Мамлайф
Мамлайф
Приложение для мам
Карина
Карина
Мама сына-младенца

Эх, я аж прослезилась😢 Сыночек люблю тебя, бесконечно❤

Эх, я аж прослезилась😢 Сыночек люблю тебя, бесконечно❤️


Например, в два у него вдруг выросли кудри. Тяжелые, гладкие, в которые можно было просунуть палец. А если он вдруг плакал, я всегда готова была заплакать вместе с ним, всякий раз, даже если причиной слез была какая-нибудь незначительная мелочь, как будто граница между моим телом и его еще не окрепла, и все, что мучило одного из нас, переливалось другому легко. Просачивалось, как через пористую мембрану. У нас был общий контур, один на двоих обмен веществ. Стоило ему заснуть, у меня начинали слипаться глаза. Когда я порезала палец, он проснулся в соседней комнате и закричал.


В семейных альбомах того времени нет ничьих фотографий, там только он. Пока он лежал в пеленках, я делала сотни почти одинаковых снимков: вот он спит, поджав ноги к животу, вот между прозрачных бровей появилась складка, вот он приоткрыл глаза, морщит нос, собирается заплакать. Несовершенная младенческая мимика, невнятная для посторонних, теперь неразличима даже для меня, а тогда имела огромную ценность, и я щелкала кадр за кадром, как будто догадывалась, что не сумею ни сохранить, ни запомнить. Что потеряю его.


И я потеряла их всех: сначала младенца, драгоценного и хрупкого, который в воде сразу превращается в скользкую рыбку. Потом малыша с мягкими щеками, который бежит ко мне от стены, раскинув руки, и тощего подростка, который не выносит моих прикосновений. И двадцатилетнего, который уехал от меня насовсем, а на звонки отвечает на бегу, как будто мы едва знакомы.


Они исчезали незаметно, один за другим, и я ни разу не сумела поймать момент перехода, но в фотоальбомах тысячи доказательств каждой моей потери. Ему скоро двадцать четыре, и значит, он снова вот-вот исчезнет, а вместо него появится другой, которого я пока не знаю. И я опять не замечу, как это вышло. Просто буду любить их всех, моих будущих непохожих сыновей, которым двадцать восемь или тридцать пять, или сорок. Лохматых и лысых, худых и толстых, разведенных или счастливых и целующих своих новорожденных младенцев в пятки, вообще любых. Безо всяких условий. Конечно.


Я только не понимаю, где мальчик. Маленький, светлый, с кудрями и тонким голосом, который боится темноты и немного заикается на согласных буквах, который обнимает меня за шею и шепчет: я люблю тебя как тигр. Нет, как слон! Когда его у меня забрали, и почему я этого не помню? Я так по нему скучаю. Сильнее всего я скучаю именно по нему.


(c) Яна Вагнер

18

Комментарии

liliya77777

Лилия

Мама сына-младенца

я разревелась...

dr.anastasia

Анастасия

В ожидании первенца

...😪

veneramama

Венера

Мама дочки (1 год)

😢((

kadadisa

Катюша

Мама троих детей

Артемий подрос так за эти 3 недельки)мужичек совсем!

А слова действительно очень трогательные .и сейчас мой Савушка именно в этом возрасте )))

luchik999

Svetlana

Мама сына-младенца

😥я тоже плачу

aliskasofia

Алиса Ющук Фотограф

Мама дочки (9 лет), беременна (29 нед.)

такое нельзя читать😢😢😢 плачу одна в темноте😀 добрая история

rozzz

Розалия

Мама дочки-младенца

😿❤️

alfya85

Альфия

Мама дочки (1 год)

Трогательно😪

zemfira_mu

Земфира

Как же это точно написано

p_rezide_nt

Резида

Мама сына-младенца

Я каждый день думаю об этом 😭😭😭 что настанет момент, когда последний раз я покормлю своего сыночка грудью...потому, что он так быстро растёт 🙈 это и радостно и грустно 😌😔😔

svetlana_a

Света

Мама сына-младенца

Сыночек красавец 😍 и история такая трогательная 😢 я тоже слезу пустила 😄🙈

svetkabodraya

🌺Светлана🌺

Мама двоих (младенец)

Вот этот момент,когда последний раз кормишь грудью😢я еле его пережила,ревела обнимала целовала.и каждый раз был последний😔@p_rezide_nt, сейчас подрастает младший и опять скоро этот момент😪

karina_karishka

Карина

Мама сына-младенца

@kadadisa, это ещё пару недель назад фото, он щас ещё больше😩 я его уже держать на руках долго не могу😰 Да, они в таком возрасте особенно нежные, я по Эрнэсту вижу)) он как котёнок😊

karina_karishka

Карина

Мама сына-младенца

@tanyaozi, вы уже в третий раз это переживаете😊

karina_karishka

Карина

Мама сына-младенца

@happy_wife_and_mom_, спасибо😘

karina_karishka

Карина

Мама сына-младенца

@svetkabodraya, @p_rezide_nt, я тоже этот момент себе уже представляю😢😢😢

ellgalieva13

ellya

Мама дочки-младенца

Такой большой уже))

karina_karishka

Карина

Мама сына-младенца

@ellgalieva13, вообще😳 только вроде родился, а уже 3 месяца❤️

Так трогательно😪 СИЛЬНЕЕ ВСЕГО Я СКУЧАЮ ИМЕННО ПО НЕМУ

Так трогательно😪 СИЛЬНЕЕ ВСЕГО Я СКУЧАЮ ИМЕННО ПО НЕМУ Например, в два у него вдруг выросли кудри. Тяжелые, гладкие, в которые можно было просунуть палец. А если он вдруг плакал, я всегда готова была заплакать вместе с ним, всякий раз, даже если причиной слез была какая-нибудь незначительная мелочь, как будто граница между моим телом и его еще не окрепла, и все, что мучило одного из нас, переливалось другому легко. Просачивалось, как через пористую мембрану. У нас был общий контур, один на двоих обмен веществ. Стоило ему заснуть, у меня начинали слипаться глаза. Когда я порезала палец, он проснулся в соседней комнате и закричал. В семейных альбомах того времени нет ничьих фотографий, там только он. Пока он лежал в пеленках, я делала сотни почти одинаковых снимков: вот он спит, поджав ноги к животу, вот между прозрачных бровей появилась складка, вот он приоткрыл глаза, морщит нос, собирается заплакать. Несовершенная младенческая мимика, невнятная для посторонних, теперь неразличима даже для меня, а тогда имела огромную ценность, и я щелкала кадр за кадром, как будто догадывалась, что не сумею ни сохранить, ни запомнить. Что потеряю его. И я потеряла их всех: сначала младенца, драгоценного и хрупкого, который в розовой от марганцовки воде сразу превращается в скользкую рыбку. Потом малыша с мягкими щеками, который бежит ко мне от стены, раскинув руки, и тощего подростка, который не выносит моих прикосновений. И двадцатилетнего, который уехал от меня насовсем, а на звонки отвечает на бегу, как будто мы едва знакомы. Они исчезали незаметно, один за другим, и я ни разу не сумела поймать момент перехода, но в фотоальбомах тысячи доказательств каждой моей потери. Ему скоро двадцать четыре, и значит, он снова вот-вот исчезнет, а вместо него появится другой, которого я пока не знаю. И я опять не замечу, как это вышло. Просто буду любить их всех, моих будущих непохожих сыновей, которым двадцать восемь или тридцать пять, или сорок. Лохматых и лысых, женатых на какой-нибудь дуре, худых и толстых, разведенных или счастливых и целующих своих новорожденных младенцев в пятки, вообще любых. Безо всяких условий. Конечно. Я только не понимаю, где мальчик. Маленький, светлый, с кудрями и тонким голосом, который боится темноты и немного заикается на согласных буквах, который обнимает меня за шею и шепчет: я люблю тебя как тигр. Нет, как слон! Когда его у меня забрали, и почему я этого не помню? Я так по нему скучаю. Сильнее всего я скучаю именно по нему.

Где мой мальчик? (Интернет)

Где мой мальчик? (Интернет) Например, в два у него вдруг выросли кудри. Тяжелые, гладкие, в которые можно было просунуть палец. А если он вдруг плакал, я всегда готова была заплакать вместе с ним, всякий раз, даже если причиной слез была какая-нибудь незначительная мелочь, как будто граница между моим телом и его еще не окрепла, и все, что мучило одного из нас, переливалось другому легко. Просачивалось, как через пористую мембрану. У нас был общий контур, один на двоих обмен веществ. Стоило ему заснуть, у меня начинали слипаться глаза. Когда я порезала палец, он проснулся в соседней комнате и закричал. В семейных альбомах того времени нет ничьих фотографий, там только он. Пока он лежал в пеленках, я делала сотни почти одинаковых снимков: вот он спит, поджав ноги к животу, вот между прозрачных бровей появилась складка, вот он приоткрыл глаза, морщит нос, собирается заплакать. Несовершенная младенческая мимика, невнятная для посторонних, теперь неразличима даже для меня, а тогда имела огромную ценность, и я щелкала кадр за кадром, как будто догадывалась, что не сумею ни сохранить, ни запомнить. Что потеряю его. И я потеряла их всех: сначала младенца, драгоценного и хрупкого, который в розовой от марганцовки в воде сразу превращается в скользкую рыбку. Потом малыша с мягкими щеками, который бежит ко мне от стены, раскинув руки, и тощего подростка, который не выносит моих прикосновений. И двадцатилетнего, который уехал от меня насовсем, а на звонки отвечает на бегу, как будто мы едва знакомы. Они исчезали незаметно, один за другим, и я ни разу не сумела поймать момент перехода, но в фотоальбомах тысячи доказательств каждой моей потери. Ему скоро двадцать четыре, и значит, он снова вот-вот исчезнет, а вместо него появится другой, которого я пока не знаю. И я опять не замечу, как это вышло. Просто буду любить их всех, моих будущих непохожих сыновей, которым двадцать восемь или тридцать пять, или сорок. Лохматых и лысых, женатых на какой-нибудь дуре, худых и толстых, разведенных или счастливых и целующих своих новорожденных младенцев в пятки, вообще любых. Безо всяких условий. Конечно. Я только не понимаю, где мальчик. Маленький, светлый, с кудрями и тонким голосом, который боится темноты и немного заикается на согласных буквах, который обнимает меня за шею и шепчет: я люблю тебя как тигр. Нет, как слон! Когда его у меня забрали, и почему я этого не помню? Я так по нему скучаю. Сильнее всего я скучаю именно по нему.

Расстроилась. Месяц назад сняла обручальное кольцо-сильно врезалось в палец,ну и больше не надевала. Сегодня…

Расстроилась. Месяц назад сняла обручальное кольцо-сильно врезалось в палец,ну и больше не надевала. Сегодня попробовала,а оно только до косточки и дальше боюсь натягивать,иначе не сниму. До беременности боялась потерять... придет в норму или можно о нем забыть? 🙁

До слез❤❤❤ Например, в два у него вдруг выросли кудри. Тяжелые, гладкие, в которые можно было просунуть палец. А если он…

До слез❤❤❤ Например, в два у него вдруг выросли кудри. Тяжелые, гладкие, в которые можно было просунуть палец. А если он вдруг плакал, я всегда готова была заплакать вместе с ним, всякий раз, даже если причиной слез была какая-нибудь незначительная мелочь, как будто граница между моим телом и его еще не окрепла, и все, что мучило одного из нас, переливалось другому легко. Просачивалось, как через пористую мембрану. У нас был общий контур, один на двоих обмен веществ. Стоило ему заснуть, у меня начинали слипаться глаза. Когда я порезала палец, он проснулся в соседней комнате и закричал. В семейных альбомах того времени нет ничьих фотографий, там только он. Пока он лежал в пеленках, я делала сотни почти одинаковых снимков: вот он спит, поджав ноги к животу, вот между прозрачных бровей появилась складка, вот он приоткрыл глаза, морщит нос, собирается заплакать. Несовершенная младенческая мимика, невнятная для посторонних, теперь неразличима даже для меня, а тогда имела огромную ценность, и я щелкала кадр за кадром, как будто догадывалась, что не сумею ни сохранить, ни запомнить. Что потеряю его. И я потеряла их всех: сначала младенца, драгоценного и хрупкого, который в розовой от марганцовки в воде сразу превращается в скользкую рыбку. Потом малыша с мягкими щеками, который бежит ко мне от стены, раскинув руки, и тощего подростка, который не выносит моих прикосновений. И двадцатилетнего, который уехал от меня насовсем, а на звонки отвечает на бегу, как будто мы едва знакомы. Они исчезали незаметно, один за другим, и я ни разу не сумела поймать момент перехода, но в фотоальбомах тысячи доказательств каждой моей потери. Ему скоро двадцать четыре, и значит, он снова вот-вот исчезнет, а вместо него появится другой, которого я пока не знаю. И я опять не замечу, как это вышло. Просто буду любить их всех, моих будущих непохожих сыновей, которым двадцать восемь или тридцать пять, или сорок. Лохматых и лысых, женатых на какой-нибудь дуре, худых и толстых, разведённых или счастливых, целующих своих новорожденных младенцев в пятки. Вообще любых. Безо всяких условий. Конечно. Я только не понимаю, где мальчик. Маленький, кудрявый, светлый, с тонким голосом, который немного боится темноты и заикается на согласных буквах, который обнимает меня за шею и шепчет: я люблю тебя, как тигр! Нет, как слон! Когда его у меня забрали и почему я этого не помню? Я так по нему скучаю. Сильнее всего скучаю я именно по нему. Автор: Яна Вагнер. Фото моё)