Маша – мудрая жена. Она мила, услужлива, образованна, аккуратна, внешне спокойна. Но самое главное — Маша молчит. Хранит гробовую тишину, когда подозревает, что у мужа опять появился кто-то на стороне, беспрекословно сглатывает его раздражение не по делу, закрывает глаза на бесконечные гуляния и попойки. Так научила ее бабушка.

Мамы и папы у Марии толком не было, они все силы и время отдавали работе, и девочку сбросили в заботливые руки. Тяжело упрекнуть эту женщину в том, что она как-то неправильно воспитывала девочку. Мало того, что вместо заслуженного отдыха на старости лет она в очередной раз взяла на себя материнские функции, так еще и справлялась с ними довольно неплохо. Маленькая Маша была сыта, чисто одета, не шарахалась по подворотням, вечера проводила дома за уроками, книжкам и сериалами с чаем.

Разумеется, любящая бабушка вкладывала с голову девочки множество, как ей казалось, правильных постулатов. Про то, что нельзя показывать людям свои чувства, а то они могут этим воспользоваться и навредить, про то, что мудрость женщины в ее терпении, и про то, что муж – один на всю жизнь, и, как бы там ни сложилось, нужно его принимать и быть смиренной.

Маша выросла и довольно быстро выскочила замуж. Как это часто бывает с девочками, выращенными для того, чтобы «служить» мужчине, и не имеющими ни малейшего понятия о том, чего они сами в этой жизни хотят, избранник ей попался со сложностями. Сначала она терпеливо помогала ему в учебе, потом в карьере, стоило только ему подняться и начать зарабатывать неплохие деньги, как начались пьянки, тусовки, запах женских духов и бесконечные отлучки по непонятным делам. Сначала Маша думала, что ей кажется и она просто придумывает, потом, когда все стало более чем очевидным и супруг уже не гнушался поиздеваться над ней, девушка ринулась за советом в родительскую семью, где от нее отмахнулись и сказали, что, мол, с кем не бывает, нагуляется и все образуется.

Образовывалось ни много ни мало – 15 лет. Маша молчала. На людях они были идеальной парой, она – ослепительная блондинка в безупречно подобранных образах, он – статный, харизматичный брюнет. На семейных торжествах Сергей обязательно говорил проникновенные тосты в честь своей жены, слушая которые, гости прикладывали к глазам салфетки и восхищались тем, какая перед ними замечательная семья. О том, что происходило за дверями их светлой, уютной квартиры, знали единицы, и они со вздохами отмечали: «Какая же ты, Машка, мудрая».

Несколько раз Маша пробовала заговорить о том, что такое положение вещей ее не устраивает, но получала либо резкие оскорбления, либо предложение убираться вон и жить всю оставшуюся жизнь «разведенкой». В итоге, отчаявшись, она оставила попытки, ведь живут же как-то другие люди, наверное, у всех есть такие проблемы.

Глотала слезы, сидела на успокоительных, замазывала синяки под глазами и всячески игнорировала симптомы вполне уже серьезной депрессии. Для окружающих она была примером сильной женщины: дом, семья, и даже часть дел мужа – на ее плечах.

Так продолжалось до тех пор, пока в разгар кризиса среднего возраста, сопряженного с очередным витком карьеры, Сергей не влюбился без памяти. Девица оказалась не в пример Маше – с характером, стержнем и четким пониманием того, как должна выглядеть ее жизнь. И наличие жены у любимого мужчины в эти рамки не вписывалось. Поэтому Сергей получил ультиматум, и, помаявшись пару недель, сообщил своей мудрой жене, что уходит.

Не преминул он и подробно объяснить, почему. Рассказал, что жить с женщиной, которая в грош себя не ставит, ему скучно, что вечное ее несчастное молчание выносить невозможно, и вообще мертвая она какая-то в своей услужливости, и никогда он особенно ее не любил, мол не нужно было ей настаивать на браке. Маша молчала. Слушала, собирала его вещи и молчала.

Сергей ушел. Спасибо, что в вопросах раздела имущества и материального обеспечения жены и детей он повел себя достойно.

Через некоторое время мудрая Маша оказалась в клинке неврозов с серьезным диагнозом. Несколько месяцев ушло на то, чтобы раскопать ее чувства, которые была загнаны очень, очень глубоко. Потом шаг за шагом она узнавала себя, училась отличать свои желания и эмоции, осознавать жизнь, расставлять границы и многое другое.

Мы с ней познакомились уже значительно позже, когда у Марии появилась потребность поработать с другими вещами. И, рассказывая свою историю, Маша постоянно повторяла, что жалеет об одном – своем молчании и терпении. Как это ни парадоксально, моя героиня благодарна любовнице мужа за то, что благодаря ее напору смогла выйти из этого царства тишины и увидеть, что бывает другая жизнь.

Мудрость, мои дорогие, заключается не том, чтобы глотать обиды, унижения и смиренно ждать, пока кто-то там одумается. А в умении понимать себя и брать только то, что приносит тебе радость, счастье, гармонию. В способности видеть мир, ситуации, людей такими, какие они есть. И принимать или не принимать их. В оставлении попыток сложить слово «чудо» из букв «ж», «о», «п», «а». В жизни для себя, а не для других.

Терпеть, молчать и делать вид, что все замечательно, когда душат боль и обида, это уж никак не про нее, а про самоубийство. Есть повод задуматься, чем же своя жизнь так не угодила и не стоит ли что-то с собой в этом ключе поделать.

Всем добра. И настоящей мудрости.