Ну вот и пришло долгожданное солнце и после первых эмоций радости встал вопрос как спасаться от жары. И если дети еще как-то спасаются от нее в бассейне, под вентилятором или поедая мороженое, то наша персидская кошка совсем захирела. То, что она впервые поцарапала Масику лицо я списала на стресс, но пришлось ее изолировать на время на веранду, пока диагноз не станет ясен. И пока мы выясняли, стресс это или издержки эгоистичной натуры, она сидела с другой стороны окна и жалостливо мяукала. Когда мяукать надоело, она просто смотрела на жизнь в доме через окно осуждающим взглядом. Сразу вспомнились слова старой песни :" одинокий голубь на карнизе за окном, смотрит на меня и стучится в дом..." Соня, натура с характером. Можно сказать, гламурная городская цыпа, свысока смотревшая на деревенских холопов: кота Васю и пса Бакса. И тут ее саму, до этого спавшую только на мягкой постели с людьми, выставили на веранду и туда же выпихали горшок и сухпай. Я переживала за ее психику, но расцарапанное лицо сына не давало мне ее забрать назад так быстро.Ее это не сломило и после двух суток мяуканья под окнами, когда мое сердце разрывалось от жалости и металось между желанием впустить ее обратно и не впускать, она успокоилась, осмотрелась и впервые в жизни сама вышла на улицу. Помню, когда я ее впервые вынесла на улицу, она от страха исцарапала мне все лицо и шею....

Прошла неделя...гламурная цыпа стала деревенской муськой, и больше не изображает из себя невесть что. Освоила местность, поймала мышь и гордо принесла ее показать. Хотя не знаю, может быть с мышью у них был договор, потому что она явно была живой и сразу смоталась, как только Соня ее положила на землю. В общем, кошка всячески пыталась заслужить обратно свое место в раю, то есть в доме, пока не поняла, что рай на свободе. Ко всему мы еще ее побрили. Подо льва. Рука не поднялась побрить полностью.

Мой отец, который спит как раз на веранде из-за жары чуть не словил инфаркт, когда это чудо пришло к нему ночью на диван. Он до сих пор сокрушается, зачем мы над животиной поиздевались так жестоко и днем следит, чтобы она не ушла за ворота...боится, что местные примут ее за какую-то тифозную тварь и убьют....но животина с радостью лижет свои бока и больше не плюет шерстью. Ну, и жара уже не так страшна.