В Афганистане, женщины ходят в парандже, но там один самых высоких процентов насилия среди стран востока. Невозможно научить девочку с детства не стать жертвой насилия.Но зато подобным поведением, можно вырастить девочку, которая если станет жертвой насилия, промолчит и посчитает, что она недостаточно много сделала, чтобы избежать насилия.

#детскиетравмы #аподумать

#детскиетравмы #аподумать "ОСКОЛКИ НАСИЛИЯ" ИЛИ "ПОЧЕМУ Я КРИЧУ НА СВОИХ ДЕТЕЙ?!" Почему женщина, которая любит своих детей, заботится о них и всячески оберегает, вдруг превращаться в разъярённого монстра и делает то, после чего испытывает жуткое чувство вины? Откуда в нас эти осколки насилия? Почему будучи в здравом уме и твёрдой памяти, мы – в большинстве своём разумные, заботливые родители, – но стоит нам войти в состояние стресса, как крышу может снести, и мы начинаем делать те вещи, о которых потом сильно сожалеем? «Когда моему сыну было 4 года, он не хотел есть и долго сидел над тарелкой с кашей. Я завела его в ванную и вылила кашу ему на голову. Тогда я считала, что делаю совершенно правильные вещи. Прошло уже много лет, но это история не отпускает меня. Я вспоминаю её с ужасом и невероятной жалостью к сыну. Бедный мой мальчик. В своём ли я уме была?…» (история приводится с разрешения) Сейчас, спустя много лет эта женщина способна признать, что выливать кашу на голову ребёнку – это безумие, и она испытывает чувство сострадания к сыну и вину за свой поступок. Но тогда, в тот момент, она была совершенно уверенна, что поступает правильно. В момент, когда “планка падает”, когда человек начинает совершать агрессивные действия со своими детьми и близкими, именно в этот момент он верит, что поступает правильно. Когда женщина кричит и лупит своего малыша, который не хочет идти в садик или только что упал и испачкал комбинезончик; когда орут и наказывают за двойки; когда избивают ремнём за непослушание – во все эти моменты люди верят, что поступают правильно. Есть те, которые и после рационализирует свои действия, объясняя, что избить ребёнка – был самый лучший выход. «Да и ничего страшного с ним не произошло, сам вывел и т.д.» Конечно, глубина семейного насилия бывает разная. Где-то детей жестоко наказывают за любой проступок, где-то достают эмоционально, постоянно высмеивая и унижая ребёнка, где-то мама и папа иногда срываются, орут и не справедливо наказывают, о чём потом жалеют. Цель же моей статьи объяснить, что происходит с человеком в этот момент и почему. Для того, чтобы вы, столкнувшись с такой реакцией у себя, смогли её распознать и вовремя себя остановить. Начнём с того, что человек запоминает любой опыт, который с ним происходит. А травмирующий опыт, опыт эмоционального или физического насилия над нами, мы не просто запоминаем. Этот опыт расщепляет, меняет нашу личность. Мы помним, что над нами издевались, и свои ощущения беспомощной жертвы мы тоже помним. Через 72 часа после совершения над человеком насилия в его личности капсулизируется жертвенная часть, теперь в одной из частей себя он – Жертва. Но мы помним и насильника, человека, который совершал это с нами. Мы не просто его помним, а делаем слепок с него, его «резервную копию». Этот слепок теперь всегда будет храниться в нас. Станет одной из частей нашей идентичности, нашим «внутренним насильником». В другой части себя мы – Насильник. Люди, соприкасавшиеся в детстве с насилием, имеют в себе память о насилии и в момент стресса, в момент сходной ситуации, когда рядом оказывается беззащитное существо, жертва, могут повести себя как насильник, который совершил это с ними. Женщина, вылившая кашу на голову своему ребёнку, вспоминала, что в детстве, в яслях, куда её водили, это было обычной практикой. Она не помнит выливали ли ей кашу на голову, но помнит, что она это точно видела, а ещё как кашу лили за пазуху и в колготки. Когда в её жизни сложились похожие обстоятельства – вот она взрослая тётя, а рядом маленький ребёнок, отказывающееся есть кашу, она вдруг стала той самой Бабой Маней – нянечкой из яслей. Она стала ей. В ней проснулся её «внутренний насильник». И она проиграла сценарий из своего детства, став насильником для своего ребёнка. Мужчины, бьющие своих жён и детей, имели тяжёлый опыт насилия в детстве. Нет они не мстят за свои страдания. Они просто попадают в своего «внутреннего насильника», и в этот момент исходят только из этой части своей личности. Я недавно смотрела фильм «Список Шиндлера» (1993г). В нём рассказывается реальная история немецкого коммерсанта, который во время Второй мировой войны спасает тысячу двести евреев – мужчин, женщин и детей. Смотря ужасающие кадры этого фильма, я задавала себе вопрос: «Почему кто-то умудряется остаться человеком в этом всеобщем безумии?» Люди, у которых нет опыта насилия в детстве, не соблазняются на запах крови, стоны жертв в них не пробуждают внутреннего насильника. В них его просто нет. Вот здесь самое место вспомнить известную истину: «Насилие порождает только насилие.» Кто-то из нас переживал насилие в детстве, кто-то только эмоциональное, кто-то физическое, а кто-то и сексуальное. И тогда в нашем сердце хранятся осколки насилия, запечатлевшие весь ужас, произошедший с нами. В обстоятельствах, близких к исходным, эти осколки оживают и могут затуманить наш разум , – мы уже смотрим на мир и того, кто рядом с нами, не своими глазами, а глазами бабы мани или озлобленного отца или холодной, презрительной матери. Мы становимся тем человеком, который когда-то совершил это с нами. Не стоит. Не стоит клонировать насилие, передавать его как эстафетную палочку своему ребёнку, чтобы он передал своим детям. Слава богу сейчас современное общество поддерживает гуманное отношение к детям, всё меньше людей с пеной у рта будут отстаивать полезность физических мер или воспитывать младенцев по Споку. Сейчас принято разговаривать с детьми, учитывать их потребности, слышать своих детей. Мы всё больше напитываемся полезной информацией, становимся разумнее и добрее. Но то, чему мы научились в своей взрослой жизни и учимся сейчас – это только тонкая корочка над тёмной бездной бессознательного. Нет-нет, да и поднимут головы монстры, и взмахнёт Баба Маня мокрой тряпкой и вырвется мамино: «Ты что смерти моей хочешь?!» Всё записано, всё помнится, ничего не стереть. Но замечать в себе можно, отслеживать и дифференцировать, где я говорю, а где мама во мне или бабушка. И пусть будет больше своего. Доброго, настоящего, живого и любящего, уважающего себя и своих детей. Ирина Дыбова

Осколки насилия или Почему я кричу на своих детей

Осколки насилия или Почему я кричу на своих детей Почему женщина, которая любит своих детей, заботится о них и всячески оберегает, вдруг превращаться в разъярённого монстра и делает то, после чего испытывает жуткое чувство вины? Откуда в нас эти осколки насилия? Почему будучи в здравом уме и твёрдой памяти, мы – в большинстве своём разумные, заботливые родители, – но стоит нам войти в состояние стресса, как крышу может снести, и мы начинаем делать те вещи, о которых потом сильно сожалеем? «Когда моему сыну было 4 года, он не хотел есть и долго сидел над тарелкой с кашей. Я завела его в ванную и вылила кашу ему на голову. Тогда я считала, что делаю совершенно правильные вещи. Прошло уже много лет, но это история не отпускает меня. Я вспоминаю её с ужасом и невероятной жалостью к сыну. Бедный мой мальчик. В своём ли я уме была?…» (история приводится с разрешения) Сейчас, спустя много лет эта женщина способна признать, что выливать кашу на голову ребёнку – это безумие, и она испытывает чувство сострадания к сыну и вину за свой поступок. Но тогда, в тот момент, она была совершенно уверенна, что поступает правильно. вв момент, когда “планка падает” , когда человек начинает совершать агрессивные действия со своими детьми и близкими, именно в этот момент он верит, что поступает правильно. Когда женщина кричит и лупит своего малыша, который не хочет идти в садик или только что упал и испачкал комбинезончик; когда орут и наказывают за двойки; когда избивают ремнём за непослушание – во все эти моменты люди верят, что поступают правильно. Есть те, которые и после рационализирует свои действия, объясняя, что избить ребёнка – был самый лучший выход. «Да и ничего страшного с ним не произошло, сам вывел и т.д.» Конечно, глубина семейного насилия бывает разная. Где-то детей жестоко наказывают за любой проступок, где-то достают эмоционально, постоянно высмеивая и унижая ребёнка, где-то мама и папа иногда срываются, орут и не справедливо наказывают, о чём потом жалеют. цель же моей статьи объяснить, что происходит с человеком в этот момент и почему. для того, чтобы вы, столкнувшись с такой реакцией у себя, смогли её распознать и вовремя себя остановить. Начнём с того, что человек запоминает любой опыт, который с ним происходит. А травмирующий опыт, опыт эмоционального или физического насилия над нами, мы не просто запоминаем. Этот опыт расщепляет, меняет нашу личность. Мы помним, что над нами издевались, и свои ощущения беспомощной жертвы мы тоже помним. Через 72 часа после совершения над человеком насилия в его личности капсулизируется жертвенная часть, теперь в одной из частей себя он – Жертва. Но мы помним и насильника, человека, который совершал это с нами. Мы не просто его помним, а делаем слепок с него, его «резервную копию». Этот слепок теперь всегда будет храниться в нас. Станет одной из частей нашей идентичности, нашим «внутренним насильником». В другой части себя мы – Насильник. Люди, соприкасавшиеся в детстве с насилием, имеют в себе память о насилии и в момент стресса, в момент сходной ситуации, когда рядом оказывается беззащитное существо, жертва, могут повести себя как насильник, который совершил это с ними. Женщина, вылившая кашу на голову своему ребёнку, вспоминала, что в детстве, в яслях, куда её водили, это было обычной практикой. Она не помнит выливали ли ей кашу на голову, но помнит, что она это точно видела, а ещё как кашу лили за пазуху и в колготки. Когда в её жизни сложились похожие обстоятельства – вот она взрослая тётя, а рядом маленький ребёнок, отказывающееся есть кашу, она вдруг стала той самой Бабой Маней – нянечкой из яслей. Она стала ей. В ней проснулся её «внутренний насильник». И она проиграла сценарий из своего детства, став насильником для своего ребёнка. Мужчины, бьющие своих жён и детей, имели тяжёлый опыт насилия в детстве. Нет они не мстят за свои страдания. Они просто попадают в своего «внутреннего насильника», и в этот момент исходят только из этой части своей личности. Я недавно смотрела фильм «Список Шиндлера» (1993г). В нём рассказывается реальная история немецкого коммерсанта, который во время Второй мировой войны спасает тысячу двести евреев – мужчин, женщин и детей. Смотря ужасающие кадры этого фильма, я задавала себе вопрос: «Почему кто-то умудряется остаётся человеком в этом всеобщем безумии?» Люди, у которых нет опыта насилия в детстве, не соблазняются на запах крови, стоны жертв в них не пробуждают внутреннего насильника. В них его просто нет. Вот здесь самое место вспомнить известную истину: «Насилие порождает только насилие.» Кто-то из нас переживал насилие в детстве, кто-то только эмоциональное, кто-то физическое, а кто-то и сексуальное. И тогда в нашем сердце хранятся осколки насилия, запечатлевшие весь ужас, произошедший с нами. В обстоятельствах, близких к исходным, эти осколки оживают и могут затуманить наш разум , – мы уже смотрим на мир и того, кто рядом с нами, не своими глазами, а глазами бабы мани или озлобленного отца или холодной, презрительной матери. Мы становимся тем человеком, который когда-то совершил это с нами. Не стоит. Не стоит клонировать насилие, передавать его как эстафетную палочку своему ребёнку, чтобы он передал своим детям. Слава богу сейчас современное общество поддерживает гуманное отношение к детям, всё меньше людей с пеной у рта будут отстаивают полезность физических мер или воспитывать младенцев по Споку. Сейчас принято разговаривать с детьми, учитывать их потребности, слышать своих детей. Мы всё больше напитываемся полезной информацией, становимся разумнее и добрее. Но то, чему мы научились в своей взрослой жизни и учимся сейчас – это только тонкая корочка над тёмной бездной бессознательного. Нет-нет, да и поднимут головы монстры, и взмахнёт Баба Маня мокрой тряпкой и вырвется мамино: «Ты что смерти моей хочешь?!» Всё записано, всё помнится, ничего не стереть. Но замечать в себе можно, отслеживать и деференцировать, где я говорю, а где мама во мне или бабушка. И пусть будет больше своего. Доброго, настоящего, живого и любящего, уважающего себя и своих детей.

Почему сказки Чуковского считают вредными для детей?

Я извиняюсь, но тут тоже многие считают, что сказка «Муха Цокотуха»–запрещенка и вообще нужно читать только добрые и милые книжки пастельных оттенков? В инсте наткнулась на рилс, где мамочка осуждает старые популярные сказки, грит, что она не читает своей дочке книжки про насилие и вообще во всех этих сказках одно зло🫠 А я с детства обожаю сказки Чуковского, я прям помню эти маленькие книжечки, которые были зачитаны до дыр. Ну, вроде, пока никого не убила и не изнасиловала, держусь. А там, оказывается, паук–маньяк, Мойдодыр–абьюзер, да и все остальные участники этого ОПГ под предводительством Корнея Ивановича и иже с ним. Ебнрт, простите, но мне кажется, что мир сходит с ума. Зачем искать столько скрытого смысла, которого просто нет. Почему-то я уверена, что этот милейший дядечка не ставил себе цель поломать психику зумеров. Upd некоторые, наверное, слишком буквально восприняли мой пост. Фильтровать, безусловно, нужно. Я не топлю за то, что детям нужно читать ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО старые сказки. Просто я считаю, что дети с детства должны знать, что помимо розовых единорогов есть еще и другая сторона.

Люди не помнят детство: это нормально?

Девочки, тема порассуждать🤔 Наткнулась на видео в тикток про память, почитала комментарии и была в шоке - ооочень много людей не помнят своего детства, многие не помнят лет до 14..... Как такое возможно???? Я никогда не сталкивалась в своём окружении с таким или может просто не задумывалась об этом. Я помню всё отчётливо с 4 лет примерно, есть моменты, которые помню с 2 лет, говорю маме о каком-то событии, а она отвечает, что я не могу это помнить, тк мне было 2 года 😱 Поделитесь, как у вас? Помните себя в детстве? И из-за чего такое может произойти, что мозг стирает целый этап в жизни?