Мама двоих (младенец)

✨«ОСКОЛКИ НАСИЛИЯ», ИЛИ «ПОЧЕМУ Я КРИЧУ НА СВОИХ ДЕТЕЙ?!» ✨

Почему женщина, которая любит своих детей, заботится о них и всячески оберегает, вдруг превращаться в разъярённого монстра и делает то, после чего испытывает жуткое чувство вины?

Откуда в нас эти «осколки насилия»?

Почему, будучи в здравом уме и твёрдой памяти, мы – в большинстве своём разумные, заботливые родители – в состоянии стресса начинаем делать вещи, о которых потом сильно сожалеем?

«Когда моему сыну было 4 года, он не хотел есть и долго сидел над тарелкой с кашей. Я завела его в ванную и вылила кашу ему на голову. Тогда я считала, что делаю совершенно правильные вещи. Прошло уже много лет, но это история не отпускает меня. Я вспоминаю её с ужасом и невероятной жалостью к сыну. Бедный мой мальчик. В своём ли я уме была?..» (история приводится с разрешения)

Сейчас, спустя много лет эта женщина способна признать, что выливать кашу на голову ребёнку – это безумие, и она испытывает чувство сострадания к сыну и вину за свой поступок.

Но тогда, в тот момент, она была совершенно уверена, что поступает правильно.

В момент, когда «планка падает», когда человек начинает совершать агрессивные действия со своими детьми и близкими, именно в этот момент он верит, что поступает правильно.

Когда женщина кричит и лупит своего малыша, который не хочет идти в садик или только что упал и испачкал комбинезончик; когда орут и наказывают за двойки; когда избивают ремнём за непослушание – во все эти моменты люди верят, что поступают правильно.

Есть те, которые и после рационализирует свои действия, объясняя, что избить ребёнка был самый лучший выход. «Да и ничего страшного с ним не произошло, сам вывел и т.д.»

Конечно, глубина семейного насилия бывает разная.

Где-то детей жестоко наказывают за любой проступок, где-то достают эмоционально, постоянно высмеивая и унижая, где-то мама и папа иногда срываются, орут и несправедливо наказывают, о чём потом жалеют.

Цель же моей статьи – объяснить, что происходит с человеком в этот момент и почему.

Для того чтобы вы, столкнувшись с такой реакцией у себя, смогли её распознать и вовремя себя остановить.

Начнём с того, что человек запоминает любой опыт, который с ним происходит.

А травмирующий опыт, опыт эмоционального или физического насилия над нами мы не просто запоминаем. Этот опыт расщепляет, меняет нашу личность.

Мы помним, что над нами издевались, и свои ощущения беспомощной жертвы мы тоже помним. Через 72 часа после совершения над человеком насилия в его личности капсулируется жертвенная часть, теперь в одной из частей себя он – Жертва.

Но мы помним и насильника, человека, который совершал это с нами. Мы не просто его помним, а делаем слепок с него, его «резервную копию».

Этот слепок теперь всегда будет храниться в нас. Станет одной из частей нашей идентичности, нашим «внутренним насильником».

В другой части себя мы – Насильник.

Люди, соприкасавшиеся в детстве с насилием, имеют в себе память о насилии и в момент стресса, в момент сходной ситуации, когда рядом оказывается беззащитное существо, жертва, могут повести себя как насильник, который совершил это с ними.

Женщина, вылившая кашу на голову своему ребёнку, вспоминала, что в детстве, в яслях, куда её водили, это было обычной практикой. Она не помнит, выливали ли ей кашу на голову, но помнит, что она это точно видела, а ещё – как кашу лили за пазуху и в колготки.

Когда в её жизни сложились похожие обстоятельства – вот она, взрослая тётя, а рядом маленький ребёнок, отказывающийся есть кашу, она вдруг стала той самой бабой Маней – нянечкой из яслей. Она стала ей. В ней проснулся её «внутренний насильник».

И она проиграла сценарий из своего детства, став насильником для своего ребёнка. Мужчины, бьющие своих жён и детей, имели тяжёлый опыт насилия в детстве. Нет, они не мстят за свои страдания.

Они просто попадают в своего «внутреннего насильника» и в этот момент действуют только из этой части своей личности.

Я недавно смотрела фильм «Список Шиндлера» (1993). В нём рассказывается реальная история немецкого коммерсанта, который во время Второй мировой войны спас 1200 евреев – мужчин, женщин и детей. Смотря ужасающие кадры этого фильма, я задавала себе вопрос: «Почему кто-то остаётся человеком в этом всеобщем безумии?».

Люди, у которых нет опыта насилия в детстве, не соблазняются на запах крови, стоны жертв в них не пробуждают «внутреннего насильника».

В них его просто нет.

Вот здесь самое место вспомнить известную истину: «Насилие порождает только насилие».

Кто-то из нас переживал насилие в детстве, кто-то только эмоциональное, кто-то физическое, а кто-то и сексуальное.

И тогда в нашем сердце хранятся «осколки насилия», запечатлевшие весь ужас, произошедший с нами.

В обстоятельствах, близких к исходным, эти «осколки» оживают и могут затуманить наш разум – мы уже смотрим на мир и того, кто рядом с нами, не своими глазами, а глазами бабы Мани, или озлобленного отца, или холодной, презрительной матери.

Мы становимся тем человеком, который когда-то совершил это с нами. Не стоит. Не стоит клонировать насилие, передавать его как эстафетную палочку своему ребёнку, чтобы он передал своим детям.

Слава богу, сейчас современное общество поддерживает гуманное отношение к детям, всё меньше людей с пеной у рта будут отстаивать полезность физических мер или воспитывать младенцев по Споку. Сейчас принято разговаривать с детьми, учитывать их потребности, слышать своих детей.

Мы всё больше напитываемся полезной информацией, становимся разумнее и добрее.

Но то, чему мы научились в своей взрослой жизни и учимся сейчас, – это только тонкая корочка над тёмной бездной бессознательного. Нет-нет, да и поднимут головы монстры, и взмахнёт баба Маня мокрой тряпкой и вырвется мамино «Ты что, смерти моей хочешь?!».

Всё записано, всё помнится, ничего не стереть. Но замечать в себе можно, отслеживать и дифференцировать, где я говорю, а где мама во мне или бабушка.

И пусть будет больше своего.

Доброго, настоящего, живого и любящего, уважающего себя и своих детей.

Автор:Ирина Дыбова

Вот я прочитав этот пост сразу вспомнила свою учительницу по математике которая не кричала,а давила морально,ставила в угол и позорила перед всем классом,выбирала себе жертву и могла несколько дней танком проходится и давить садистки морально. Кстати осталось что то от нее,я ходила к психологу что бы избавиться от чувства удовольствия от морального давления на людей,иногда и сейчас проскальзывает этот монстр,но ооочень редко.(((( Спасибо психологу что до рождения сыночка мы избавились от этого груза(мужу повезло меньше)))))). Действительно все идет из детства.

06.09.20171 отметок «Нравится»Ответить

LolitaМама сына (1 год)

Прям про меня

05.09.2017Ответить

Почему насилие - выбор насильника, а не одежды?

Навеяно постом из топа, про трусы девочек под платьями, который к сожалению не прокоментить. Это выставка одежд женщин, которые подверглись сексуальному насилию. Как видите, там нет латексных костюмов и мини юбок. Возможно на них даже одеты панталоны и боксеры, вместо обычных трусов которые так тригернули автора. Это про то что, насильнику не важен предмет одежды. Самое ужасное там, детское платье и наверное по мнению Елены, она спровоцировала, сверкнув трусами в песочнице. Насилие - это всегда про выбор насильника, про его больную голову. Сначала начнем думать про трусы маленьких девочек, потом заговорим про паранджу для них. Но это тоже не гарантия. В Афганистане, женщины ходят в парандже, но там один самых высоких процентов насилия среди стран востока. Невозможно научить девочку с детства не стать жертвой насилия.Но зато подобным поведением, можно вырастить девочку, которая если станет жертвой насилия, промолчит и посчитает, что она недостаточно много сделала, чтобы избежать насилия.

#детскиетравмы #аподумать

#детскиетравмы #аподумать "ОСКОЛКИ НАСИЛИЯ" ИЛИ "ПОЧЕМУ Я КРИЧУ НА СВОИХ ДЕТЕЙ?!" Почему женщина, которая любит своих детей, заботится о них и всячески оберегает, вдруг превращаться в разъярённого монстра и делает то, после чего испытывает жуткое чувство вины? Откуда в нас эти осколки насилия? Почему будучи в здравом уме и твёрдой памяти, мы – в большинстве своём разумные, заботливые родители, – но стоит нам войти в состояние стресса, как крышу может снести, и мы начинаем делать те вещи, о которых потом сильно сожалеем? «Когда моему сыну было 4 года, он не хотел есть и долго сидел над тарелкой с кашей. Я завела его в ванную и вылила кашу ему на голову. Тогда я считала, что делаю совершенно правильные вещи. Прошло уже много лет, но это история не отпускает меня. Я вспоминаю её с ужасом и невероятной жалостью к сыну. Бедный мой мальчик. В своём ли я уме была?…» (история приводится с разрешения) Сейчас, спустя много лет эта женщина способна признать, что выливать кашу на голову ребёнку – это безумие, и она испытывает чувство сострадания к сыну и вину за свой поступок. Но тогда, в тот момент, она была совершенно уверенна, что поступает правильно. В момент, когда “планка падает”, когда человек начинает совершать агрессивные действия со своими детьми и близкими, именно в этот момент он верит, что поступает правильно. Когда женщина кричит и лупит своего малыша, который не хочет идти в садик или только что упал и испачкал комбинезончик; когда орут и наказывают за двойки; когда избивают ремнём за непослушание – во все эти моменты люди верят, что поступают правильно. Есть те, которые и после рационализирует свои действия, объясняя, что избить ребёнка – был самый лучший выход. «Да и ничего страшного с ним не произошло, сам вывел и т.д.» Конечно, глубина семейного насилия бывает разная. Где-то детей жестоко наказывают за любой проступок, где-то достают эмоционально, постоянно высмеивая и унижая ребёнка, где-то мама и папа иногда срываются, орут и не справедливо наказывают, о чём потом жалеют. Цель же моей статьи объяснить, что происходит с человеком в этот момент и почему. Для того, чтобы вы, столкнувшись с такой реакцией у себя, смогли её распознать и вовремя себя остановить. Начнём с того, что человек запоминает любой опыт, который с ним происходит. А травмирующий опыт, опыт эмоционального или физического насилия над нами, мы не просто запоминаем. Этот опыт расщепляет, меняет нашу личность. Мы помним, что над нами издевались, и свои ощущения беспомощной жертвы мы тоже помним. Через 72 часа после совершения над человеком насилия в его личности капсулизируется жертвенная часть, теперь в одной из частей себя он – Жертва. Но мы помним и насильника, человека, который совершал это с нами. Мы не просто его помним, а делаем слепок с него, его «резервную копию». Этот слепок теперь всегда будет храниться в нас. Станет одной из частей нашей идентичности, нашим «внутренним насильником». В другой части себя мы – Насильник. Люди, соприкасавшиеся в детстве с насилием, имеют в себе память о насилии и в момент стресса, в момент сходной ситуации, когда рядом оказывается беззащитное существо, жертва, могут повести себя как насильник, который совершил это с ними. Женщина, вылившая кашу на голову своему ребёнку, вспоминала, что в детстве, в яслях, куда её водили, это было обычной практикой. Она не помнит выливали ли ей кашу на голову, но помнит, что она это точно видела, а ещё как кашу лили за пазуху и в колготки. Когда в её жизни сложились похожие обстоятельства – вот она взрослая тётя, а рядом маленький ребёнок, отказывающееся есть кашу, она вдруг стала той самой Бабой Маней – нянечкой из яслей. Она стала ей. В ней проснулся её «внутренний насильник». И она проиграла сценарий из своего детства, став насильником для своего ребёнка. Мужчины, бьющие своих жён и детей, имели тяжёлый опыт насилия в детстве. Нет они не мстят за свои страдания. Они просто попадают в своего «внутреннего насильника», и в этот момент исходят только из этой части своей личности. Я недавно смотрела фильм «Список Шиндлера» (1993г). В нём рассказывается реальная история немецкого коммерсанта, который во время Второй мировой войны спасает тысячу двести евреев – мужчин, женщин и детей. Смотря ужасающие кадры этого фильма, я задавала себе вопрос: «Почему кто-то умудряется остаться человеком в этом всеобщем безумии?» Люди, у которых нет опыта насилия в детстве, не соблазняются на запах крови, стоны жертв в них не пробуждают внутреннего насильника. В них его просто нет. Вот здесь самое место вспомнить известную истину: «Насилие порождает только насилие.» Кто-то из нас переживал насилие в детстве, кто-то только эмоциональное, кто-то физическое, а кто-то и сексуальное. И тогда в нашем сердце хранятся осколки насилия, запечатлевшие весь ужас, произошедший с нами. В обстоятельствах, близких к исходным, эти осколки оживают и могут затуманить наш разум , – мы уже смотрим на мир и того, кто рядом с нами, не своими глазами, а глазами бабы мани или озлобленного отца или холодной, презрительной матери. Мы становимся тем человеком, который когда-то совершил это с нами. Не стоит. Не стоит клонировать насилие, передавать его как эстафетную палочку своему ребёнку, чтобы он передал своим детям. Слава богу сейчас современное общество поддерживает гуманное отношение к детям, всё меньше людей с пеной у рта будут отстаивать полезность физических мер или воспитывать младенцев по Споку. Сейчас принято разговаривать с детьми, учитывать их потребности, слышать своих детей. Мы всё больше напитываемся полезной информацией, становимся разумнее и добрее. Но то, чему мы научились в своей взрослой жизни и учимся сейчас – это только тонкая корочка над тёмной бездной бессознательного. Нет-нет, да и поднимут головы монстры, и взмахнёт Баба Маня мокрой тряпкой и вырвется мамино: «Ты что смерти моей хочешь?!» Всё записано, всё помнится, ничего не стереть. Но замечать в себе можно, отслеживать и дифференцировать, где я говорю, а где мама во мне или бабушка. И пусть будет больше своего. Доброго, настоящего, живого и любящего, уважающего себя и своих детей. Ирина Дыбова

Осколки насилия или Почему я кричу на своих детей

Осколки насилия или Почему я кричу на своих детей Почему женщина, которая любит своих детей, заботится о них и всячески оберегает, вдруг превращаться в разъярённого монстра и делает то, после чего испытывает жуткое чувство вины? Откуда в нас эти осколки насилия? Почему будучи в здравом уме и твёрдой памяти, мы – в большинстве своём разумные, заботливые родители, – но стоит нам войти в состояние стресса, как крышу может снести, и мы начинаем делать те вещи, о которых потом сильно сожалеем? «Когда моему сыну было 4 года, он не хотел есть и долго сидел над тарелкой с кашей. Я завела его в ванную и вылила кашу ему на голову. Тогда я считала, что делаю совершенно правильные вещи. Прошло уже много лет, но это история не отпускает меня. Я вспоминаю её с ужасом и невероятной жалостью к сыну. Бедный мой мальчик. В своём ли я уме была?…» (история приводится с разрешения) Сейчас, спустя много лет эта женщина способна признать, что выливать кашу на голову ребёнку – это безумие, и она испытывает чувство сострадания к сыну и вину за свой поступок. Но тогда, в тот момент, она была совершенно уверенна, что поступает правильно. вв момент, когда “планка падает” , когда человек начинает совершать агрессивные действия со своими детьми и близкими, именно в этот момент он верит, что поступает правильно. Когда женщина кричит и лупит своего малыша, который не хочет идти в садик или только что упал и испачкал комбинезончик; когда орут и наказывают за двойки; когда избивают ремнём за непослушание – во все эти моменты люди верят, что поступают правильно. Есть те, которые и после рационализирует свои действия, объясняя, что избить ребёнка – был самый лучший выход. «Да и ничего страшного с ним не произошло, сам вывел и т.д.» Конечно, глубина семейного насилия бывает разная. Где-то детей жестоко наказывают за любой проступок, где-то достают эмоционально, постоянно высмеивая и унижая ребёнка, где-то мама и папа иногда срываются, орут и не справедливо наказывают, о чём потом жалеют. цель же моей статьи объяснить, что происходит с человеком в этот момент и почему. для того, чтобы вы, столкнувшись с такой реакцией у себя, смогли её распознать и вовремя себя остановить. Начнём с того, что человек запоминает любой опыт, который с ним происходит. А травмирующий опыт, опыт эмоционального или физического насилия над нами, мы не просто запоминаем. Этот опыт расщепляет, меняет нашу личность. Мы помним, что над нами издевались, и свои ощущения беспомощной жертвы мы тоже помним. Через 72 часа после совершения над человеком насилия в его личности капсулизируется жертвенная часть, теперь в одной из частей себя он – Жертва. Но мы помним и насильника, человека, который совершал это с нами. Мы не просто его помним, а делаем слепок с него, его «резервную копию». Этот слепок теперь всегда будет храниться в нас. Станет одной из частей нашей идентичности, нашим «внутренним насильником». В другой части себя мы – Насильник. Люди, соприкасавшиеся в детстве с насилием, имеют в себе память о насилии и в момент стресса, в момент сходной ситуации, когда рядом оказывается беззащитное существо, жертва, могут повести себя как насильник, который совершил это с ними. Женщина, вылившая кашу на голову своему ребёнку, вспоминала, что в детстве, в яслях, куда её водили, это было обычной практикой. Она не помнит выливали ли ей кашу на голову, но помнит, что она это точно видела, а ещё как кашу лили за пазуху и в колготки. Когда в её жизни сложились похожие обстоятельства – вот она взрослая тётя, а рядом маленький ребёнок, отказывающееся есть кашу, она вдруг стала той самой Бабой Маней – нянечкой из яслей. Она стала ей. В ней проснулся её «внутренний насильник». И она проиграла сценарий из своего детства, став насильником для своего ребёнка. Мужчины, бьющие своих жён и детей, имели тяжёлый опыт насилия в детстве. Нет они не мстят за свои страдания. Они просто попадают в своего «внутреннего насильника», и в этот момент исходят только из этой части своей личности. Я недавно смотрела фильм «Список Шиндлера» (1993г). В нём рассказывается реальная история немецкого коммерсанта, который во время Второй мировой войны спасает тысячу двести евреев – мужчин, женщин и детей. Смотря ужасающие кадры этого фильма, я задавала себе вопрос: «Почему кто-то умудряется остаётся человеком в этом всеобщем безумии?» Люди, у которых нет опыта насилия в детстве, не соблазняются на запах крови, стоны жертв в них не пробуждают внутреннего насильника. В них его просто нет. Вот здесь самое место вспомнить известную истину: «Насилие порождает только насилие.» Кто-то из нас переживал насилие в детстве, кто-то только эмоциональное, кто-то физическое, а кто-то и сексуальное. И тогда в нашем сердце хранятся осколки насилия, запечатлевшие весь ужас, произошедший с нами. В обстоятельствах, близких к исходным, эти осколки оживают и могут затуманить наш разум , – мы уже смотрим на мир и того, кто рядом с нами, не своими глазами, а глазами бабы мани или озлобленного отца или холодной, презрительной матери. Мы становимся тем человеком, который когда-то совершил это с нами. Не стоит. Не стоит клонировать насилие, передавать его как эстафетную палочку своему ребёнку, чтобы он передал своим детям. Слава богу сейчас современное общество поддерживает гуманное отношение к детям, всё меньше людей с пеной у рта будут отстаивают полезность физических мер или воспитывать младенцев по Споку. Сейчас принято разговаривать с детьми, учитывать их потребности, слышать своих детей. Мы всё больше напитываемся полезной информацией, становимся разумнее и добрее. Но то, чему мы научились в своей взрослой жизни и учимся сейчас – это только тонкая корочка над тёмной бездной бессознательного. Нет-нет, да и поднимут головы монстры, и взмахнёт Баба Маня мокрой тряпкой и вырвется мамино: «Ты что смерти моей хочешь?!» Всё записано, всё помнится, ничего не стереть. Но замечать в себе можно, отслеживать и деференцировать, где я говорю, а где мама во мне или бабушка. И пусть будет больше своего. Доброго, настоящего, живого и любящего, уважающего себя и своих детей.

Почему сказки Чуковского считают вредными для детей?

Я извиняюсь, но тут тоже многие считают, что сказка «Муха Цокотуха»–запрещенка и вообще нужно читать только добрые и милые книжки пастельных оттенков? В инсте наткнулась на рилс, где мамочка осуждает старые популярные сказки, грит, что она не читает своей дочке книжки про насилие и вообще во всех этих сказках одно зло🫠 А я с детства обожаю сказки Чуковского, я прям помню эти маленькие книжечки, которые были зачитаны до дыр. Ну, вроде, пока никого не убила и не изнасиловала, держусь. А там, оказывается, паук–маньяк, Мойдодыр–абьюзер, да и все остальные участники этого ОПГ под предводительством Корнея Ивановича и иже с ним. Ебнрт, простите, но мне кажется, что мир сходит с ума. Зачем искать столько скрытого смысла, которого просто нет. Почему-то я уверена, что этот милейший дядечка не ставил себе цель поломать психику зумеров. Upd некоторые, наверное, слишком буквально восприняли мой пост. Фильтровать, безусловно, нужно. Я не топлю за то, что детям нужно читать ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО старые сказки. Просто я считаю, что дети с детства должны знать, что помимо розовых единорогов есть еще и другая сторона.

Люди не помнят детство: это нормально?

Девочки, тема порассуждать🤔 Наткнулась на видео в тикток про память, почитала комментарии и была в шоке - ооочень много людей не помнят своего детства, многие не помнят лет до 14..... Как такое возможно???? Я никогда не сталкивалась в своём окружении с таким или может просто не задумывалась об этом. Я помню всё отчётливо с 4 лет примерно, есть моменты, которые помню с 2 лет, говорю маме о каком-то событии, а она отвечает, что я не могу это помнить, тк мне было 2 года 😱 Поделитесь, как у вас? Помните себя в детстве? И из-за чего такое может произойти, что мозг стирает целый этап в жизни?