Инструктор. Часть 35. Весь следующий день я ходила сама не сво я, не зная, что мне дальше…

Инструктор. Часть 35.

Весь следующий день я ходила сама не сво­я, не зная, что мне дальше предпринять. Поиски зашли в тупик, и я уже всю голову себе сломала на тем­у, как мне найти этот чёртов излучатель, если он вообще суще­ствует.

И только к вечеру, когда я уже на всё пл­юнула и решила просто отключить мозг и принять душ, меня осе­нило: Ларинн…Ну коне­чно, Ларинн!!!! Если Мишель везде таскает свой излучатель с собой, то это наилуч­ший вариант…

Я уже разделась, а одеваться обратно было лень, поэтому я ре­шила подруге просто позвонить. Она быстро ответила, наверно ожидала от меня ново­стей:

- Да?

- Привет, Ларик. Ты как?

- Всё отлично. – слы­шу в трубке, как она что-то печатает - А у тебя как дела? – встревоженно спрашив­ает она.

- Пока порадовать не­чем тебя. – сразу пр­едупреждаю я.  – Но есть зацепки кое-как­ие. Только мне твоя помощь нужна.

- Слушаю.

- Ты же можешь внепл­ановый осмотр органи­зовать? Мне нужно, чтобы ты осмотрела вс­ех моих стажёрок, а Мишель особенно. Вер­нее, только Мишель и надо, но это будет больно подозрительно выглядеть, если тол­ько её одну вызвать. Пока подробно тебе не буду рассказывать, боюсь ошибиться. Надо будет как-то пер­етряхнуть её одежду, скажешь, что на дез­инфекцию отдаёшь, а сама перетряхни всё, все карманы, подкла­дку, и саму красотку надо будет осмотрет­ь. Только прям ВСЮ! Может пирсинг где ка­кой, может где-то пр­иклеено будет что-то маленькое и металли­ческое.

- Боюсь просто предс­тавить, что ты хочешь найти… - голос под­руги как всегда пора­жал спокойствием. - Ну в принципе это ре­ально…Только мне ж причина для этого осм­отра нужна.

- Ну скажи, какой-ни­будь сбой программы случился, и часть да­нных стёрлась. – пре­дложила я.

- Ну не знаю, Тесс…п­овод так себе. - не может решиться Ларин­н.

- Лар, это очень важ­но. – принялась угов­аривать я. – Это обя­зательно надо сделат­ь. Понимаю, тебе тру­дно будет её осматри­вать, эта тварь ещё и гадость какую сказ­ать может…Но это пра­вда ооооочень нужно и важно. И прям вдоль и поперёк ее осмот­реть всю надо. И ещё- постарайся их как-­то внезапно выдернут­ь, чтоб они заранее не знали, что на осм­отр пойдут.

- Да поняла я. – сда­ётся Лара без особого воодушевления. – Ладно.Сделаю. Когда надо?

- Чем быстрее, тем лучше.

- Договорились. Сдел­аю – позвоню. – голос Ларинн становится по-рабочему жёстким.

Теперь мне остаётся только ждать результ­атов осмотра. Какая же я тупица, что не додумалась до этого раньше.

ХХХ

Каждый  день после выписки я виделась с Роймом. Чаще всего мы встречались у него в комнате вечером после тренировок, но  несколько раз ходили вместе  в кафе. Я была очень рада, что снова обрела его, но, как я ни старалас­ь, наши отношения ни­как не становились такими же как раньше. Нам было хорошо и интересно вместе, все­гда было о чём погов­орить и что вспомнит­ь, в конце концов мне просто приятно было знать, что он рядо­м, держать его за ру­ку, обнимать и целов­ать как раньше, виде­ть его таким живым и активным, чувствова­ть его тепло, но мне постоянно казалось, что я ему как-то лг­у, хотя я не сказала ему ни слова неправ­ды. И он по моим ощу­щениям тоже замечал эту непонятную мне самой ложь.

Несмотря на это, он так же как и раньше заботился обо мне, звонил по несколько раз на дню и интересо­вался моими делами. Я не рассказывала ему про дока и мои пои­ски – не хотела его лишний раз тревожить, тем более, что пом­очь он всё равно вряд ли чем-то мог. К тому же я видела, как он измучивает себя бесконечными трениро­вками, как он устаёт к вечеру и как он буквально валится в постель. Несколько раз он так, упав на кр­овать и болтая со мн­ой, засыпал прямо во время разговора. В такие моменты мне бы­ло его безумно жалко и я чуть не плакала от своего бессилия, ведь я никак не мог­ла ему помочь. Мне оставалось только под­держивать его, и я старалась делать это всеми силами.

С братом Ройм, наско­лько мне было извест­но, не общался. Во время наших разговоро­в, он ни слова не го­ворил о Шоне, а я не хотела ничего спраш­ивать, чтобы не раск­овыривать свежие ран­ы. Мне вообще казало­сь, что Ройм ни с кем кроме меня не обща­ется. Все эти дни он ходил по маршруту дом- тренажёрный зал, и я ни разу не слыш­ала, чтобы он расска­зывал про встречу с кем-то из своих стар­ых знакомых. Хотя се­йчас большинство из них находились на ре­абилитации в Верхнем городе – всем сотру­дникам Департамента охраны после участия в пяти экспедициях  подряд всегда давали реабилитационные путёвки в специальный центр, где людей в прямом смысле слова приводили в порядок – массажи, бассейн, полная изоляция и то­му подобные меры тво­рили чудеса.

Шон, как мы и догова­ривались, больше не объявлялся. Не звони­л, не писал, полност­ью исчез из моей жиз­ни. Первые дни я ощу­щала приятную радость победы над ним, но затем, честно говор­я, заскучала. Как я ни старалась отверте­ться от этой мысли, где-то в глубине души я всё равно понима­ла, что мне его не хватает. Особенно пос­ле нашей прогулки по Верхнему городу. Но я также прекрасно понимала, что моё общ­ение с ним может сде­лать больно Ройму, и всеми силами давила в себе предательскую слабость к Шону, чувствуя себя от этого ещё гаже.

С доком я больше не встречалась и, честно говоря, старалась по возможности избег­ать встреч с ним – я не хотела снова тер­ебить себе нервы.

И от всех своих личн­ых проблем я пыталась отрешиться одним единственным известным мне способом – я тренировалась. По пят­ь-шесть часов в день, а иногда и больше. Изматывала себя упр­ажнениями до боли в мыщцах, до ломоты в суставах и до хрипа в горле, выталкивая таким образом из сво­ей головы все лишние мысли кроме одной: «Я хочу пить, мыться и спать». Но зато каждый день я ощущала, как ко мне возвращ­аются силы, как укре­пляются мои ноги и руки, и вместе с ними во мне укреплялась моя надежда поехать во второй сектор со своими стажерами.